Семен Уралов – ПостУкраина. Страна без государства (страница 8)
Например, в мегаполисах многие уже отказались от собственного авто, полностью перейдя на каршеринг, и даже не задумываются, в какую машину садятся. Контролируя смартфон такого человека, очень просто совершить теракт. Точно так же нет никаких гарантий, что вместо продуктов курьер-террорист не принесет бомбу, получив доступ к вашему смартфону и доставив груз раньше настоящего курьера.
Поколение «нулевых» с рождения передает сведения о себе непонятно кому. Через 20–30 лет практически для каждого жителя планеты Земля можно будет составить цифровую биографию с указанием основных связей, увлечений, интересов и контактов, начиная с детского садика. Это открывает широкие возможности для манипулирования, вплоть до создания персональных иллюзий.
Опасность ситуации усугубляется тем, что в 2010-х годах в глобальном медиамире завершилась монополизация. После того как информация стала капиталом, неизбежно стали формироваться информационные капиталы. Сначала лидировали инженерные компании вроде IBM, но «цифра» победила. Глобальный рынок поделили «Гугл», «Майкрософт» и «Фейсбук»[4], взяв под контроль интернет, соцсети и операционные системы. Сохраняя небольшую часть рынка, пытаются обособиться корпорация «Эппл» и китайские телекоммуникационные корпорации, которые пользуются преимуществами огромного внутреннего рынка. Однако в глобальном масштабе информационно-коммуникативную среду контролируют корпорации со штаб-квартирами в США и тесно сотрудничающие с АНБ[5], ЦРУ и научными центрами НАТО.
Мы вступаем в КВойну с противником, который не просто доминирует в этом домене, но и контролирует основные каналы коммуникации, вплоть до персональных. Как вы думаете, сколько начальников, включая силовые структуры, и сколько лет вели переписку со своих айфонов и заводили почту на джимейле?
Противодействуя США в КВойне, надо исходить из неприятной мысли, что с технологической точки зрения для противника мы индейцы, много лет радостно и добровольно рассказывающие о себе буквально все.
КВойна — война будущего, поэтому НАТО так серьезно относится к исследовательским работам.
«В тесной координации и взаимодополняемости с Объединенным командованием НАТО по трансформации (ACT) Организация НАТО по науке и технологиям (STO) проводит исследования технологий, которые должны позволить Североатлантическому альянсу сохранить технологическое преимущество перед своими потенциальными противниками.
STO представляет собой мощную сеть: 6000 ученых из стран-союзников и некоторых стран-партнеров, в частности из Австралии, Финляндии, Японии и Швеции. Она охватывает весь спектр наук и технологий, связанных с безопасностью и обороной, которые разбиты на семь основных областей исследований. Эти научные области изучаются разными комиссиями, как, например, по человеческому фактору и медицине (HFM) и по технологиям информационных систем (IST).
NBIC — научный проект, объединяющий четыре области, ранее существовавшие отдельно: нанотехнологии (технология нанороботов, наносенсоры, наноструктуры, энергетика и т. д.), биотехнологии (биогеномные технологии, биоинженерия, нейрофармакология и т. д.), информационные технологии (компьютерная наука, микроэлектроника и др.) и когнитивные технологии (когнитивная наука и нейропсихология). Проект был формализован при поддержке министерства обороны США (DoD) в 2002 году и впоследствии принят крупными международными организациями, а также рядом стран для объединения технологий будущего».
«Совместный характер деятельности предполагает технологическую помощь и ВМС, и ВВС, а также небольшой контингент морской пехоты, ориентированный на информационные операции. В настоящее время ЦИПсО/PSYOPs использует десятидневный процесс отбора, который должен пройти каждый кандидат, а также “43-недельный официальный квалификационный курс (курс специалиста по операциям PSYOPs), где обучают основным навыкам солдат PSYOPs, включая базовую речь и аудирование, владение иностранным языком, военную разведку, развитую межличностную коммуникацию, адаптивное лидерство, культурный анализ и передовые социальные сети и маркетинг”. (Армия США, 2020 г.)
Эта цитата подчеркивает проблемы, окружающие мир PSYOPs, поскольку даже веб-сайт армии, где описывается процесс, который должен пройти кандидат, содержит название, альтернативное тому, что используется для определения курса, который необходимо пройти, чтобы стать солдатом PSYOPs. После квалификационного курса по психологическим операциям (POQC) солдат направляется либо в региональный батальон, либо в тактическую роту, либо в производственно-распределительный батальон».
