Сэм Уэллер – Хроники Брэдбери (страница 24)

Как-то раз Рэй пришел в гости к Хайнлайну и смотрел, как тот печатает на машинке. Рэй осознавал, что даже просто стоять вот так у писателя за спиной, – большая честь. Осенью 1940 года Хайнлайн помог Рэю опубликовать рассказ «Жара – куда ни шло, а вот вла…» (It’s Not the Heat, It’s the Hu…) о человеке, который не выносит клише. Прочитав рукопись, он заявил: «Я помогу тебе это продать». Хайнлайн был знаком с Робом Вагнером, редактором голливудского литературного журнала Script, имевшего большой круг читателей и хорошую репутацию в Лос-Анджелесе (некоторые называли его уменьшенной местной версией журнала New Yorker).

Вскоре после этого Рэй получил письмо. Вскрыв конверт и развернув сложенный лист бумаги, он прочел, что рассказ принят. Денег не полагалось – гонораром стали три экземпляра журнала. Тем не менее Рэй впервые продал текст в профессиональное издание! Он громко позвал мать. Эстер Брэдбери выбежала во двор; узнав новость, она засветилась от радости, схватила Рэя за руки и закружилась с ним в вальсе по мягкой траве в лучах солнца. Как вспоминал Рэй, в тот миг он гордился собой, пожалуй, больше всего за всю карьеру – и это стало возможным благодаря Роберту Хайнлайну.

После публикации запросы Рэя возросли, а кроме того, он осознал важность друзей и наставников. Джек Уильямсон, старший участник лос-анджелесского сообщества любителей научной фантастики, опубликовавший свой первый рассказ в 1928 году в Amazing Stories, помогал Рэю критикой, проявляя при этом большое терпение. «Я приходил к нему домой и показывал свои ужасные тексты, а он едва сдерживал рвотные позывы, настолько они были плохи, – вспоминал Рэй. – Тем не менее он был очень добр. По вечерам мы ходили в кино, и он обращался со мной как с равным, несмотря на разницу в возрасте».

К своим наставникам Брэдбери причислял и Генри Каттнера – известного писателя бульварной литературы. Рэй чувствовал, что тот считает его незрелым полоумным юнцом и просто терпит. Тем не менее, принимая Рэя у себя в гостях в Беверли-Хилз, Каттнер тщательно разбирал его рукописи с редакторской точки зрения. Прочитав очередной рассказ, изобилующий ненужными подробностями и цветистыми описаниями, Каттнер заявил: «Еще раз такое напишешь – убью!»

Каттнер прямо говорил Рэю, что его витиеватый стиль дурен. Рэй пытался подражать По и Лавкрафту, пользуясь «Лексиконом Хартрампфа», поэтому его тексты выглядели искусственными и архаичными. Еще Каттнер советовал «заткнуться», считая, что Рэй портит свои истории, когда заранее разбалтывает всем сюжет. Каттнер говорил, что к моменту написания в них не останется ни спонтанности, ни жизни. Рэй послушался и стал держать рот на замке до окончания работы над рассказом.

«По-моему, лучшее, что я вынес из отношений с Генри Каттнером, – осознание того, что я могу принимать советы, слушать старших и не возражать», – говорил Рэй. На протяжении нескольких лет, предшествовавших выходу первой книги Брэдбери «Темный карнавал», Каттнер оставался его добросовестным критиком и, даже переехав из Лос-Анджелеса на север штата Нью-Йорк, продолжал давать советы и писать длинные критические письма.

Каттнер был хорошо начитан – его интересы выходили далеко за рамки ужасов и научной фантастики, поэтому за время общения с ним, с конца 1930-х годов по середину 1940-х, Рэй открыл для себя многих авторов, оказавших на него большое влияние: Джона Кольера, Кэтрин Энн Портер и Уиллу Кэсер. Кроме того, Каттнер дал Рэю почитать книгу Шервуда Андерсона «Уайнсбург, Огайо», из которой тот почерпнул идею: написать роман с похожей структурой и персонажами, но про Марс. Много лет спустя, в 1950 году, эта идея воплотится в «Марсианских хрониках».

Тем временем Рэй продолжал издавать Futuria Fantasia. Зимой 1940 года вышел третий выпуск – таким же тиражом, что и два предыдущих, около ста экземпляров. Обложку вновь нарисовал Бок. Он же написал один из рассказов, подписавшись как «Х. В. Б.». В номере было двадцать страниц, включая обложки. Участие в третьем выпуске приняли члены Общества научной фантастики Генри Хассе и Росс Роклин, известный по публикациям в журнале Astounding Science Fiction. Рэй, как всегда, написал для выпуска рассказы, стихотворение и комментарий, на этот раз без подписи.

