Сем Крезент – Дерзкий (ЛП) (страница 2)

— И для чего?

Уголки его губ приподнялись в ухмылке.

— Поскольку мой член будет внутри тебя, это естественно, что мы должны немного узнать друг друга.

От такой наглости у меня глаза полезли на лоб, и отвисла челюсть. Некоторое время, я ничего не могла сказать, поскольку я была в полном шоке. Вот гребаный нахал. А потом, я рассмеялась. Улыбка слетела с его лица, а его выражение стало суровым.

— Ты думаешь, что мы переспим?

И снова появилась эта ухмылка.

— Нет. Мы трахнемся, и ты кончишь так сильно, что на следующий день не сможешь ходить. — Он придвинулся на дюйм ближе. — У меня около одиннадцати дюймов, и тебе лучше поверить, что я заставлю тебя принять их все.

Он погладил рукой мои бедра и свернул внутрь, как будто я позволяю ему дотрагиваться до себя между ног, но я отодвинулась.

— Какого черта ты творишь?

Ответил он не сразу, вместо этого, взглядом изучал мой рот.

— Должен сказать, что мне понравились те маленькие розовые трусики, которые на тебе. Но было бы лучше, если бы ты не носила их вовсе.

Как, черт возьми, он узнал, какого цвета я ношу нижнее белье?

— Спорю, что сейчас ты влажная для меня, да?

— И это, по-твоему, работает? — честно спросила я. Честно говоря, я уже была влажной, и не собиралась позволить ему узнать об этом. К моему унижению, его высокомерие было не настолько раздражающее, насколько возбуждающее.

Я даже не знала его имени. Конечно, я несколько раз видела его в бою и в зале, но больше ничего, полный ноль. Теперь, когда он был в душевой, действуя чертовски дерзко, я ненавидела, что мое тело воспламенялось для него.

Одиннадцать дюймов? Черт, я бы солгала, если бы сказала, что не хотела его увидеть, это в случае если он говорит правду.

Он осмотрел мое тело и издал этот низкий, гортанный звук. Мне пришлось сдерживать свою дрожь. Этот мужчина был очень мускулистым, высоким и властным. В том, как он вел себя, было что-то гипнотическое. Он был уверенным, самонадеянным, и хотя его исполнение было хреновым, все равно было горячо.

— Скажи мне свое имя, — сказал он.

— Скажи мне свое.

— Ты любишь кусаться, котенок? Если ты не хочешь мне его говорить, то все в порядке. Мне, чтобы тебя трахнуть не нужно твое имя.

Никогда в жизни я не чувствовала такого возбуждения, такую похоть.

— Сними свои шорты.

— Что? — спросила я потрясенно. — Ты умом тронулся. Мой брат, как и толпа народу, находится по ту сторону незапертой двери.

— Снимай свои шорты, — потребовал он снова. — Ты хочешь меня, я хочу тебя, и разве сейчас не лучшее время, чтобы утолить жажду?

Он отстранился и расстегнул штаны. И когда он снял их с бедер, его твердый член выскочил вперед, и у меня во рту пересохло.

Хорошо, итак, он не лгал насчет своей величины.

Я хотела сказать ему отвалить, но другая часть меня, часть, которая была скрыта, оттеснила эту, потому что она была под постоянным присмотром моего брата и очень этого хотела.

Я не хотела, чтобы Малахай ушел и положил этому конец, не сейчас, и даже думать о таком уже было безумием.

Единственный раз, когда я занималась сексом оказался катастрофой. Он залез на меня, толкнулся несколько раз, и издал звук, как будто в него воткнули вилку. А еще он возомнил себя, что он Божьим даром для женщин. Но это далеко не так.

И я действительно думала насчет того, чтобы послушать этого парня?

Да, действительно.

Это было возбуждающе, даже волнующе.

— Делай, — снова сказал он.

Я почувствовала свое бьющееся сердце в горле, и вопреки своему лучшему решению и любой другой вменяемой части моего тела, я спустила свои шорты. Я уже собиралась снять трусики, когда он схватил меня за талию, развернул и прижал к раковине. У меня не было выбора, кроме как, уставиться на наше отражение в зеркале и смотреть, как он потянулся и слегка сжал руку вокруг моей шеи.

— Я знал, что увидел в тебе частичку грязной девчонки.

Меньше чем через двадцать минут, я собралась заняться сексом с парнем, которого не знала, в общественной душевой, где нас мог застукать кто угодно, даже мой брат.

Какого хрена я делаю?

Даже когда я об этом думала, я не могла сказать "нет". Я была такой влажной и за эти несколько минут пылала больше чем за всю свою жизнь.

— Я хочу посмотреть на твое лицо, когда воткну в тебя свой член.

Он скользнул пальцами между моих ног, дразня мой вход.

Я прикусила губу.

— Блять. Ты уже чертовски влажная.

Я начала учащенно дышать, зная, что должна это остановить, что это неправильно, но также говорила себе, к черту, заткнуться.

А затем почувствовала, что он прижимает кончик своего члена к моему входу, и я не могла не посмотреть на наше отражение.

Он отпустил шею, сжав мои бедра так, что останутся синяки, но это была приятная хватка, и одним толчком ввел в меня весь свой член.

Ох. Боже. Я действительно это делаю.

3 глава

Малахай

Я сделал всего лишь каких-то два гребаных толчка, и уже кто-то ломится в дверь.

— Ублюдок, — я, отстранившись на дюйм, тихо ругнулся, уставившись на то место, где мой член был похоронен в ее тугой пизде. Я толком не соображал, это уж точно. Я мог управлять возбужденной женщиной, всегда надевал защиту и чертовски уверен, что не опережаю события. Я был чист, и мог предположить, что эта птичка тоже, но еще я не хочу маленьких Малахаев, бегающих вокруг.

— Вайолет?

Я услышал, как из-за закрытой двери ее зовет Роуди, несмотря на это, я собирался продолжить, но раздавшийся его голос свел мое возбуждение на нет.

— Дерьмо, — пробормотала она под нос.

— Вайолет, какого хрена? — снова сказал Роуди. — Ты в порядке?

— Отойди от меня, прежде чем Роуди снесет чертову дверь, — прошептала она и оттолкнулась от раковины. Это действие заставило ее соскользнуть на дюйм с моего члена, и мы оба застонали.

— Я в порядке, — крикнула она, но в конце ее голос надломился. Она толкнула меня, и хотя, я касательно ее брата вполне мог бы сказать "хер с ним" и закончить наши грязные делишки, которые мы тут творили, все же я уважал ее желание отвалить от меня. Я наблюдал, как она нагибается и понимает свои шорты и трусики, и я, наклонив голову, смотрю на ее голую задницу, поглощенный тем, что я могу видеть губы ее киски.

— Чертова девчонка, — сказал я и схватил свой член, чувствуя на нем влагу от ее пизды.

Погладив себя, я застонал.

Она посмотрела на меня через плечо.

— Ты грязный ублюдок, — сказала она, но я видел ее улыбку. Полностью повернувшись, она взглянула на то, как я все еще дрочил.

— Надень свои трусы. Если мой брат зайдет и увидел твой торчащий член, он оторвет эту третью конечность от твоего тела.

Я ухмыльнулся ее дерзости.

Я заставил себя натянуть шорты, хотя представлял, куда они отправятся, когда дверь откроется и войдет Роуди. Но я мог сказать, что те два толчка того стоили.

Я хотел больше ее и не собирался отступать.

Вайолет