Серафим Леман – Системная Перезагрузка: Том 1 (страница 18)

— Двигаемся дальше вниз, — скомандовал я. — Никому не отходить далеко от основной группы. Прикрывать друг друга. Стрельба только по команде или в случае неизбежной опасности!

Я оглядел людей и не совсем людей, смотрящих на меня, и тихо ругнулся. Говорил я на русском. Вряд ли я привыкну к тому, что всю информацию нужно дублировать в чат, в надежде, что автоматический переводчик Системы донесёт её правильно.

Закончив с этим, пристроился в авангарде отряда, рядом с Ковальски. Замыкал нашу группу Порох и отряд Выживальщиков.

Шесть машин плавно покатили вниз, потихоньку сжирая топливо. Если бы пришлось ехать в гору, эти машины пришлось бы бросить ещё вчера. А так — кто знает, может, протянем ещё пару дней.

— Привет, — сказал я на английском, протягивая руку Ковальски.

— Вроде бы уже здоровались, русский, — ответил он, но всё же ответил мне крепким рукопожатием.

— Обязательно упоминать мою национальность, американец? — я не остался в долгу.

— Ладно, ты прав, извини, — он медленно и шумно вдохнул и выдохнул носом и вроде бы малость успокоился. — Троих парней даже похоронить не смогли нормально. А сколько до этого потеряли? Что я их матерям скажу? Расскажу про то, что здесь происходит? Да им хоть видео показывай, не поверят ведь.

Я только сейчас заметил, что у военного на груди висела включённая камера, мелко моргая красным огоньком. По идее, на такое отвечать не надо, но и у меня нервы уже на пределе. Мы идём в самоубийственную атаку, гонимые таймером Системы.

— Сиан, — я кивнул в сторону замыкающей машины Выживальщиков, где пришельца обступили любопытные амеры. — Говорит, что до цели примерно семь километров вниз, если переводить на наши единицы измерения. Времени у нас более чем достаточно. Порох, — я хлопнул не знающего английского товарища, идущего рядом, по плечу, — уже влезал в подобные места. Парни говорят, что если выполнить задание Системы, то тебя отсюда выкинет и даже даст какие-то награды.

— Будто мы сможем оставить их себе, — едва слышно и с акцентом прошептал Ковальски, чем малость меня удивил.

Он достал пачку сигарет и протянул одну из них мне. Задымили. Блажь, конечно, и расслабляет, но Ковальски не докурил свою сигарету до конца, остановившись на полпути. Он всматривался в навороченную оптику с ночным видением, снятую сейчас с автомата. Его сигарета не успела долететь до пола тоннеля, а он уже кричал во всё горло:

— Огонь! ОГОНЬ!

Палить он так же начал первым, и я, как только рассмотрел нового противника, тут же поддержал его, мысленно ругаясь на автомат за то, что он не может стрелять быстрее.

Хомяки-переростки, те, которые размером с медведей, неслись на нас во всю прыть. Их длинные когти сверкали, отбиваясь от камней, а красные глаза зловеще переливались вдалеке. Я бы мог даже сказать, что они в чём-то были красивы, если бы не грозились сейчас задавить всех нас своей массой. Я старался палить по глазам и, кажется, написал об этом в чат.

Американский майор был другого мнения о красоте чудовищ. Он отдал короткий приказ и тут же упал на пол тоннеля плашмя. Я последовал его примеру, утягивая за собой Пороха, и сделал это не зря.

В ход пошёл тяжёлый калибр. Башня на передовом Страйкере амеров дважды оглушающе плюнула, разнося на куски первого монстра и посылая второй 105-мм снаряд в самую гущу двухметровых хомяков. Всё вокруг тут же погрузилось в жгущий лёгкие пороховой дым. Я успел заметить, как крышка Страйкера откинулась, и из неё высунулся боец, схватившийся двумя руками за спаренный пулемёт. В общую картину боя добавился грохот вовсе не автоматного калибра.

Я отщёлкнул магазин и пополз, таща за собой не двигавшегося Пороха. Разбираться, что с ним, не было времени. Нужно было отступать. Мы слишком поспешили и испугались, прилипнув к технике, боясь отойти от неё и не отправляя вперёд разведку.

Выбравшись из дыма, услышал протяжный вой и обернулся, но было уже поздно. Одна из тварей добралась до меня. Мне показалось, что это была именно та, которой я ранил глаз ещё во время первой попытки выбраться наружу.

Одноглазая тварь закричала, обдав меня мерзким, гнилостным дыханием, и продемонстрировала жёлтые клиновидные зубы, а я невольно прочитал в это время описание над её головой:

[Бурохом (уровень 6)]

Вблизи она была страшна. Я направил автомат ей прямиком в раскрытую пасть и вдавил спусковой крючок лишь для того, чтобы понять, что моментом ранее отщёлкнул магазин. Автомат глухо щёлкнул. Долго не думая, я вывернулся, скидывая автомат с плеча, и пихнул его прямиком в рот твари, мимо острых клыков.

