Сэмюэль Дилэни – Вавилон - 17. Падение башен. Имперская звезда. Стекляшки (страница 79)

— Это новички,— объяснил гид.— После отдыха вы придете сюда и поговорите с нашими лидерами.

Группа детей, явно хорошо знакомых с этим местом, вылетела с одной из улиц, смеясь и крича, и рассеялась среди взрослых на лужайке. Их игры не мешали никому, так как дети разбились на более мелкие и более тихие группки.

Молодой солдат на скамейке достал из кармана горсть монет и выложил квадрат с одним недостающим углом. Когда он бросил монету в этот недостающий угол, один из ребятишек, шнырявший поблизости, плотный неандертальский мальчик, отошел от своих друзей и подобрался поближе к солдату. Солдат улыбнулся, глядя, как тот украдкой вытирает ладонью нос.

— Хочешь попробовать? — спросил он.— Это игра случайка, мы играли в нее в армии. Видишь, когда я бросаю монету в этот угол, с другой стороны вылетают две монеты, и мы пытаемся угадать, какие вылетят.

— Я знаю эту игру,— кивнул мальчик.

— Не хочешь ли для забавы сыграть пару конов?

Мальчик подошел к скамейке, выложил монеты квадратом и достал что-то из заднего кармана. Это был калиброванный полукруг с металлической планкой, вращавшейся вокруг его центра. Мальчик расположил инструмент по диагонали квадрата и определил угол. Затем замерил расстояние, взял свободную монету и присел на корточки, чтобы метнуть ее.

— Три и пять,— сказал он, загадывая монеты, которые выпадут. Он метнул монету, и из дальнего конца вылетели монеты номер три и пять. Он снова составил квадрат, второй раз произвел измерения, сказал: «Два и пять», метнул — выпали два и пять. Солдат засмеялся и почесал в затылке.

— Что ты делаешь с этой штукой? — спросил он, когда мальчик снова стал измерять.— Впервые вижу обезьяну, которая играет так здорово — прямо как страж.

— Один и семь,— сказал мальчик, и названные монеты послушно выпали.— Я просто проверяю угол смещения линии удара,

— Чего-чего? — переспросил солдат.

— Вот, смотри,— начал объяснять маленький неандерталец.— Монета, которую ты бросаешь, имеет вращение, скажем, омега, которым в большинстве случаев можно пренебречь, так что тебе не нужно беспокоиться насчет вращающего момента. То же самое относится к ускорению, пока оно достаточно сильно, чтобы выбить две монеты, но не настолько сильно, чтобы разбросать всю матрицу. Назовем его константой К. Единственное, что имеет значение — это угол перемещения, тета, от диагонали матрицы по линии толчка. Как только ты воспримешь это правильно, результатом будет простой вектор сложения сил, взятый через все возможные пятнадцать...

— Постой, постой...— сказал солдат.

— Эта игра не должна бы называться случайной,— закончил мальчик.— Если ты правильно воспринимаешь все факторы, никакой случайности не будет вообще.

— Это слишком мудрено для меня,— засмеялся солдат.

— Вовсе нет,— возразил мальчик.— Просто думай, как на уроках в школе. Ты тоже пойдешь в здешнюю школу?

Йон, Альтер и их гид стояли и слушали все это. Теперь Йон шагнул на лужайку и тронул мальчика за плечо. Солдат вскинул голову, мальчик повернулся. На обоих лицах было написано удивление.

— Кто научил тебя этому? — спросил Йон.— Кто показал тебе, как делать такие вещи? — ему понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что удивление вызвало его диковатое, давно не бритое лицо, а вовсе не его вопрос.

— Женщина,— ответил мальчик.— Женщина, с которой был мужчина с такой чудной головой.

— У нее были черные прямые волосы? А у мужчины сквозь половину лица можно было заглянуть внутрь головы?

— Правильно,— подтвердил мальчик. Йон поглядел на Альтер.

— Они здесь,— сказала та.

— Пожалуйста, идемте со мной,— напомнил о себе гид.— Вам нужно отдохнуть, иначе вы попросту свалитесь.

— Они здесь! — повторил Йон, оглядываясь вокруг.

Им отвели комнату в маленьком доме, специально предназначенном для сна. Она была, как обещано, удобной и зеленой. Когда они проснулись, был вечер, в окно стучали листья, их шелесту вторила песенка маленькой птички, а в закатном небе пурпур оттенял жаркую бронзу.

— Вот это да! — сказала Альтер лесному стражу, который пришел поговорить с ними в этот вечер.— Я и подумать не могла, что увижу такое место в том мире, где живу. Оно как из мечты о другой планете.

— Оно очень даже из этого мира,— заверил ее страж.— Когда беспорядок начинает нарастать, это сразу делается заметно. Но мы стараемся наводить порядок, если есть хоть половина шанса, с такой же скоростью, с какой нарастал хаос.

