Сергей Абдалов – "Ночная гвардия" (страница 6)
Следовательно, он посетил самые удалённые районы города, встретился с семействами пострадавших, внимательно выслушал их рассказы и задал десятки уточняющих вопросов. Шаг за шагом рисунок происходящего становился чётким, проявлялись связи и общие особенности трагедий. Оставалось собрать необходимые свидетельства и выстроить убедительную версию развития событий.
Эта исследовательская деятельность позволила Михаилу Афанасьевичу расширить представление о своей профессии и подвергнуть сомнению устоявшиеся взгляды на природу заболеваний и устройство организма человека. Открытие, сделанное врачом, могло кардинально изменить фундаментальные принципы научной концепции и открыть новую область знаний. Самое главное — сохранить трезвый ум и выдержку, идти к намеченной цели, не отступая перед преградами и трудностями.
Серия судорожных чихов рванула Михаила Афанасьевича из глубины мыслей, словно лопнувшую пружину часов, резко возвратив его в шумную атмосферу подвала. Пред ним предстал Василий, растерянно морщивший нос и корчивший гримасы, будто ему внезапно плеснули полную ложку горьчайшего целебного сиропа.
Сделав отчаянный вдох, дворник выстрелил остаток сигареты в пространство, сопровождаемый мощным звуком:
— Апчхи!
От резкости кашля остатки воздуха покинули легкие, сделав Василия временно беззвучным, словно рыбу, выброшенную на берег моря. Его щёки вспыхнули ярким багровым цветом, словно помидорный соус, приготовленный мастером кулинарии. Напряжение внутри росло, усугубляясь цоконьем женского каблука, раздвигающимся по гулкому пространству подъезда.
Спустя миг наступила полная тишина, нарушаемая лишь скрипом паркета и тяжкими дыханиями обоих героев. Глаза дворника расширились от страха, словно маленькие прожекторы, направленные на дверной проем. Судорожно дёрнувшись, он обернулся на звук, напоминая собаку, поймавшую запах свежего мяса.
Михаил Афанасьевич, обеспокоенный поведением соседа, попытался спросить:
— Василий Иванович, что с вами случилось?
Но фраза осталась незаконченной, прерванной резким движением дворника, приподнявшегося на носки и устремившего взгляд в сторону лестницы. Раздался негромкий щелчок замка, и дверь медленно приоткрылась, впустив внутрь знакомую Михаилу Афанасьевичу девушку.
6
Впервые, такую, как сейчас, Михаил увидел Марго сразу же, как по визитной карточке связался с куратором клана «Ночная гвардия». Девушка стояла на мостовой, изящно подняв взгляд на бледное северное солнце, которое робко пробивалось сквозь утреннюю дымку. Её густые тёмные волосы были аккуратно уложены в высокую причёску, украшенную несколькими жемчужинами, подчёркивая аристократизм облика. Простое, но элегантное платье цвета слоновой кости облегало фигуру, плавно ниспадая складками чуть ниже колен, открывая взглядам изящные ботинки на невысоком каблуке. Движения её были плавными и грациозными, будто каждый жест прошёл строгую школу воспитания.
Её речь была мелодичной и спокойной, едва уловимый петербургский выговор придавал ей особую утончённость. Говорила она негромко, с достоинством и уверенностью, каждая фраза звучала мягко и ясно, словно струилась из серебряного флейта. Обращаясь к собеседнику, смотрела прямо в глаза, давая почувствовать уважение и искреннее внимание. Манера держаться подчёркивала воспитанное благородство, стремление сохранять достоинство даже в самые непростые моменты жизни.
Марго посвящала Михаила Афанасьевича в тайны своего странного сообщества. Когда она поведала врачу историю Гильдии Охотников на Демонов, он счёл её рассказ плодом болезненного воображения сектантов-фанатиков. Лишь однажды, оказавшись свидетелем первой охоты, когда Марго повела его на охоту за обычной домовой кикиморой, поселившейся на захламлённом чердаке старого дома, молодой доктор понял, что перед ним реальность, поражающая своей абсурдностью и невероятностью.
— Да это же настоящая чертовщина, — пробормотал тогда Михаил Афанасьевич, теряя дар речи и окончательно уверовав в существование невидимых существ рядом с людьми.
Но отношения внутри Гильдии складывались непросто. Мастер, соратник Марго, встречал доктора добродушной усмешкой и неизменно поручал ему задания в паре с бывшей ученицею. Однако стоило наблюдателю увидеть способности Михаила видеть истинную природу чудовищ, будто окутанных магическим покровом иллюзии, Мастер начинал задумываться над тем, кем же является этот необычный новичок.