Тварь замерла на мгновение, разинув пасть ещё шире, чем я ожидал. Воспользовавшись её замешательством, я протолкнул автомат ногой, заталкивая его глубже в глотку этой твари. Бурохом дёрнулся, пытаясь выплюнуть железку, но автомат застрял уже у него глубоко в глотке. Монстр начал бешено мотать головой, словно собака, пытающаяся растерзать мягкую игрушку. При этом он схватил и не отпускал мою ногу.

Я попытался отползти назад, но у меня ничего не получалось. Бурохом метался между транспортом и стеной, разбрызгивая слюну и издавая утробное рычание. Я лихорадочно пытался достать нож берсерка из инвентаря, но тварь оказалась быстрее.

Резкая, ослепляющая боль пронзила моё тело.

Мир вокруг на мгновение потемнел, когда клыки монстра наконец сомкнулись на моей левой ноге чуть выше колена. Я почувствовал, как хрустнула кость, а затем — ничего. Просто пустота там, где секунду назад была часть меня.

— СУКА! — заорал я, вложив в крик всю свою ярость.

Моё тело затопил адреналин, заглушая часть боли. Бурохом, довольный добычей, отвлёкся, попытавшись проглотить её вместе с автоматом, и это стало его роковой ошибкой. Наконец-то спроецировав нож берсерка в правой руке, я схватился за нос твари левой и подтянулся на ней вперёд и вверх, вонзая нож прямо в здоровый глаз чудовища. Лезвие вошло глубоко, до самой рукояти, застряв в таком положении. Мне было мало этого, и я как следует пошатал его. Ощутил, как там что-то лопнуло, и нож тут же погрузился ещё на пару сантиметров.

Бурохом издал пронзительный вопль, перешедший в бульканье. Я отмахнулся от системной надписи и упал в стороне, онемевшими руками пытаясь достать жгут из рюкзака. Из дыма вышел один из Выживальщиков с каким-то монструозным дробовиком, которого я раньше у него не видел, и всадил заряд прямо в морду уже дохлой твари.

— Лёха! Твою мать! — он упал рядом со мной на колени, быстро осматривая рану. — Держись!

Я сжал зубы до скрипа, чтобы не закричать снова. Всё вокруг нас было в крови — моей крови. Я чувствовал, как жизнь буквально вытекает из меня. Это так же подсказывала Система, уменьшая красную полоску перед моим зрением и цифры на ней.

Боец действовал молниеносно. Сорвав ремень с одного из мёртвых американцев, он наложил его выше раны и закрутил до предела. Боль была такой, что я почти потерял сознание, но вцепился в это ощущение, как в спасательный круг — пока больно, значит, ещё жив.

— Силь… сильнее дави… — прохрипел я, ощущая подступающую темноту.

Бой вокруг нас продолжался. Тоннель заполнился рёвом монстров, криками людей и грохотом выстрелов. Страйкер амеров получил серьёзные повреждения — один из бурохомов, особенно крупный, протаранил его борт и смял башню, запрыгнув на неё, где его и добили. Вторая машина продолжала вести огонь, не давая тварям подобраться ближе. Я уже ничего не мог сделать, лишь молча смотрел на всё вокруг сквозь показатель утекающего здоровья.

Очки Здоровья: 55/123

Очки Здоровья: 52/123

…

— Отступаем! — раздался чей-то крик, кажется, Ковальски.

[Сиан]: Мы теряем слишком много разумных! Нужно немедленно отходить!

Боец одной рукой удерживал меня за плечи, другой пытался дотянуться до аптечки на своём бедре.

— Сань, — выдохнул я, — брось меня… я только…

— Заткнись и не смей даже думать об этом, — прорычал он, наконец достав аптечку и резко вколов мне что-то в районе груди. — Чтобы наш шеф сдох, меня ж Порох сожрёт потом!

Я почувствовал заряд бодрости, на короткое мгновение прояснивший сознание, и приступил скорее действовать, чем думать.

Открыл инвентарь и достал оттуда предмет:

[Малый лечебный эликсир] [Железный]

Это была маленькая стеклянная бутылочка с красной жидкостью, размером не больше «шота» водки, продающегося в модных алкомагазинах.

Поднёс её ко рту, сорвал крышку зубами и залпом выпил содержимое. Это было кисло… и ужасно больно.

Даже не успел понять, из-за чего именно потерял сознание — боль это была или действие препарата.

Глава 10

Первое, что я почувствовал, приходя в себя, — пульсирующую боль, словно каждый удар сердца посылал по телу электрический разряд. Она растекалась по каждой клетке, но особенно сильно концентрировалась в левой ноге. Той самой, которую мне откусил чёртов бурохом.

Открыть глаза казалось невыполнимой задачей — веки словно налились свинцом. Тело ощущалось странно: с одной стороны, непривычная лёгкость, с другой — будто меня придавило бетонной плитой. Я попытался пошевелиться, и горло тут же отозвалось режущей болью.

— Вот же… — первая попытка заговорить закончилась сухим хрипом.

Я снова попробовал открыть глаза, на этот раз успешно, но сразу же зажмурился от резкого света. Второй подход был аккуратнее — приоткрыл веки буквально на миллиметр и дал глазам привыкнуть.