Серг Усов – Бастард рода Неллеров. Книга 2 (страница 2)

Посмотрев вслед новику, направился к боковому подъезду главного здания.

Монахи ежедневно, кроме шестого, выходного, дня по два часа минимум совершенствуют свои навыки владения оружием. Воинственные они у меня, рад за них. Мало ли что может случиться? Надо быть в готовности за себя постоять.

Для тренировок в обители выделено два места – плац между конюшнями и складами, а также небольшой зал с манекенами и тренажёрами на первом этаже монашеского общежития, главного здания обители, в котором находятся и мои апартаменты.

Я для своих занятий выбрал крытое помещение, потребовав, чтобы во время них там никто, кроме меня и наставника, больше не присутствовал. Не желаю предоставлять кому бы то ни было о себе какую-либо достоверную информацию.

Откуда во мне такая скрытность? Здесь нет разветвлённых информационных сетей, и никакие мошенники, получив доступ к моим персональным данным, не станут изводить телефонными звонками меня и моих близких, в средневековье есть свои положительные моменты. Тем не менее считаю, что всё равно пусть обо мне как можно меньше знают – крепче спать будут. Информация – это очень мощное оружие, не нужно самому отдавать его в чужие руки.

Доброе слово и коню приятно. Вчерашнее первое занятие с братом Максом завершилось его признанием моей неплохой выучки, что польстило, конечно же. Милорд Ричард не зря свои усилия на бастарда Неллеров потратил.

Напомнил себе о губительности почивать на лаврах и во время сегодняшней тренировки выложился полностью. Когда часы на церкви и монашеском общежитии чуть вразнобой пробили по десять раз полдень, уже еле стоял на ногах.

– Ох, наверное, хватит? – спросил нового наставника, тяжело дыша.

– Думаю, что да, но вообще, как вы сами, милорд, решите.

– Знаешь, что? Давай во время тренировок ты у нас старший. Хорошо?

– Договорились, – усмехнулся брат Макс.

Мои ожидания, что монастырское начальство четырнадцатилетнего парнишку в качестве своего руководителя встретит с изрядной долей скепсиса, не оправдались. Не учёл впитанного в кровь у обитателей этого мира сословного почитания. Милорд Степ принадлежит к могущественному роду Неллеров, хоть и незаконнорожденный, но сын самого герцога Виталия и, следовательно, родственник многим аристократическим семьям. Достоин, так сказать, править по праву крови. А скоро объявлюсь одарённым, так и вовсе любые вопросы отпадут.

– Вы окончательно решили, что службы будет проводить преднастоятель? – спросил Макс, когда мы направились в термы.

– Кроме шестого дня, – кивнул. – Не хочу обижать баронета. Оставляю своему заместителю самую почётную обязанность.

Так не понравившийся мне преднастоятель Михаил Фальм – мутный он – весьма удивился, когда узнал о моём решении, даже не сразу поверил. А что? Пусть перед братией и паломниками, а главное, молоденькими дворянками, красуется в пурпурной, вышитой золотом и серебром сутане своей молодецкой статью, мелодичным голосом и мудрыми словами проповеди. Мне это совсем не нужно. Забрал себе все реальные нити управления, а баронета отфутболил на чердак. Пусть занимается почётным, но ничего не решающим делом.

Да, забрать-то я забрал, вот только надо ещё научиться за них дёргать. Тут большую помощь окажет подьячий Виктор, который к моему удовольствию оказался весьма дельным и умным. Весёлый пьяница – лишь маска, позволявшая ему втираться в доверие и получать нужные сведения не только из просмотренных документов, а и от людей, их писавших.

Когда в моём родном мире кого-нибудь спрашивали: «Ты что, сторонник теории заговоров?» – то ожидали быстрого отказа и оправданий: нет, конечно же, нет. Только вот на мне такой приём никогда не работал. Твёрдо убеждён, что люди с раннего детства плетут заговоры, начиная с попытки выдавить из родителей на мороженое или новый велосипед и, уже будучи взрослыми, устраивать свои карьеры, помогая друзьям и делая пакости недругам.

Любое сколь-нибудь значимое событие в истории редко является результатом случая, в основном это следствие чьих-то продуманных действий. Так что да, я самый что ни на есть сторонник теорий заговоров, а значит, всегда буду ожидать каких-нибудь пакостей от окружающих. К подарку в виде ещё одной жизни следует подходить бережно.

– Прибегал этот, – доложила Юлька, когда я после бани пришёл в свои покои, где она накрыла мне обед. Под «этим» девчонка понимала, конечно же, своего дружка и ухажёра Николаса. – Сказал, что пятёрка гвардейцев назначена, ждут команды на выезд. А вы куда собрались? Возьмите меня с собой.

Быть большим боссом часто означает одиночество, но обедаю я без сотрапезников не потому, что так положено по статусу, а из-за собственного решения. Люблю размышлять, пока ем, а не разговаривать. Только разве с моей служанкой спокойно получится подумать? Трещит вечно как сорока, и урезонить её нет сил, хорошая девочка, непосредственностью на мою Леську в детстве похожа. Придётся терпеть, не такая уж это трудная задача.

