Сэндэнжавын Дулам – Монгольские мифы (страница 20)

— Все равно, чья стрела его настигла первой, — стоял на своем незнакомец. — Моя рука первой коснулась его, значит, добыча моя.

Каждый из спорщиков, желая присвоить добычу, стал тянуть ее в свою сторону: один — за голову оленя, другой — за хвост.

Тем временем подъехали четыре ханских нукера.

— Это ведь хан! А ну, отпусти! — крикнул Хастара.

Но Лувсан его перебил:

— Замолчи! Если два человека спорят с одним, то это уже нечестно. Не будем вмешиваться, просто посмотрим, чья возьмет.

Остальные нукеры последовали совету Лувсана и, стоя на некотором отдалении, наблюдали за происходящим.

Белолицый соперник Алтан Галав Сандал хана так разгорячился, что жир, прилепленный к мочке его уха, растаял, и на ней показалась маленкая дырочка.

Увидев это, Хастара вскрикнул:

— Мой хан! Отпустите ее, пожалуйста, ведь это же женщина.

И тут же незнакомка, бросив тягаться с ханом, убежала.

Хан со свитой поскакали вдогонку. Они прискакали в незнакомое стойбище.

Хозяева сначала встретили их недружелюбными окриками:

— Стой! Что за люди?

Нукеры хана ответили:

— Хан со свитой изволят ехать.

Алтан Дуулга баян, услышав имя Алтан Галав Сандал хана, сказал: «Милости просим!» — и принял их с почестями.

Усадив хана на хойморе[218], Алтан Дуулга баян стал угощать его молочной водкой — архи, вином и яствами. Гость рассказал ему о том, что случилось во время охоты.

— Очевидно, вы встретились с моей дочерью, — предположил хозяин.

Тогда хитрый Хастара сказал:

— Раз так, то у нас есть просьба: отдайте свою дочь в жены нашему владыке-хану.

— На это я не могу согласиться, — последовал ответ Алтан Дуулга баяна.

Хастара был хитрым и изворотливым человеком, поэтому начал всячески увещевать Алтан Дуулга баяна, говоря, что «мужчина когда-нибудь да должен жениться, а женщина когда-нибудь да должна выйти замуж и стать счастливой — таков закон бытия». И еще он сказал:

— Вот если бы вы с женой не были вместе, то откуда бы взяться такому счастливому житью-бытью, да и откуда бы появились такие прекрасные дети? К тому же редко какой женщине выпадает счастье стать женой хана.

Эти убедительные доводы достигли своей цели, и Алтан Дуулга баян после недолгих раздумий сказал:

— Хорошо. Я согласен. Но я возьму от вашего хана много подарков.

— Дадим все, что душе вашей угодно, — пообещал нукер Хастара.

И тогда Алтан Дуулга баян стал перечислять, начиная с драгоценностей и кончая «девятью девятками» — восемьюдесятью одной редкостью мира[219]. В том числе были названы девять рогатых мангасов.

— Что ж, найдем и такое, — пообещал Хастара.

— А не слишком ли многого ты тут наобещал? — тронув друга за плечо, молвил Лувсан. — Ведь у нас не то что рогатого — и безрогого мангаса нет.

— Да погоди ты! — перебил его Хастара. — Сейчас лишь бы его дочку взять, а наобещать можно все что угодно.

Поскольку ни в чем ему не было отказано, Алтан Дуулга баян согласился отдать дочь в жены Алтан Галав Сандал хана. А жена Алтан Дуулга баяна сказала, чтобы приезжали за невестой в новолуние четвертого месяца будущего года.

Договорившись обо всем, Алтан Дуулга баян перед отъездом будущего зятя решил ему подарить что-нибудь такое, чья горловина обращена вверх.

— Когда мы справляли свадьбу, моя теща подарила мне футляр для чаши. Давай подарим ему этот футляр, — сказал он своей матери.

Мать вышла из юрты и рассказала об этом жене Алтан Дуулга баяна и еще спросила:

— Есть ли у тебя еще что-нибудь подарить хану?

— Есть, — ответила та и дала ей шкуру быка, снятую чулком, с торчащими рогами и хвостом.

