Семён Субботин – Заблудившийся компас (страница 3)

– Вызывайте полицию, в конце концов. Пусть она и разбирается, есть ли в чём-то моя вина.

– Так и знал, что сейчас такая аргументация начнётся! У нас тут места глухие, я полицию в последний раз видел, когда она милицией ещё называлась. Мы и сами не дураки, разберёмся, – Степан постоянно активно жестикулировал и говорил немного громче, чем было нужно.

– Вы устраиваете самосуд! Удерживаете меня против воли, без единого доказательства обвиняете непонятно в чём, – парнишка из толпы наконец-то дал мне воды в кружке, несмотря на строгое шипение матери.

– Гражданин захотел конкретики! Хорошо, мы дадим ему фактов. Мы, жители деревни Нижние Верховцы, обвиняем тебя в самом страшном грехе – убийстве. Ты, гад такой, пользуясь доверием и наивностью некоторых добропорядочных людей, коварно напал на них, со свету сжил и схоронил где-то в окрестности, – Степан подытожил своё выступление, постоянно тыкая в меня пальцем.

Две мамаши заткнули уши своим детям и наконец-то догадались, что им тут не место, выгнав тех наружу.

– Это просто бред какой-то... Я сплю до сих пор, что ли? Кто-нибудь ущипните меня, – мне стало не по себе от услышанного, холодок пробежался по спине, несмотря на двадцать градусов тепла на солнце.

– Можешь хранить молчание или защищаться, мы же не варвары какие-то. У нас тут не самосуд, а суд народный. Мы сейчас рассмотрим все обстоятельства, взвесим все доказательства и вынесем вердикт простым голосованием, – самопровозглашённый староста ходил из стороны в сторону, разворачиваясь у стен сарая.

– И дальше что?

– Если признаем виновным, то тут и повесим. Или утопим в озере, как пожелаешь, – Иван зыркнул на меня острым и колючим взглядом, от которого стало физически больно.

– Люди, вы с ума сошли?

– Это ты с ума сошёл, скорее всего. Мы с девчонками моими как раз смотрели передачи про маньяков, так вот, всё у нас совпадает! Только загибайте пальцы, – выступила баба Груня, деревенская активистка, без которой не проходило ни одно местное мероприятие.

– Во-первых, профиль его идеально подходит для убийцы: молодой, симпатичный, одинокий белый мужчина тридцати лет. Во-вторых, он к нам переехал из большого города. А почему? Потому что там уже наследил и в розыске! В-третьих, живёт как-то тихо и неприметно, что вызывает сильные подозрения. Ну и напоследок: сами вы уже заметили, что люди наши пропадать стали именно с его приездом, – Груня почему-то загнула пять пальцев, явно сбившись в своих подсчётах.

– Я уже несколько раз рассказывал тем, кто спрашивал, что переехал сюда по программе "Земский учитель". Не каждый день предлагают три миллиона за переезд, мне как раз хватило на дом и новый автомобиль. Да и места мне ваши понравились, красота какая, природа – загляденье! Как увидел, то сразу понял, что хочу здесь жить, - я взял слово, когда возникла пауза со стороны обвинения.

– Жить и убивать! В одном ты точно прав: у нас и вправду красиво. Что луга зелёные, что поля с пшеницей, что озерцо с рыбкой. Не будем тебя топить и природу загаживать, тут повесим, – Степан сказал это так буднично и спокойно, будто это уже был решённый вопрос.

– Я в жизни никого и пальцем не трогал! Я – убеждённый пацифист.

– Ваша личная жизнь нас не касается.

– Вы о чём вообще? Мне женщины нравятся, – я был в недоумении, но догадывался, что меня снова не так поняли.

– Вот! Вот, только послушайте его! Он же извращенец! Ему женщины нравятся во множественном количестве. У нормального мужчины должна быть только одна женщина. Вот как мой, Игнатий Евграфович, всю жизнь только меня и любил, спаси его и сохрани. Зиночка, ещё раз скажи честным людям, как он на тебя посмотрел? - баба Груня завелась, как юла, аж немного подскочила на месте.

– Хищно, – Зинаида потупила взгляд, чувствуя на себе внимание мужа и остальных присутствующих.

– Слышите? Хищно! Мы завели хитрого лиса в своём курятнике, который и душит нас по одному! – Груню кто-то оттащил от меня подальше, когда она уже приблизилась вплотную.

– Попрошу не обобщать! Курицей себя не считаю, ибо голова и мозги в ней на месте. Вот как раз о женщинах и стоит начать говорить. Куда делась Жанна? Три месяца назад её с тобой видели! – Степан усадил Груню на садовый раскладной стул и продолжил речь, - Куда ты дел нашу девочку, ирод проклятый?

Конечно, я прекрасно помнил Жанну с нашей первой встречи. Невероятной красоты девушка, подобную которой я вряд ли бы встретил в своём городе. Её длинная русая коса и глаза небесно-голубого цвета навсегда впечатались в мою память.