Осенью 1940 года Рэй опубликовал четвертый и последний выпуск Futuria Fantasia. Ему было неудобно и дальше занимать у Форри Экермана деньги на журнал и хотелось сосредоточиться на своем творчестве, особенно после публикации в Script. Последний выпуск содержал красивые черно-белые иллюстрации Ханса Бока, который в выходных данных подписался как «Ханнес Бок». Один рассказ написал для журнала Генри Каттнер, а другой, «Успешная операция», – Роберт Хайнлайн под псевдонимом «Лайл Монро». Тираж, как всегда, составил лишь около сотни экземпляров, и для поклонников Хайнлайна журнал стал редким коллекционным предметом. Однако едва ли не самый примечательный материал в последнем выпуске – рассказ самого Рэя «Флейтист» (The Piper), опубликованный под псевдонимом «Рон Рейнольдс». Это была первая в творчестве Брэдбери история о Марсе.

В Обществе научной фантастики Рэй встретил людей, которые многому его научили. «Если бы меня попросили дать совет молодым писателям, – говорил Рэй много лет спустя, – я дал бы два. Во-первых, писать каждый день, а во-вторых, найти людей в том же положении – прибиться, так скажем, к своей церкви».

Еще один из членов «церкви», помогший Рэю стать писателем, – Генри Хассе. В 1941 году Рэй и Хассе, чьей способностью сочинять сюжеты Рэй искренне восхищался, решили вместе написать несколько рассказов. Брэдбери писал черновики, а Хассе редактировал, выкидывая все лишнее. Они взяли рассказ Рэя «Маятник» (Pendulum) из второго выпуска Futuria Fantasia и доработали его, увеличив количество слов до пяти с половиной тысяч, а потом отправили Джулиусу Шварцу, нью-йоркскому агенту, работавшему с бульварными журналами. Хотя за время, прошедшее со встречи в 1939 году на Всемирном конвенте, тот отклонил еще несколько произведений Рэя, на этот раз Шварц согласился представлять дуэт писателей.

18 июля 1941 года Шварц продал «Маятник» в бульварный журнал Super Science Stories по цене полцента за слово. Впервые в жизни Рэй получил чек за свое творчество – двадцать семь долларов пятьдесят центов минус десять процентов комиссии Шварца. Заработок они с Хассе поделили пополам. Рэй ликовал: сделан еще один большой шаг! Многие его друзья и наставники из Общества научной фантастики уже публиковались в бульварных журналах, и Рэй чувствовал, что отстает, пусть это и объяснялось молодостью. Однако теперь он наконец был с товарищами наравне. Выпуск Super Science Stories с рассказом «Маятник» появился в газетных киосках Лос-Анджелеса 22 августа 1941 года – в двадцать первый день рождения Рэя Брэдбери.

«Роберт Хайнлайн, офицер военно-морского флота…»: веб-сайт http://heinleinsociety.org; биография авторства Уильяма Х. Паттерсона-младшего (William H. Patterson Jr.).

«…под руководством многообещающей актрисы Лорен Дэй»: Katz, The Film Encyclopedia.

«Он очень настойчиво просил…»: интервью автора с Лорен Дэй.

«Я, как и многие другие…»: письмо Рэя Брэдбери издателям Arkham House Августу Дерлету и Дональду Уондри от 23 ноября 1939 года.

«…все еще такой дерзкий…»: Williamson, Wonder’s Child: My Life in Science Fiction.

«Если бы меня попросили дать совет…»: Cunningham, 1961 UCLA Oral History Program transcript.

«Шварц продал «Маятник»…»: Schwartz and Thomsen, Man of Two Worlds; журнал продажи рассказов Брэдбери Шварцем, из личного архива Рэя Брэдбери.

11. Поэт бульварной прозы

Научная фантастика, научное мышление, фантазия, исследование новых миров для меня чрезвычайно важны – гораздо важнее, чем принято в обществе. Рэй Брэдбери – один из трех фантастов моей юности, которых следует поставить на пьедестал за то, что они научили нас мечтать и подтолкнули выйти за пределы обыденного. Именно его произведения вдохновили меня на свершения в компьютерной сфере.

Как и многие американцы, 7 декабря 1941 года Рэй сидел у радиоприемника; он был в гостях у друга в Голливуде, когда в эфире прозвучала страшная новость. В трехстах семидесяти километрах к северу от гавайского острова Оаху под прикрытием ночи собралась армада японских военных кораблей, и, когда над Тихим океаном взошло солнце, первая волна из ста восьмидесяти трех самолетов взмыла в воздух с шести императорских авианосцев, чтобы нанести внезапный удар по военно-морской базе Перл-Харбор. Около восьми утра японские самолеты показались из-за густых облаков и один за другим спикировали на американскую базу, разорвав тишину металлическим гулом комариного роя. Бомбы и торпеды уничтожали американские самолеты и топили военные корабли. В результате обстрела погибли почти две тысячи четыреста мужчин, женщин и детей.

В Европе война свирепствовала уже два года, однако Соединенным Штатам до сих пор удавалось держаться в стороне. Атака на Перл-Харбор сделала участие в затяжном мировом конфликте неизбежным. На следующий день Франклин Делано Рузвельт выступал перед Конгрессом США со своей знаменитой речью про «день, который войдет в историю как символ позора», а Рэй стоял на углу улиц Нортон и Олимпик с газетой, гласившей: «США ОБЪЯВЛЯЮТ ВОЙНУ».