Сэм Хьюз – Эд (страница 9)

Эд издает резкий смешок. — Искусственная гравитация? Ну, а как насчет изобрести антигравитацию, раз уж такое дело? — Он хохочет во все горло. — Эээ, забудь, ты не должен был знать. Мои познания, которые, разумеется, неполны, говорят, что сфабриковать гравитон физически невозможно. Создать здесь настоящую гравитацию можно было бы только одним способом — обложить днище корабля нейтронием, и честно говоря, если ты найдешь того, кто владеет технологией получения и обработки нейтрония, дай мне номерок, кем бы он, она или оно ни были. Нам только кажется, что здесь есть гравитация, потому что винтовой привод, встроенный в каркас корабля, равноускоренно движется вверх и тянет за собой корабль с ускорением в девять целых восемь десятых метра на секунду в квадрате. Мы поднимаемся из гравитационного колодца Юпитера. Видишь этот регулятор? Я могу усиливать или ослаблять наше ускорение.

Убедившись, что я пристегнут к своему сидению, Эд немного подкручивает регулятор туда-сюда, заставляя меня почувствовать на себе все варианты гравитации от тяжелых 2,5g до -1g — от него возникает тревожное ощущение, будто висишь вниз головой, — между которыми на мгновение возникает невесомость. Когда мы возвращаемся на восходящую траекторию, я пытаюсь справиться с ощущением тошноты.

— Винтовой привод предназначен для маневрирования в реальном пространстве — для подъема и спуска внутри гравитационных ям между скачками, а также для стыковки и прочих джазовых танцев. И, наконец, третье: прицеливайся и стреляй. Чтобы совершить скачок, нужно с помощь вот этого, другого, регулятора, нацелить антенну туда, куда хочешь отправиться. Проведи в этом направлении прямую линию сквозь всю Вселенную. Рано или поздно она пересечет другую часть пространства с тем же самым гравитационным потенциалом. Там мы и остановимся. Нацеливаемся на Юпитер — останавливаемся рядом с Юпитером. Нацеливаемся на звезду — останавливаемся рядом с ней. Стоит чуть промахнуться мимо звезды — и что тогда будет, точно сказать не могу.

— Ради любопытства, у тебя есть здесь что-нибудь, предназначенное для настоящего джаза?

Эд включает музыкальный фрагмент, в котором я через некоторое время узнаю «Так говорил Заратустра». Тяжелый вздох. — Ааа, да ладно, чувак, где твоя оригинальность?

Мы перебираем «Голубой Дунай», тему имперского марша из «Звездных войн», речь «У меня есть мечта» Мартина Лютера Кинга и песню «Даже миг не хочу терять»[6] группы «Аэросмит», пока мне, наконец, не удается убедить Эда оставить в покое свою эксцентричную аудиотеку и поставить настоящий джаз.

— Ты знаешь, — говорит Эд, когда мы поднимаемся над гравитационной ямой Юпитера и восхищенно рассматриваем Большое Красное Пятно, — за всю историю этой Вселенной в ней, наверное, можно насчитать миллиарды цивилизаций. И я уверен, что, по крайней мере, нескольким миллионам из них удалось вырваться в космос и открыть магию. А значит, в каждой цивилизации должен найтись кто-то, кому эта идея первому пришла в голову — тот, кто первым изобрел магический двигатель. По одному на каждую цивилизацию. И в случае с человечеством этим кем-то оказался я. Я… я первый представитель человечества на Вселенской арене. Как если бы в центре галактики был назначен совет, на который бы приглашалось по одному представителю от каждой цивилизации в порядке живой очереди…, то там был бы я. Ведь… это же самое крутое, что только может случиться. Ведь… если вся суть космических полетов в крутости, то это оно и есть, миссия выполнена и можно возвращаться домой — понимаешь, о чем я?

— Разве нет таких наград, которые можно было бы прибрать к рукам, попав в космос на частном корабле? — задумчиво говорю я.

— Есть, но мне они не нужны. Деньги пусть забирает тот, кто приложит к этому делу настоящие усилия. А у меня есть незаслуженное преимущество — я же чертов гений.

— Что правда, то правда.

Я так и не смог выяснить, откуда Эд в действительности берет деньги. В пабе у него иногда заканчиваются наличные, но за этим исключением он никогда не беспокоится о деньгах и, по-видимому, всегда имеет на руках неограниченные ресурсы. Уж ему-то эти деньги точно без надобности. На данный момент я придерживаюсь теории, что он владеет патентом на какой-то невероятно ценный промышленный процесс и получает средства за счет лицензионных отчислений.

— Я хочу посетить Андромеду, — говорит Эд, поворачивая корабль в сторону необычайно далекого светящегося пятнышка.

— Мы не можем, — напоминаю ему я со всей серьезностью.

— Ну, тогда у меня есть идея получше.