Жанна работала в детском саду, который стеной примыкал к деревенской школе, где я преподавал. На большом обеденном перерыве она сама подошла и поздоровалась. Я никогда бы не решился к ней подойти, настолько яркой и особенной она мне показалась.

– Вы что, думаете, что я её убил?

– И убил, и расчленил, и снасильничал, не знаю уж в каком порядке. В прошлом выпуске показывали одного из таких, твоих коллег по маньячным делам, – баба Груня явно хотела дать мне в глаз, но Иван её удержал.

– Всех вас тоже видели рядом с ней три месяца назад. Нас тут всего человек пятьсот живёт, понятное дело, что кто-то и когда-то видел меня с кем-то. Это ничего не доказывает. Она была очень милой девушкой, – я попытался привстать, но тут же понял, что это была плохая идея.

Амбарный замок, на который меня пристегнули, не позволил мне подняться выше метра, поэтому мне пришлось вернуться в сидячую позу.

– Была! Почему ты сказал, что была? – Степан прицепился к моей оговорке, пытаясь притянуть свою версию за уши.

– Была и есть, не придирайтесь к словам. Да, она мне очень понравилась. Да, мы пару раз ездили с ней на озеро, просто болтали и ели мороженое.

-– Там ты её и приговорил? Тело хоть родителям верни. Их специально не стали на это собрание звать, ибо давно бы тебя вздёрнули на эмоциях, – староста хрустнул пальцами, явно намекая на хруст моей шеи.

– Я не знаю, куда она исчезла. На работе у неё спросите или у родственников. Девушка молодая, мало ли что случилось. Встретила кого-то и замуж вышла давно, переехала в другое место, нашла занятие поинтереснее, – мне наконец-то дали второй садовый стул, и я перестал протирать штаны о деревянный пол.

– Кто-нибудь верит в сказки этого городского прощелыги? Наверняка, соблазнил нашу Жанну, покатал на новой иномарке, наобещал золотых гор, а она теперь рыб кормит! Вы только посмотрите в его глаза! Кобелина же настоящий! Ему же девушку уговорить – раз плюнуть, – баба Груня пошла вразнос и больше не сдерживала себя в выражениях.

– Дорогие односельчане! Давайте просуммируем то, что есть. Обвиняемый признаёт контакт и близкую связь с пропавшей. Сам рассказал, что было несколько свиданий, хоть мы и так всё о них знаем. Он имел все возможности для совершения убийства, что и сделал, – Степан взял третий стул и присел, поняв, что рассмотрение дела может сильно затянуться.

– Близкой связи не было, если вы на секс намекаете. Была взаимная симпатия двух молодых и свободных людей. Жанна – очень порядочная и образованная девушка, с ней даже поговорить приятно и побыть рядом, – я отбивался от нападений как мог.

Никогда в жизни я не мог себе даже представить, что окажусь на стуле подсудимого, да ещё и при таких обстоятельствах. С каждой минутой ощущение того, что всё может закончиться для меня печально, только усиливалось.

– Так и запишем в протокол: косвенно доказано, что виновен. Кто-нибудь вообще ведёт протокол? –староста осмотрел всех присутствующих, и не дождавшись ответа, махнул рукой, – Так и запомним тогда. Груня, кто у нас следующий пропавший?

– Дети!

Толпа охнула и ахнула при упоминании детей. Она едва смирилась с тем, что я – убийца, маньяк и насильник, а тут вылезли новые подробности.

– Дети... Месяц назад в деревне пропали брат и сестра, внуки приехали к моей соседке. Сколько им было? Лет по десять? – глава администрации, который сам себя им назначил, продолжил нагнетать страстей.

– Прекрасно их помню: Петя и Настя, учатся в Москве в пятом классе. Чудесные ребята и очень любознательные. Они несколько раз заходили в гости, хотели угоститься ягодами, но постеснялись дёргать их через забор, – я закапывал себя всё глубже и глубже своими же показаниями.

Врать и отпираться не имело никакого смысла: в маленькой деревне ничего не скроешь, всё видно, как на ладони. Если я сказал, что никогда не видел этих детей, то обязательно нашлось бы несколько свидетелей, утвердивших обратное.

– И ты их кокнул за стакан малины? Куда детей дел, всё рассказывай, – Иван занёс надо мной весло, что создавало несколько напряжённую атмосферу над головой.

– И их я пальцем не тронул.

– А чем тогда? Удавкой? Сзади подкрался, чтобы по ночам не снились их светлые глаза? – баба Груня театрально схватилась за сердце.

– Вам нужно поменьше смотреть такие передачи, может быть, и перестанут везде маньяки мерещиться, – я выдержал её прожигающий насквозь взгляд, не чувствуя ни единого укола совести.

– Соседка говорила, что к нему ходили. Такие хорошие были ребятишки, вежливые и активные. Петя мячик футбольный постоянно гонял да на велосипеде так лихо катался. Настенька бабушке помогала в огороде, любила её песни слушать, а та как запоёт, – Степан давил на эмоции, убеждая остальных, что я совершил невероятное деяние против земных ангелочков.