Серг Усов – Бастард рода Неллеров. Книга 10 (страница 25)

Университетские главы посыл императора восприняли всерьёз, я же своё мнение высказывать не захотел. Молодой ещё, чтобы столь зрелых и учёных мужей своим разуменьем смущать.

— Господин ректор! — вбежал местный охранник. — Карета принцессы проезжает через ворота!

— Извините, друзья. — резко поднялся баронет Уртий. — Пойду встречу прекрасную Хельгу.

Это других гостей можно ожидать здесь, а венценосную особу надо приветствовать со всем почтением у подъезда. Формально университет — это государство в государстве, где ректор и царь, и бог, и воинский начальник. Масса привилегий, выданных главному учебном заведению королевства ещё древними правителями, делало его по сути государством в государстве, где свои законы, правила, распорядок и даже тюрьма. Ректор только казнить, пытать или подвергать физическим наказаниям не мог, а вот запереть в подземелье имел право даже благородных. Не нравится — отчисляйся. Однако, при всей своей независимости университет мог поиметь массу проблем, зачастую фатальных, пойди он на конфликт с дворцом. Да и деньги из королевской казны шли немалые. Так что, баронет отправился навстречу Хельге бегом и чуть ли не на полусогнутых.

— Нам надо приветствовать принцессу в зале, — напомнила всей нашей компании супруга ректора, стройная очень пожилая дама с седыми волосами.

Раз надо, значит надо. Я одним из первых встал с дивана, едва не выронив кубок с почти нетронутым вином, растяпа, и поспешил к Берте, протянув ей руку, в которую она с радостью вцепилась. Так-то, вижу, моя девочка успокоилась. Надо будет поставить себе зарубку в памяти, что супруга декана, кузина герцога Конрада, хороший человек. Если вдруг что, можно сделать ей доброе дело когда-нибудь при случае. Смогла вписать смущающуюся студентку в компанию настоящих важных матрон.

Принцессу наш коллектив встретил учтивыми поклонами, она пришла в сопровождении ректора и моего вассала, гордого и надутого будто индюк. Вырядился на мои деньги. Кроме нас в огромном зале находились ещё и музыканты, на этот раз в уже полном составе, я-то ожидал, что они сейчас урежут какой-нибудь встречный марш, но нет, затихли как мышь под веником, даже дышать боялись.

Хельга и в самом деле предстала во всём своём великолепии, мгновенно затмив собой Берту и богатством платья. и количеством украшений. Только вопрос с причёской спорный. Если исходить из того, что чем более она на мой взгляд дурацкая, тем лучше, то тут куафер принцессы явно подкачал. Её локоны были сплетены во множество косичек, которые в свою очередь оказались связаны в бублики и восьмёрки. Берту я характеризовал как чёрный одуванчик, принцессу же назову золоторунным барашком — унеё в косицы как-то умудрились золотые нити вплести. Разумеется так подруг называю лишь мысленно. Вслух такого не произнесу, лучше уж язык себе откушу.

— Приветствую вас, благородные дворяне, — ответила она на наши поклоны кивком, ничем меня из толпы не выделив.

Господи наш Создатель. Неужели я в опалу у неё попал? А, нет, вон чуть заметно улыбнулась, когда мы встретились с ней глазами. Оценивающе посмотрела на Берту, осталась восхищена её стрижкой и довольна её выбором наряда и украшений. Протянула подруге руку, и та с заметной радостью выпустила мою, схватившись за ладонь принцессы. Предательница. Женская солидарность?

В магическом зрении заметил, что множество камней в кольцах, ожерелье, браслетах и диадеме Хельги представляют собой артефакты. Когда плетения укладываешь в кристаллы, они на порядки сжимаются, и даже зная рисунки вложенного, их там не разберёшь, всё уплотняется в один комок. И всё же по превалирующему в заклинании оттенку можно догадаться, чему оно служит. Судя по обилию зелёных и голубых свечений, принцесса может много раз исцеляться или кого-то исцелять, а уж стрелять по ней даже с близкого расстояния — бесполезное дело. Энергии шести артефактов с сильным магическим фоном хватит хоть на отражение пулемётной очереди в упор.

Никому постороннему к Хельге подойти не позволят, для этого тут и появились мутные личности из тайного сыска. И от магических атак у неё тоже всё необходимое имеется. Можно было бы сказать, что принцесса пришла на бал подготовленная ко всему, вот только она уж третью неделю под таким надёжным прикрытием ходит. Не удивительно.

— Может вначале перекусим? — предложил ректор, понятно, к кому обращаясь.

— Я шла сюда сквозь море голодных студентов, — засмеялась Хельга, притягивая миледи из Новинок к себе поближе. — Так что, давай уже начнём торжества.

Баронет Александр кивнул стоявшей в коридоре миледи Карине, декан правоведения сегодня, похоже, главный распорядитель, и она отошла, а вскоре с башенок главного здания раздался колокольный перезвон, услышав который в зал потянулись студенты и их гости.

Мы в это время всей компанией взошли на подиум, быстро сооружённый из подготовленных деталей нарядно одетыми плотниками.