Начало истории Гильдии относится к самому концу царствования последнего императора Николая II, когда в туманные дни осени революционного Петрограда произошёл таинственный инцидент, приведший к созданию загадочного братства.
Однажды ночью молодой семинарист Василий Сергеевич Любимов шёл мимо собора Казанской Божьей Матери, направляясь домой после занятий. Здесь-то впервые он заметил нечто необъяснимое: мерцающие огни вспыхивали среди мраморных плит пола и исчезали, оставляя ощущение зловещего присутствия. Это событие было далеко не единственным. Вскоре весь город заговорил о странных происшествиях, вроде пропажи вещей, внезапных падениях людей и странных шумах, слышимых лишь отдельными гражданами.
Тогда небольшой кружок священников, профессоров богословия и любителей эзотерического начал серьёзно изучать подобные явления. Одной из ключевых фигур стала Анна Сергеевна Морозова, женщина-прозорливица, родившаяся в семье священника и получившая особое видение. Именно ей принадлежит идея собрать верующих и исследователей в единое сообщество для изучения природы и методов противодействия нечистой силе.
Под руководством Александра Павловича Воронина, талантливого студента-психолога, группа сформировала устав и процедуры принятия новых членов. Своё первое убежище Гильдия нашла в одном из подвальных помещений Мариинского театра, откуда вела наблюдение за окружающим миром и организовывала экспедиции против враждебных существ.
Время шло, наступили годы гражданской войны и большевистской революции, но деятельность Гильдии продолжилась, став важнейшим фактором защиты города от наваждений и воздействий извне. Каждый новый член приносил новые знания и умения, расширяя влияние «Ночной гвардии». За долгие годы существования эта организация превратилась в настоящее братство защитников Петрограда, объединённое целью охраны простого народа от потусторонней угрозы.
Три легендарных предмета хранили охотники Гильдии Демонов, словно символы древней власти над неизведанным.
Первый из них носил название «Зеркало Элизиума» — круглый кусок бронзы, изъеденной патиной веков, привезённой торговыми караванами с Востока. Купец Лев Рябинин привёз его профессору археологии Трубецкому, человеку утончённому и увлечённому историей минувших эпох. Магический эффект зеркала состоял в том, что достаточно взглянуть в его тусклую поверхность, и подлинная природа существа проявлялась мгновенно, обнажаясь перед наблюдателем во всей ужасающей красоте.
Следующей важной вещью Гильдии служила «Серебряная печать Ивана Грозного», тяжёлая выпуклая печать, обнаруженная случайно в подземельях московского кремля. Согласно сохранившимся свидетельствам, царь применял её, дабы удержать мятежных и непокорных бесов в пределах дозволенного. После долгих поисков архивариус Алексей Черненко нашёл ключ к печати, спрятанный в глубокой нише библиотеки царя Иоанна Васильевича.
Наконец, третьим орудием являлась рукописная книга, известная как «Книга Безмолвия». Автор её остался неизвестен, хотя учёные полагали, что писал её некий средневековый монах-подвижник эпохи князя Ярослава Мудрого. Наполненная таинственным языком, едва понятным современникам, Книгу боялись применять часто, считая каждую страницу заряженной опасной энергией. Но когда беда приходила неотвратимо, охотники обращались к страницам Книги, надеясь на мудрость, накопленную поколениями предшественников.
Эти вещи берегли тщательнее всего остального имущества Гильдии. Только достойнейшие имели право прикоснуться к зеркалу, держать печать и листать страницы древнего манускрипта. Благодаря им Петроград вновь обрёл покой и уверенность, оставаясь неприступным бастионом перед нашествием чуждых теней.
Помимо защитных предметов, в арсенале гильдии имелись и мощные орудия Света, способные нанести врагам ощутимый ущерб в открытом противостоянии. Эти предметы обладали способностью наносить существенный физический урон силам зла, позволяя охотникам вступить в схватку лицом к лицу с самыми коварными демонами.
Разумеется, детальное описание каждого из этих орудий мы приведём постепенно, раскрывая тайны и секреты параллельно развитию сюжета нашей истории. Однако для наглядности упомянем два известных образца подобного вооружения: меч Михаила Афанасьевича — «Чёртову Пагубу» и хлыст Марго — «Хвост Демона».
Первое из них — знаменитый клинок, получивший своё грозное прозвище благодаря необычной природе своего происхождения. Оружие создано из крови высшего демона, поверженного много десятков лет назад. Во время сложного ритуала капля демонской крови была запечатана внутри рукотворной конструкции — рукоятки клинка, выполненной в форме изящного козьего черепа. Меч способен самостоятельно активизироваться при приближении врага или лёгком движении руки владельца. Как только угроза возникает, запечатанная в рукоять кровь превращается в смертельно острые лезвия, испуская подобие ледяной волны.