Мать хотела было преподнести Алтан Галав Сандал хану ту шкуру быка, но Алтан Дуулга баян, сказав, что она притащила ненужный мусор, рассердился и дал жене пощечину. Сам же преподнес будущему зятю футляр для чаши, после чего проводил гостей.

Дочь, увидев выезжающих из стойбища гостей, спросила мать:

— Что случилось? Почему жених не взял шкуру быка? Хан погнушался таким подарком или отец не захотел преподнести его?

— Твой отец сказал, что это ненужный мусор, рассердился и ударил меня, — ответила матерь.

— Но ведь теперь этот хан станет легкой добычей мангаса! — вскричала дочь. — Эта шкура превратилась бы в ловушку для мангаса, если бы тот вздумал напасть на хана.

Дочь Тувдэн Няма Осорма была очень сердита на отца и тем не менее спросила его:

— Как же теперь ваш зять-хан отправится к мангасу без этой шкуры?

— Как я мог подарить зятю-хану испорченную шкуру быка? — недоумевал Алтан Дуулга баян.

— Отец! Ты не прав! — пыталась образумить Алтан Дуулга баяна его дочь. — Это ведь не простая шкура. Это — единственное оружие, с которым можно одолеть мангасов.

— Где такое видано? — стоял на своем отец. — Мангасов не то что эта паршивая шкура, даже мужи-богатыри не сумеют одолеть.

— Тогда я вам сейчас кое-что покажу, — сказала дочь.

Тувдэн Няма Осорма сплюнула, и та обыкновенная бычья шкура встала на дыбы и с силой боднула ее отца в ляжку.

— Что ты делаешь, дочка? Отца хочешь убить? — закричала мать, от страха чуть не лишившись рассудка.

— Это не страшно, — ответила дочь. Она провела рукой вокруг раны на отцовской ноге и мгновенно заживила ее.

Миф о Хар багатуре

Алтан Галав Сандал хан вместе со своими нукерами вернулся в крепость. И стали они созывать мужей-богатырей на войну с ханством мангасов. Однако прошло три месяца после того, как все были оповещены, однако ни один муж-богатырь не явился и не встал под знамена Алтан Галав Сандал хана.

Когда зашел разговор о том, где взять ездовых коней для войска, было предложено взять их у Алтан Дуулга баяна, владеющего тринадцатью тумэнами скакунов. Однако Хастара засомневался:

— Алтан Дуулга баян если даже сам отдаст осиротевшего козленка, то представит это невосполнимой утратой. Он даже не подумает отдать нам столько коней. Зато у него есть другое: в его стойбище нами был замечен один чернявый богатырь, который нам сейчас очень даже пригодился бы.

Правду сказать, Алтан Галав Сандал хан, поглощенный переговорами с отцом девушки о свадьбе, видно, вообще не обратил внимания на Хар Сандала. Тем не менее, обращаясь к Хастару, хан сказал:

— Тогда давай вызовем того богатыря к нам!

— Вызвать его к нам, конечно, можно, — согласился с ханом нукер Хастара. — Но я предлагаю пойти на хитрость и сначала послать гонца к Алтан Дуулга баяну с требованием отдать коней. Посмотрим, какая будет его реакция, а уж потом призовем к себе его сына-богатыря.

Хан согласился и послал своему будущему тестю гонца.

Алтан Дуулга баян радушно встретил ханского гонца, но, услышав весть о том, что хан требует пятнадцать тысяч коней, схватился за голову и упал, потеряв сознание. Так он пролежал целые сутки, и невозможно было определить, жив он или мертв.

Когда Алтан Галав Сандал хан спросил гонца о том, что случилось, тот рассказал:

— Алтан Дуулга баян, выслушав меня и не издав ни звука, схватился за голову и упал.

— Что и следовало ожидать, — сказал Хастара и добавил:

— А вот теперь мы и вызовем Хар Сандала и скажем ему, что, если Алтан Дуулга баян отдаст его в наше войско, мы не заберем его коней. Таким образом дело будет улажено.

Когда Алтан Дуулга баян, схватившись за голову, упал без чувств, Хар Сандал спросил у матери: