Серг Усов – Бастард рода Неллеров. Книга 4 (страница 9)

Понятно, вокруг снуют люди, а кони, быки с волами и прочая живность ржёт, мычит, хрюкает, кукарекает.

Бардак на первый взгляд, но посты, смотрю, выставлены повсюду, и кое-какая организация всё же наблюдается, если судить по флагам и штандартам над шатрами.

Полковник в окружении десятка штабных офицеров приветливо мне улыбнулся. Вот ещё интересный момент, я сам утром не знал, сегодня поеду или завтра, а здесь уже о скором прибытии его преподобия Степа все давно в курсе. Хорошо, не все, но многие.

Не в первый раз уже убеждаюсь, с сохранением информации здесь беда. Пусть моё прибытие не бог весть какая тайна, но зачем зря оповещать кого нужно и кого не нужно?

– Милорд. Степ, – кивнул полковник.

Его свита поклонилась почтительнее и получила от меня благословение.

– Виконт. Георг. – Я тоже так умею. По-приятельски. – Извини, не могу принять твоё приглашение в шатёр, главнокомандующий ждёт, видимо, что-то важное сказать хочет, раз настойчиво приглашал.

– Я догадывался, что так и будет. – Полковник Клинский поправил немного сползший с плеча плащ в родовых цветах. – Провожу пару миль до пехотных постов, если позволишь.

– Буду только рад, – согласился. – Заодно расскажешь, что тут у вас происходит.

Так-то я знаю о делах в войске достаточно подробно, Карл мне дорогой поведал, но вдруг он что-нибудь упустил?

Направились прямо через центр лагеря. Кстати, а где командир второго кавалерийского? Не уважает? Игнорирует самого настоятеля Готлинской обители? Это я так шучу, конечно же. Сам с собой. Сам пошутил в мыслях, сам посмеялся. Чудак, одним словом. Всё никак из эйфории новой жизни не выйду?

Мои гвардейцы не смотрели, что Георга сопровождают офицеры, двое даже в званиях майоров, оттирали свиту полковника в сторону, организовав вокруг меня живой щит. Достойно похвалы, как по мне. Спасибо, дядюшка, не зря тебе быть лейтенантом.

Численность двух полков около трёх тысяч человек, если считать с обслугой – лекари, рабы, маркитанты и прочий, не принимающий участия в сражениях люд, – а такое чувство, что здесь народа собралось вдвое больше. Слишком активно перемещаются потому что. В каком классе мы изучали броуновское движение частиц? В восьмом? Чёрт, не помню. Я же не про здешнюю учёбу Степа подумал, а про свою прежнюю.

Вот к чему постепенно привыкаю, так это не выпадать из реальности во время размышлений. Внимательно слушаю полковника и уточняющие вопросы задаю по теме.

Когда доехали до секретов пехотного лагеря, всё, что хотел узнать у виконта, я выяснил. Ничего нового к тому, что мне поведал мой вассал милорд Монский, Георг не добавил. Тоже неплохо. Получается, Карл умеет доводить информацию в полном объёме, не растекаясь при этом, как говорится, мыслью по древу.

Наша армия, как, собственно, и виргийцы генерала Шарского, растянулась с запада на восток почти на полтора десятка миль. Понятно, при такой растянутости линии соприкосновения и ограниченности людских ресурсов средневековых войск сплошного прикрытия участков фронта, что называется, и близко не наблюдалось.

Однако пройти крупными силами в тылы генерала Лейнского без большого сражения северянам не позволяли стоявшие в первой линии нашего войска отряды баронских и графских дружин, укомплектованные умелыми и хорошо экипированными воинами.

Как только на каком-то участке виргийцы пытались двинуться вглубь территории Кранца, к баронам тут же спешили на поддержку пехотные полки со второй линии фронта и кавалерия с третьей.

Я бы на месте полководца северян рискнул, оставил свои обозы под слабой защитой и, пользуясь почти полуторным численным превосходством, попытался обойти нас с обоих флангов.

Только генерал Шарский либо осторожнее, чем я, либо больше разбирается в тактике и стратегии средневековой войны с использованием магии, скорее второе, предпочитает искать более слабое место в наших боевых порядках, рисковать же не решается, опасаясь встречного удара.

– Знаешь что, забери ты нашего пленника, – предложил полковнику, когда пришла пора нам расставаться. – Раз уж всё равно на вас, кавалеристов, возложена борьба с диверсионными отрядами, тебе этот сержант будет более полезен, чем главнокомандующему, – махнул рукой за спину, где ехал понурый виргиец.

Действительно, ничего полезного простой унтер генералу не сообщит, а вот Георгу полученные от него сведения могут пригодиться для поиска других вражеских отрядов, проникших в тыл.

– С удовольствием, – согласился виконт Клинский и подозвал к себе капитана, командовавшего тремя десятками присоединившегося к нам при выезде из лагеря эскорта. – Баронет, забери этого ублюдка. Допросим сейчас. Милорд, – это он уже, понятно, снова мне. – Надеюсь всё же, что заедешь в гости, когда получится.