Определение. Когнитивная война в доктрине НАТО
КВойна рассматривается США и союзниками по НАТО как война ближайшего будущего. Наши оппоненты уверены, что технологическое доминирование обеспечит им победу в КВойне, которую они начали изучать еще в 2002 году. Конечно, технологии манипуляций и влияния, которую используют КВойны, родились не вчера и не сегодня. Все они так или иначе сводятся к двум приемам — отвлечь внимание манипулируемого и подменить реальность или убедить его, что искаженная реальность есть настоящая. Воздействие нужно оказывать либо на мышление человека, либо на его восприятие реальности, или, как еще говорят, на рефлексию.
Термин «когнитивная война» сильно замусорен буйно цветущими коучами, тренерами личностного роста и армией психологов, продающих спасение со словом «когнитивный». Свой отпечаток накладывает профессиональный термин, ставший речевым штампом, — «когнитивный диссонанс», с которым знаком любой, кто прослушал общий курс психологии в вузе или на занятиях по повышению квалификации.
Технологии КВойн шире, чем подразумевает слово «когнитивный», употребляемое психологами и коучами. На Западе и в первую очередь в США понятие «когнитивный» имеет значение, близкое к русскому слову «мыслительный», но с нагрузкой «мировоззренческий».
Поэтому КВойны — войны одновременно на уровнях мышления и мировоззрения. Сила их технологий заключается в массовом применении, сетевой организации и вирусном распространении.
Манипуляция на уровне личности может привести к ошибке в работе, к неверному решению или вывести из строя ценного сотрудника. При массовом применении возможно создание коллективных иллюзий, таких как необъяснимая вера поздних советских людей в демократию и «невидимую руку рынка».
На примере СНГ хорошо видно, как происходит массовое воздействие «европейской интеграцией». Стать частью ЕС, купив там недвижимость или получив ПМЖ, стало навязчивой идеей для правящих элит всего СНГ.
КВойна невозможна без образа центра цивилизации, где производятся образцы. Общество, члены которого массово смотрят американские сериалы и фильмы, читают «Гарри Поттера» и выбирают для своих детей английский язык, а не китайский, открыто воздействию технологий КВойн. Государство, чья правящая элита на протяжении 30 лет скупала шале в Швейцарии, квартиры в Лондоне, виллы во Франции, акции заводов в Германии и на всякий случай — дачи в Испании, находится под двойным ударом. И дело не в предательской сути элит, схоронивших свое богатство у противника, а в том, что спрятать в современном мире ничего нельзя — миллиарды и квадратные метры видны западным спецслужбам. Поэтому каждый российский элитарий любого уровня, имеющий минимальные интересы в юрисдикции НАТО, является потенциальным соучастником КВойны.
В книге «Украинская трагедия. Технологии сведения с ума» подробно разобрано, что происходит с человеком, когда он становится жертвой КВойн. Если вкратце, то его можно разогнать от паники до эйфории. Все зависит от глубины погруженности человека в проблему и прочности психики. Можно создавать коллективные иллюзии для масс вроде упомянутой веры в демократию. Либо воздействовать на определенные социальные группы, например на IT-специалистов, которых активно вовлекли в белорусский бунт — 2020 и которые первыми побежали от мобилизации в припадке паники.
На тактическом уровне технологии КВойны должны в конечном итоге привести именно к панике. Они способны долгое время создавать иллюзии, конструировать виртуальную реальность, манипулировать конкретным человеком, каждый день конструируя для него новые розовые очки. В финале в любом случае будет паника как высшая форма неспособности принимать решения.
Домен информационных и когнитивных войн в НАТО не зря называют «некинетическим», то есть не наносящим прямые физические удары, как делают ракета, копье, самолет или пуля. В отличие от кинетической войны когнитивная война продолжается практически все время. Политические идеи вшиваются в компьютерные игры и чемпионаты по киберспорту, пропагандируют определенные движения и продвигают конкретную повестку — прежде чем воздействовать на общество, его нужно соответствующим образом подготовить.
Определение. Когнитивная война на уровне схемы
Технологии КВойны способны воздействовать на общество противника, минуя его государство. Далее, на втором шаге, измененное общество начинает воздействовать на свое государство. Поэтому на более высоком уровне технологии КВойны воздействуют на мировоззрение и могут менять ценностные предпочтения целых прослоек.