— Как люди приходят сюда? — спросил Йон.

— Услышав об этом месте. Есть наши люди, которые ходят по всему Торомону, и есть стражи-телепаты. Нам здесь очень нужен умелый народ, но он собирается у нас медленно.

— А где моя сестра и Катам? — задал Йон новый вопрос.— Когда мы их увидим? Нам надо немедленно поговорить с ними. Мы приехали из Торона, нас послала герцогиня Петра от имени короля.

— Мы знаем, что они здесь,— добавила Альтер.— Мы говорили с мальчиком, который видел их.

— Но здесь нет,— просто сказал страж.— Они были здесь некоторое время назад. За время своего пребывания Клея прочитала несколько лекций по высшей математике и немного позанималась с начальными классами. Тот мальчик, наверное, учился в одном из тех классов. Рольф же оказал большую помощь в оценке нашего экономического положения и обозначил несколько путей для решения проблем, с которыми мы уже начали сталкиваться. Но они были здесь недолго, только для того, чтобы официально пожениться, а потом ушли.

— Куда?

Страж покачал головой.

— Они сказали, что надеются вернуться, хотя у них может не получиться.

— Йон,—Альтер дернула его за рукав,— скажи ему про врага...

— Компьютер в Тельфаре? — спросил страж.— Мы знаем, что он сошел с ума. Они, наверное, отправились туда.

— Это и наше место назначения,— сказал Йон,— если мы не найдем их.

— Но почему бы вам не остаться здесь?

— Мы приняли на себя обязательство покончить с компьютером.

Помолчав, страж сказал:

— Известно ли вам, что король, герцогиня Петра, большая часть советников и некоторые другие члены королевской семьи погибли?

Они слушали в полном оцепенении, не проронив ни слова даже после того, как он замолчал.

— Торон снова подвергся бомбардировке, причем очень жестокой. Королевский дворец разрушен. Уничтожены три четверти городского населения. Идет беспорядочная эвакуация на материк. Это сообщение пришло сегодня поздним утром, когда вы уже спали.

Они гуляли по берегу озера и смотрели на рваную линию горных вершин. В воде отражалась медь догорающего заката. Поднятая лебедка отбрасывала на песок тень сложной формы.

— О чем ты задумался? — спросила Альтер

— О тебе и о себе. Теперь только это и осталось.

— Я очень боюсь,— сказала она совершенно спокойно. На серой воде умирали последние отблески солнца.

— Альтер,— тихонько спросил Йон,— ты любила того мальчика, который подарил тебе ожерелье и погиб на войне?

— Я очень хорошо к нему относилась,— она была слегка удивлена.— Мы были добрыми друзьями. А почему ты опять спрашиваешь?

В тишине Йон распутывал клубок своих сумбурных мыслей.

— Потому, что я хочу жениться на тебе,— наконец решился он.—Ты мой друг. Ты очень хорошо относишься ко мне. Но будешь ли ты любить меня?

— Да,— прошептала она, и в том, как изменился ее голос, он угадал и ее раздумья, и ее согласие.— О да...

Он притянул ее к себе, и она обняла его за талию.

— Пожениться и остаться здесь,— проговорил он.— Альтер, будет ли это правильно, если там... там ничего не осталось? Я уже ни о чем не берусь судить.

— Я хочу выйти за тебя,— она сделала паузу.— Если ты не сделал бы мне это предложение, я сделала бы его сама. Йон, если это имеет значение для чего-то там — я тоже не берусь судить. Но это единственное, чего я хочу.

— Тогда поженимся.

В тот же вечер они узнали, какова в городе брачная процедура. На рассвете они принесли друг другу обеты на каменной плите на берегу озера, над ало-золотым огнем, окрасившим воду.

Глава 11

Сидя на лужайке в компании таких же новеньких, ждущих начала ознакомительной беседы, они снова услышали, как воздух режет вой самолетов. Все посмотрели на облака. Звук усилился, и у Йона пошли по спине мурашки. Кто-то вскочил. Но затем звук ослабел, и все нервно переглянулись. Вскочивший потряс головой, как делают, отгоняя кошмар.

— У меня живот сводит каждый раз, когда я слышу эти проклятые самолеты. Каждый раз сижу и гадаю, куда они летят теперь,— он снова сел.— Наверное, я должен быть рад без памяти: я был при бомбежке каторжных рудников, и если бы не она, я бы тут с вами не сидел. Но все-таки...

— Значит, рудники тоже бомбили? — спросил Йон.

— Пару дней назад.

— А как вы попали на рудники? — спросила Альтер. Их собеседник коротко рассмеялся.

— Из Котла да под крышку. Просто и тупо. Взяли, в общем, за дело,— его улыбка не таила никакой задней мысли, но он явно не хотел углубляться в свое прошлое.