Ни кресел, ни стульев, но мы тут все уже насидевшиеся, потому легко пережили на ногах и краткие речи ректора с деканами, и несколько добрых слов от венценосной особы-красавицы.

Не мог не отметить, что на нас с Бертой студенты глазели ничуть не меньше, чем на Хельгу. Женская часть учащихся так и вовсе с меня глаз не сводила. Сегодня в полной мере ощущаю, каково там на Земле живётся Коле Баскову или кому-то подобному.

— Сейчас приглашаю всех за столы, — после венценосной гостьи вновь вышел вперёд баронет Уртий. — Отпразднуем окончание осеннего периода обучения. Кому нечего праздновать, — с презрением посмотрел он на группу перестарков, ничуть не смутившихся под его грозным взглядом. — пусть порадуются за товарищей. Ну, а начало танцев вы все услышите.

После этого с громкими разговорами, смехом, шутливыми толчками студенты направились в свою столовую, а мы солидно в свою.

Понятно, центральное место досталось Хельге. По одну руку от неё сели ректор с супругой, по другую мой вассал, а мы с Бертой уж следующие за Карлом. Вот так и теряют люди в статусе, пусть ненадолго. В моём родном мире бывали театры одного актёра, а здесь получился одной слушательницы. Пожилые учёные наперебой рассказывали принцессе забавные, а иногда и реально смешные случаи из жизни университета. Хельга слушала благосклонно, улыбалась, но, я заметил, вообще ничего не ела. Только пила вино, да изредка закусывала ягодками винограда или нарезанными на кусочки фруктами — персики, абрикосы, яблоки, груши.

Когда начались танцы, вопреки этикету и к немалому разочарованию милорда Монского, принцесса попросила меня пригласить её на танец.

Оркестр играл громко, акустика в зале просто потрясающе великолепная, поэтому беседовать в танце оказалось проблематично, пришлось бы орать. Поэтому в словах венценосной подруги, что нам надо ненадолго отсюда уйти, у неё есть какой-то важный разговор, я подвоха не увидел. Надо, так надо.

Что-то шепнув на ухо ректору, а потом миледи Карине, принцесса потащила меня за собой минуя столовую в гостиную. За нами увязались две мутные личности и пара гвардейцев.

— Стойте здесь и никого не пускайте. — распорядилась всем четверым, выгнав из комнаты маячившую в ней служанку. — Никого, это ясно? Даже если мой брат потребует сюда его пропустить.

Дождавшись, когда гвардейцы закроют двери, потянула мою руку, заставив дойти и усесться с ней на диване, где около получаса назад сидела Берта.

— Ты должен мне помочь, Степ. — заявила решительным тоном. — Мы ведь друзья. А помнишь, ты говорил, что друзья должны всегда помогать друг другу?

— Говорил? — конечно же так и было, только сейчас чувствую, что мой язык опять сослужил дурную службу. — Да, говорил. Но ты ж сама понимаешь, не всё в наших силах…

— Это точно в твоих, — прервала Хельга. — Степ, ты ж ведь вырос там, ну, понимаешь.

— В подворотне, под забором, на свалке…

— Да-да, то есть, нет-нет. Степ! Я не об этом! Просто у вас же там всё намного проще, чем во дворцах, я знаю, мне рассказывали.

— Хельга, не понимаю…

— Ох, Создатель, да об отношении юношей и девушек. У вас же всё намного проще было. В общем, Степ, научи меня целоваться.

— Чего⁈ — от неожиданности я даже дёрнулся в сторону.

— Научи. Меня. Целоваться. — выделяя каждое слово, повторила она.

А затем, схватившись за лацканы моего кафтана, притянула к себе и неумело ткнулась своими губами в мои. Это конец. Вот и что мне делать? Кричать: караул! спасите! харрасмент! принцесса-хулиганка напала? Создатель, подскажи! Только понимаю, что молодой организм уже сам предпринимает необходимые действия при нападении юной красавицы. Начинаю её целовать, как она и просила, по настоящему, тут же понимая, что меня облапошили. Хельга отвечает так, что ни одна девчонка из нашей подворотни так бы не смогла. Голова кружится, а сознание, не до конца поддавшееся действию гормонов, замечает, как руки Хельги начинают развязывать узлы на моей одежде.

Глава 14

Это какой-то позор. Взрослый, сознанием почти что пятидесятилетний мужик, дал себя одолеть гормонально неуравновешенному юнцу, чьё тело мне досталось. Реально ведь потерял над собой контроль. Мозги отключились напрочь. Если они конечно вообще были.

Упругое тело Хельги, её аппетитные груди и бёдра, которые, никого не спрашивая, начали гладить и мять мои руки, одуряющий аромат золота волос, опьяняющий поцелуй — всё, я выкинул белый флаг и сдался в пленительное рабство. Дальше могло случиться, что угодно. Что угодно принцессе из рода Саворских. Улетели прочь мысли о политических раскладах, о долге перед родом и, главное, мои чувства к Берте. Осталось лишь желание утонуть в объятиях красивой, венценосной девушки. Это мой позор? Нет, позорище!