– Ладно, только тогда не мельтеши передо мной, не пронесу я еду мимо рта без твоей помощи. Иди одевайся. И уговор: очередную свару с нашим бравым новиком Николасом не затевать. Побереги язвительность для кого-нибудь другого.

Юлька весело рассмеялась и радостно метнулась к своей каморке, расположенной рядом с умывальной комнатой. Ошейник со своей служанки я вчера снял. Имею полное право. Пусть плату ей ещё не назначил, но статус у болтушки изменился кардинально, она теперь вольная. Пока за пансион поработает, а дальше будет видно.

Надо вспомнить, что я чувствовал и как себя вёл, когда инициировался в одарённые. Именно так мне надо будет изображать в присутствии свидетелей, чтобы потом, если кто заинтересуется – мало ли? – комар носа не подточил. Жаль, что симулянт из меня плохой, никакого опыта. Лишь однажды в жизни пытался изображать больного, когда не хотел в школу идти, и вроде бы получалось неплохо, на маму подействовало, только вот нагоняя температуру, прислонил ртутный градусник к батарее, – мозгов-то совсем не было – а тот возьми и лопни. В общем, и в школу пришлось идти, и напутственный подзатыльник от отца огрести, не сильный, зато обидный. Ладно, тогда я был ещё несмышлёный, сейчас постараюсь сделать как надо.

– Ваше преподобие. – Не успел я встать из-за стола, ко мне заглянул брат Сергий, можно сказать, братец, он всего на год старше меня, зато из младших сыновей состоятельной купеческой семьи, оплатившей и его обучение в школе, и должность монастырского секретаря. – К вам казначей и старший библиотекарь пришли. Просят допустить до беседы.

Ясно. Явились жаловаться на подьячего. Виктор их за один день умудрился хорошенько растрясти. Предупредил, что вскоре прибегут с кляузами про его непочтительность. Ничего, пусть терпят. К тому же на первых порах им ничего не грозит. Не хочу с порога начинать кардинальные перемены и резко настраивать против себя ближайшее окружение.

Подьячий Виктор очень кстати для меня так себя ведёт. Он-то не знает игру в плохого и хорошего полицейских, зато я понимаю, как выглядеть белым и пушистым, чтобы мне в жилетку бегали плакаться. Дядя Витя нехороший, милорд Степ спаситель от притеснителя.

Только сегодня мне некогда с братьями Алексом и Валерием разговаривать, есть дело поважнее. Пока русский царь удит рыбу, Европа может подождать.

– Сергий, скажи им, что беседа будет завтра. Я уезжаю и приеду поздно.

Эх, как же хорошо быть молодым. Уставшие на тренировке мышцы почти восстановились. Так, лёгкая ломота чувствуется, и всё. Чёрт, сам себе завидую.

– Милорд? – Одевшаяся в брючной костюм Юлька закрыла за моим секретарём дверь и повернулась.

– Готова? Пошли чёрным ходом.

Из моих покоев можно было перемещаться по узким проходам внутри стен.

– Там темно.

– А голова тебе на что? Вон лампа висит, а рядом огниво.

Шли даже при нашем отнюдь не богатырском телосложении касаясь плечами стен, хорошо, что ещё и пригибаться не приходилось. Вспомнилось, как пацаном с друзьями спускался в подвал старой, семнадцатого века церкви. Тогда было немножко страшно, сейчас нет, но любопытно. Какой смысл от таких тайных ходов, если о них знает каждый обитатель монастыря, включая, поди, и десяток бойцовских псов? Юлька шла сзади, поэтому всю паутину собирал я своим благородным лицом. Давненько этими проходами никто не пользовался. Надо будет стребовать их полную схему, а не только главного здания, вдруг что-нибудь интересное обнаружу, да и пройтись по всем не помешает. Всё-таки я тут теперь аббат и должен хорошо знать не только монастырское хозяйство, а и все ходы-выходы. Привык ответственно относиться к любому делу.

Навыки верховой езды я вполне прилично прокачал, однако пересаживаться на резвого скакуна мне пока рано, не справлюсь. Поэтому на заднем дворе Николас держал для меня повод верной кобылки.

– Ник, для неё тоже приведи лошадь, – показал подбородком на довольную Юльку.

– Зря мы её с собой берём, Сте… милорд, ваше преподобие.

– Тебя спросить забыл, – нахмурил брови и кивнул Ригеру. – Привет. Припасы с собой взяли?

– Да, и копчёные колбаски, как вы любите.

Глава 2

Уехать без лишних помпы и шума не получилось. А чего я хотел? Настоятель даже в уборной, можно сказать, находится у всех на виду. Едва мы – имею в виду себя и свой эскорт – выехали верхом на нашу единственную монастырскую площадь, где в это время при небольшом скоплении монахов, слуг и паломников наказывали у столба какую-то провинившуюся пожилую рабыню – да, не я один здесь судья, мои помощники тоже обладают каждый определённой властью, – как ко мне наперерез с разных сторон сразу же устремились подьячий Виктор, брат Георг – главный управитель монастырским хозяйством и Олаф, возничий кареты, на которой я прибыл в обитель.