– Пути Создателя неисповедимы, – развёл руками.

Попрощались дружески. Меня уже дожидались сопровождающие от полковника Александра Нойского, командира первого пехотного, а заодно старшего лагеря, в котором расположились сразу четыре полка. И тут, смотрю, знают о моём прибытии, наверняка сестрица позаботилась предупредить, чтобы вопросов лишних не задавали и организовали охрану, хотя в этой местности, заполненной нашими войсками, мне и моему отряду ничего не грозит. Наверное.

Картина, которую наблюдаю в расположении королевской пехоты, немного шокирует. Нечто подобное я ожидал увидеть, но не в такой степени.

Возникло чувство, что освободили от оков каторжан, разбавили их равным количеством городского отребья и, не помыв, не побрив, не подстригая, обрядили в скверные доспехи, вооружили тяжёлыми копьями и короткими мечами-гладиусами, всучили деревянные ростовые щиты с бронзовыми умбонами, надели на сто лет не мытые лохматые головы кожаные шлемы, после чего назвали это дикое сборище солдатами. Герцогская пехота, не говоря уж о кавалерийских или егерских полках, выглядит совсем по-другому.

Нет, воевать-то эти солдаты смогут, не сомневаюсь. Прусского короля Фридриха Великого в Паргее отродясь не было, но его принцип, что солдат должен бояться палки капрала сильнее пули неприятеля, в полной мере реализован и здесь. Само собой, с поправкой на местную специфику – не палки, а древка копья или плети, и не пули, а стрел с болтами или копий, мечей и магических ударов врага.

В общем, кое-какой выучкой королевская пехота всё же обладала, боевые умения и навыки действий в строю солдатам вколотили, только никто не позаботился о том, чтобы придать им божеский вид.

– Жалкое зрелище, – сказал милорду Карлу, когда проехали раскинувшийся мили на две лагерь.

– Ты о чём, Степ?

– Да так, о своём, – не стал пояснять.

Для милорда Монского ничего необычного в грязных вояках с поголовно испорченными зубами, всклоченными бородами и длинными сальными волосами нет. Да и не только для него. Уж на что моя кузина утончённая аристократка, а наблюдал тут позавчера, когда она исцеляла троих тяжелораненых пехотинцев, воняющих, словно гниющая помойка, так даже не поморщилась ни разу. А к одному из них, тому, которого вылечила от почти смертельного ранения в живот, не побрезговала и прикоснуться – ободряюще похлопала по плечу.

– Уже почти приехали, – сообщил мой вассал.

– Почти не считается, – напомнил. – Далеко?

– Да вот прямо за этой рощей, – показал он плетью на растянувшийся поперёк нашего пути лесок.

Минут через десять, пробравшись по тропе сквозь узкую полосу буков и грабов, выехали на дорогу среди обширных, уже убранных от урожая полей подсолнечника, ржи и бобовых, за которыми располагалось обнесённое деревянной стеной поселение и очередной военный лагерь вокруг него.

Озера я поначалу не увидел, зато разглядел большой шатёр главнокомандующего, а рядом, чуть уступая ему размерами, такой же, но в цветах неллерского герцогства. Когда необходимо, маркиза Агния может ночевать и под открытым небом, если же позволяют обстоятельства, устраивается с комфортом.

Знаю от влюблённого джигита – это я о милорде Монском, – что у моей сестрицы сейчас только лишь слуг полтора десятка, а есть ещё свита и охрана, часть которой во главе с лейтенантом Леонардом, знакомым мне неудачливым соперником моего вассала, двигалась нашему отряду навстречу. Точно, гонцы оповещали о приближении аббата Степа. Большая честь, низкий, как говорится, поклон за такое внимание и заботу.

– Ваше преподобие, полковник Неллерская вас ждёт, – сухо сообщил адъютант красавицы-маркизы.

На Карла демонстративно не смотрел. Да и пёс с ними, с обоими влюблёнными в Агнию, без меня как-нибудь разберутся.

– Тогда проводи. – Я сдержал смешок.

Третий десяток разменяли оба, а как дети, честное слово.

Ускорили коней до бега рысью. Промчались мимо войскового расположения, и сразу заметил контраст между королевскими и теми пехотинцами, что служат в полках моей мачехи. Вроде и вооружением мало отличаются, но наши неллерские всё же действительно похожи на вояк, а не на бродяг, пусть до гвардейцев, кавалеристов или дружинников им тоже далеко.

– Настоящий дворец, – вслух выразил восхищение полевым жилищем сестрицы.

Сколько тут высота? Метра три, не меньше. А ширина, вернее, диаметр? Двадцать или двадцать пять, как бассейн у нас возле дома был, куда мы с Дашей Лесю однажды записали? Думаю, побольше. Ну, не дворец, но и просто шатром называть язык не поворачивается.