Семён Гущин – Воттоваара – первый шаг (страница 6)
Проснувшись, голова была свежей, и я уже ничего не хотел, кроме как прыгнуть в поезд и уехать подальше отсюда. Оставалась одна ночь, обычно – это самое долгое, ждать, когда она закончится, и я настроился провести её весело, перебирая в голове темы для разговоров и обсуждений. На ужин у нас был только крепкий кофе, и мы вышли той же лесной дорогой и по пути почти не разговаривали. В этот раз я точно запомнил маршрут.
Понедельник был в полном разгаре, и работа не давала расслабиться. Может быть, поэтому ночь и прошла незаметно. Освободился я, как обычно, раньше Степана и около часа прождал, пока он закончит свои дела. По команде «на выход» я тут же поторопился, ведь уже сегодня мы должны отправиться в дорогу, и нельзя было терять ни минуты. Я вспомнил, как Степан говорил: «Делай то, что я тебе говорю, и желательно, когда я тебе это говорю, только тогда всё пойдёт как надо и не возникнет лишних неудобств и проблем», – он говорил это с таким серьёзным лицом, что тут трудно ослушаться. Он всегда был очень серьёзен и расчётлив, у меня не было сомнений, что он уже всё распланировал и обдумал на шаг вперёд, поэтому я, не колеблясь, старался делать всё, что он скажет.
На выходе я прождал ещё полчаса, Степан задерживался, как обычно. Но, увидев его и как он не торопится, мне стало спокойнее: значит, всё идёт хорошо и мы везде успеваем, точное время отправки поезда я не помнил, да и зачем мне это, я всё равно буду просто делать всё по команде, так проще и вероятность сделать что-то не так значительно снижается.
Погода стояла пасмурная, но спокойная, и мы уже не торопясь никуда пошли узкой лесной тропой и на этот раз не домой, а на площадку, где по утрам занимался Степан. С последнего моего визита многое изменилось. Степан как-то приводил меня на это место, и мы стреляли из пневматического пистолета по жестяным банкам. Тихая, старая площадка, от которой оставалось лишь несколько турников, что, по его рассказам, были установлены лет тридцать – сорок назад, с разными другими тренажёрами и для разных уличных видов спорта. Дальше Степан хорошо постарался: деревянные брусья, вкопанное толстое бревно около трёх метров высотой, на которое одеты покрышки от машин, служило ему грушей, и ещё несколько покрышек от грузовых автомобилей, видимо, тоже играли какую-то свою спортивную роль. Место под костёр тоже стало заметно обустроено под постоянное использование.
От этой площадки веяло одиночеством и спокойствием. Я понимал, что Степан проводит тут время, но не знал сколько, да и вряд ли кто-то ещё знал о подробностях его занятий. Спортом я особо не занимался, поэтому, сидя на бревне, ждал, когда Степан закончит свою разминку. Ещё минут пять мы просидели в тишине, как на дорожку перед отъездом.
– Ну что ж, теперь можем идти.
– Ты закончил?
– Да, это место отлично успокаивает после работы, отдыхаешь от шума, от говора людей, от лишних вопросов и всей той рабочей суеты. Минут сорок здесь, и вроде бы в голове порядок. За все свои годы жизни я начал понимать, что самое полезное занятие из видов спорта – это утренняя зарядка и вечерняя заминка или просто прогулка на свежем воздухе. Без напряжения и стресса.
– Наверное, ты прав.
– У нас поезд в восемь вечера, спать можно не ложиться. Как раз сейчас ещё раз переберём рюкзаки и пораньше выйдем, чтобы спокойно и без спешки добраться до вокзала.
– А с какого вокзала отправление?
– С Ленинградского, прибытие в Петрозаводск в девять сорок четыре.
– Двенадцать часов, как раз хорошо выспимся.
– Да, очень удобно. Пятьдесят третье и пятьдесят четвёртое место, возле окна, одиночки, моё сверху.
– Хорошо, ты-то по ловчее будешь, тебе туда запрыгнуть точно не составит труда.
– Так, а что у нас на завтрак? «Тёмный козёл».
– Ха-ха, ты серьёзно? Может, я за колбаской схожу, позавтракаем нормально?
– Смысла нет покупать скоропортящиеся продукты, всё равно уезжаем.
– Да, я смотрю, они у тебя и не появляются.
