Семён Гущин – Воттоваара – первый шаг (страница 7)
Я верю, что настанет день, когда
Наша Земля расцветёт как радуга
После дождя и сольётся навсегда
Наша душа в потоке мира, как и было это всегда.
И поиски свои я начал из книг,
Но бездействия загнали в тупик.
Не попробовать – не познать никогда
В этом я убедился раз и навсегда
И я собрал рюкзак и отправился в путь
Может быть, в горах мне откроется суть?
Может быть, я встречу там мудреца?
А что если он слышит голос творца?
Я верю, что настанет день, когда
Наша Земля расцветёт как радуга
После дождя и сольётся навсегда
Наша душа в потоке мира, как и было это всегда.
И я писал эту песню несколько лет,
Пока не нашёл для себя ответы.
Во что я верил, и что я искал
И откуда на новый день силы я брал.
И в этой жизни и вправду много идей
И сотни лет не хватит насладиться ей
Найти свой путь и пройти до конца
И всё же поверить, что есть чудеса
И я верю, что настанет день, когда
Наша Земля расцветёт как радуга
После дождя и сольётся навсегда
Наша душа в потоке мира, как и было это всегда.
Степан пел так, словно хотел что-то рассказать, но загадкой. Будто бы он что-то знал, но не хотел просто так делиться этим. Песня была похожа больше на балладу, историю, которую он пережил и записал, чтобы не потерять о ней воспоминания, что-то настоящее было не только в словах, но и в его голосе. Я восхищался и удивлялся ему, не у каждого получится размотать клубок своих мыслей на нитки, а затем собрать из них рифмующиеся строчки. Сколько же всего он вобрал в себя, чего только не умел. Тратил ли он на это много времени своей жизни? Ведь, чтобы научиться чему-то, нужно время и немало. Мысли меня уносили куда-то вглубь бескрайних сказочных лесов, в которые мы должны вот-вот отправиться. Усталость после ночной смены уже переходила в тяжесть. Время было почти двенадцать дня. Степан перестал играть, и мы ещё раз по порядку перечислили всё содержимое рюкзаков.
– Ну что, пора выходить?
– Рано ещё, тут же до Ленинградского вокзала ехать с пересадкой пару часов, куда торопиться?
– Ну, знаешь ли, я предпочитаю немного подождать поезд, чем бежать за ним. Дорога непредсказуема, мало ли какой форс-мажор, так что лучше выйти пораньше. Можно, кстати, перекусить, забежать, тут пиццерия недалеко, очень вкусно готовят, а там до Подольского вокзала на такси.
– Хорошо, раз уж ты так пиццерию хвалишь, то пойдём.
– Один момент.
– Что?
– Давай-ка, присядем на дорожку и фото сделаем.
– Зачем?
– Как? Это же начало приключения, когда мы вернёмся, тебе покажется, что мы никуда не ездили. Словно вышли и зашли обратно.
– Ну давай.
– Вот здесь с рюкзаками по бокам.
– О, отлично получилось.
– Да, вот теперь пошла жара. По дороге соображай быстрее и лови волну, как говорится. Веселье начинается.
Пиццерия находилась через три дома, и не зря Степан её нахваливал, она оказалась очень вкусной и недорогой, отличное соотношение цены и качества. Такси до вокзала доехало без пробок. Всё шло гладко, пока мы не сели в электричку, у которой конечная оказалась Царицыно, а не Площадь трёх вокзалов. Мы вышли, метро было перекрыто, видимо, из-за праздника, сегодня девятое мая. Вот и форс-мажор. До Ленинградского вокзала мы добирались тоже на такси. По приезду время было уже шесть вечера, и до выезда оставалось два часа. Настало ожидание, от которого ещё больше клонило в сон. Степан поставил рюкзак перед собой и словно погрузился в медитацию, лишь иногда открывая глаза. Мне же показалось, что я заснул на какое-то время.
– А вот, видимо, и наш поезд. Да, ноль девяносто второй, это он. У нас десятый вагон.
– Ну тогда пойдём, мне уже хочется просто лечь спать.
– Ехать мы будем всю ночь, так что выспаться успеем.
– Это радует, а то уже сутки не спим.
– Не забывай, у нас как ни как отпуск, поэтому мы хоть и будем весь день на ногах, спать мы тоже будем от заката до рассвета, по природным часам, а это самое полезное.
– Да, ты то уже сколько лет в ночь работаешь, у тебя точно биологический ритм сбит конкретно.
– Так, сейчас, секунду.
– Что там у тебя?
– Включаю микрофон, мне нужно будет записывать некоторые моменты.
– Ты серьёзно?
– Конечно, я всегда с собой беру видеокамеру. Сам себе режиссёр, сам себе оператор. Так, Дмитрий, что ты ощущаешь перед своей первой поездкой в дальний поход, по неизвестным тебе дорогам и точно сказочным тропам?
– Ну, я даже не знаю, что сейчас ответить, я настолько устал, что просто хочу упасть на койку и заснуть. В голове полная каша.
– Ты хоть ощущаешь, что отправляешься навстречу невиданным приключениям?
– Есть такое, и скорее всего – это больше похоже на чувства неизвестности, трудно поверить в то, что я всё же решился на это – вырваться от всех дел, забить на всё и хоть раз отправиться в настоящий поход, о котором так давно безрезультатно мечтал.
– То есть можно сказать, ты сейчас отправляешься навстречу своей мечте?
– Да, можно это так и назвать.
– Ну тогда вперёд, навстречу приключениям и мечтаниям, навстречу неизвестности.
– Да, погнали. Какие у нас места?
– Пятьдесят три, пятьдесят четыре. Как тронется поезд, выпьем чаю и спать.
– Может, без чая? Сразу спать?
– Нет, чаепитие в поезде – это же как ритуал удачной поездки, вся эта атмосфера дальней дороги, лови моменты.
– Ну хорошо, как скажешь.