Глава 15. Мужчинам нравятся большие количества кинетической энергии

Что-то пошло совсем не так. И чтобы это понять, мне вовсе не обязательно было слышать, как Эд вскакивает и, выругавшись, пытается совладать с панелью управления. Мы должны были совершить скачок к эпсилону Эридана. Я рассчитывал, что по прибытии в эту систему с достаточно малой относительной скоростью, чтобы нам казалось, будто мы стоим на месте, корабль будет освещен оранжевым светом.

Но вместо этого мое первое инстинктивное желание — пригнуться, ведь прямо в этот момент у меня над головой с феноменальной скоростью проносится красноватая звезда.

Проносится у меня над головой?!

— ЭД! КАКОГО… — начинаю я, но он поднимает руку. На его лице серьезная сосредоточенность. До этого такой взгляд я видел всего пару раз — и оба раза речь шла о практически безвыходных ситуациях, из которых нам посчастливилось выбраться живыми.

Впереди нас кучкуются звезды — и все они красноватого цвета. Они мчатся мимо нас, как ракеты. Мы очертя голову несемся прямо в сердце галактики или вроде того. Мы умрем. Мы столкнемся с одной из них и умрем.

Закончив вводить координаты, Эд что есть силы ударяет по кнопке. На миллионную долю секунды корабль заливает мерцающе-желтый свет и жуткие дозы излучения — затем мы, неподвижные, оказываемся над Землей.

Наступает долгая, трясущаяся пауза.

— Мы не попали в эпсилон Эридана, — говорит Эд.

— Да что ты говоришь, Макферсон.

— Мы промахнулись. Наша траектория сбилась или вроде того. Мы пролетели мимо эпсилона Эридана и продолжали двигаться, пока снова не пересекли гравитационное поле. Ты знаешь, сколько в космосе пустого пространства? Вот и я не знаю. А еще я не знаю, что произойдет, если промахнуться мимо цели. Насколько я представляю, мы могли кружить по Вселенной до скончания веков. Я и понятия не имею, что могло произойти. Я этот вопрос даже не исследовал. Нацеливающая антенна — это самое точное, отказоустойчивое и надежное устройство, которое я когда-либо создавал — с ее помощью можно попасть в Солнце из любой точки наблюдаемой Вселенной. Мы должны были попасть в эпсилон Эридана и я считал, что вероятность ошибки равна нулю, но оказывается, это не так.

— По-моему, мы оказались внутри бывшего квазара.

— Квазар. Квазары — это галактики, которые обладают поразительным запасом энергии, и находятся от Земли на расстояниях порядка десятков миллиардов световых лет. Сравни это с эпсилоном Эридана, который расположен всего в одиннадцати световых годах. Квазары существуют на границе наблюдаемой Вселенной и расположены так далеко, что их пережил собственный свет. Они больше не существуют в виде квазаров — за те эоны, в течение которых их свет добирался до нас, они обратились в прах, который затем снова загорелся, и бывшие квазары опять засияли, превратившись в «обычные» галактики.

Квазары ярко светятся. Квазары находятся далеко от нас. Квазары существуют с давних времен. Но есть еще кое-что — по отношению к нашей галактике все квазары разбегаются в стороны, устремляясь прочь с ощутимыми и все время возрастающими долями скорости света. Это и есть расширение Вселенной в действии. Это и есть причина красного смещения.

А еще это означает, что когда космический корабль, находящийся в нашей галактике, случайно туннелирует в галактику, расположенную на расстоянии в двадцать миллиардов световых лет, полностью сохраняя свой исходный импульс, то по отношению к этой галактике мы движемся со скоростью, которая может достигать девяноста процентов от скорости света. Мы несемся через галактику на бешеной скорости — звезды, которые мы видим вокруг, искажены релятивистскими эффектами, сгруппированы впереди нас и испытывают красное смещение, когда мы движемся им навстречу[7] Эд всеми силами пытается справиться с панелью управления, каким-то образом ему удается навести антенну на нашу галактику и вернуть нас домой настолько быстро, насколько это возможно, прежде чем мы на релятивистской скорости врежемся в нечто горячее или твердое.

— Мы могли погибнуть, — говорит Эд, объяснив все вышесказанное. — Я не знаю, что вызвало ошибку — это произошло всего один раз, так как мы смогли протуннеллировать обратно и вернуться домой. Но я собираюсь приземлиться и выяснить причину. — Он берет управление на себя и начинает плавно снижаться.

— Мы не можем перескочить прямо в подвал?

— Я не хочу снова рисковать — к тому же мы слишком высоко. Равные потенциалы, приятель. Равные потенциалы. Не волнуйся. Я разберусь, в чем тут дело.

Глава 16. Девять лет

На поиски ответа у Эда ушла неделя.

— Эпсилона Эридана не существует.

— Прошу прощения?