– Ну что поделать, я то на работе, то меня просто нет дома, а завести хозяйку, как видишь, мне тоже проблематично.
– Кстати, да, что же на самом деле тебе не хватает? Неужели всё настолько сложно? Живёшь один, на алкоголика не похож, с работы не выгоняют. Что не так?
– Наверное, всё то же: то меня нет дома, то я на работе, то где-то в разъездах, ну и кто за мной угонится? Да и кому я такой нужен? Постоянно в движении, словно в бегах от самого себя. Это же не просто так, нужно по душе искать, а я так, методом тыка.
– Ха-ха, скажешь тоже, методом тыка.
– А по-другому – это не назовёшь. Да и время сейчас какое? Готовить они не умеют или не хотят. Дома убраться им лень, в стирку вещи я и сам закинуть могу, да и, как видишь, у меня тут порядок, остаётся только пыль протирать. Так что да. Мне нужна такая, чтобы меня удивила.
– Ты и правда сложный человек, а насчёт того, что они сейчас совсем ничего не умеют, даже и не говори. Им сейчас на всё готовое хочется и ничего не делать.
– Вот и получается, что лучший вариант поиска – это методом тыка.
– Ха-ха, ну ты и юморист, оказывается.
– А по-другому со скуки помрёшь. У меня очень часто возникает вопрос, что же девушка может сделать такого в квартире, чего не могу я?
– Ну, не знаю.
– Вот он и ответ, мне нужна такая, чтобы было разнообразие, а не загоняла меня в могилу своей скукой.
– Да, сложно у тебя всё.
– И, наверное, самое главное – это то, что я невыносим и не хочу исправляться.
– Ради любимого человека можно было бы и попробовать. Тебе не кажется?
– Возможно, но такого человека нет. И раз уж мы тут засиделись, можно и на гитаре поиграть.
– О, да, вот поэтому-то я и скучал.
– Серьёзно?
– Ну да, мне нравится, как ты играешь, и песни у тебя интересные.
– Ты один из очень немногих, кто ценит это моё творчество. Мне почти все говорят, что у меня ужасный вокал, я и не спорю. Но зачем об этом постоянно мне говорить? Неужели так трудно понять, что творчество – это не просто работа или состязание, первым делом это самовыражение и личное мировоззрение, для кого-то это и вовсе не работа, а способ найти себя, выразить свои чувства, которыми ты не можешь просто так взять и поделиться. И тут вместо поддержки тебя охотно начинают критиковать – это же вообще последнее, что я хотел бы слышать как творческая личность. И я перестал делиться своими достижениями и сочинениями даже с родными, пожалуй, я лучше похороню всё в себе.
– Да, ты не слушай никого.
– А я больше и не слушаю, я играю не для тех, кому не нравится, а для тех, кому нравится, и в основном для себя.
– Тогда спой свою любимую.
– Я думаю, лучший вариант песни – тот, который подходит под ситуацию, и у меня есть такая. Писал я её на самом деле очень долго, словно, пока не пройдёшь определённую часть жизни, тебе не откроются строчки. В истории человека песни всегда были чем-то великим, чтобы не забыть прошлое или вовсе сказания о будущем. Песни выводят из страха воинов на войне и успокаивают детей перед сном. Сплетение музыки и слов – это на самом деле похоже на магическое заклинание, которое открывает двери к разуму, сердцу и душе человека. В христианстве отпевают даже уже мертвецов.
– Да ну тебя, опять жути нагоняешь.
– Ладно, я это так, для примера.
Одна из идей
В этой жизни очень много разных идей.
Одну из них подкинул мне один из друзей.
Как быть счастливым и свободным наверняка,
Как из хлама не выбросить частичку себя.
Ведь частичка эта может оказаться душа.
Так для чего же нам нужны все наши тела?
На каких частотах идут игры разума?
И как это всё с миром связано?
Я верю, что настанет день, когда
Наша Земля расцветёт как радуга
После дождя и сольётся навсегда
Наша душа в потоке мира, как и было это всегда.
Нет, ребята, я лучше сам разберусь,
Начну всё заново и достучусь.
Разберу всю природу и наш организм
И может быть, пойму, что такое жизнь.
А может, стук сердца, вдох, глоток
Приводят наше тело и жизнь в оборот.
А может, кто-то здесь выше нас живёт?
А нас развели как товар в оборот.