Сэм Хьюз – Эд (страница 23)

— Они не пытались вырезать из Вселенной бесконечно расширяющуюся сферу. Это была ошибка. Они пытались создать сферическую оболочку; вирус, который поглощает пространство-время в двух измерениях, медленно искривляясь по мере расширения, и в итоге, образовав сферу, замыкается сам на себя и останавливается. Просто первая подвернувшаяся им комбинаци оказалась неправильной. А андромедианцы, в силу своей бесконечной мудрости, знают правильную.

— Вирус заблокирует в этом слое Вселенной любое электромагнитное излучение, приходящее извне: свет, радио, микроволны, ультрафиолет. В обратном направлении свет будет передаваться, как раньше, поэтому звезда останется видимой. А поскольку более глубокие слои Вселенной не затронуты, барьер можно будет преодолеть с помощью туннельного двигателя, так что мы сможем покинуть эту систему… и вернуться домой.

Восемь минут проходят в тишине. Затем прямо на глазах наша родная звезда исчезает в темноте, будто вырезанная космическим дыроколом. Тем временем черный круг продолжает расползаться, закрывая все новые и новые звезды. Учитывая, что его край движется со скоростью света, через девятнадцать часов он полностью окружит эту солнечную систему.

Вокруг нас незримо разливается блаженная радиотьма. — Ну что же, — говорит Эд, — вот я и исполнил свое предназначение.

Глава 32. То, что не длится миллион лет, длится миллионную долю секунды

В тот момент, когда «Отель Бесконечность» совершает скачок домой, мы с Эдом все еще находимся в пузыре, примостившемся на поверхности корабля; увидев развернувшуюся перед нами картину, я чувствую, как обмякают мои колени. До этого окружающий нас пейзаж почти целиком состоял из звездного неба у нас над головами, подсвеченного идущим откуда-то снизу оранжевым сиянием. Теперь мы внезапно оказываемся висящими над Антарктидой-минус-десять, и главная ось корабля смотрит вертикально вниз. «Головокружение» и близко не описывает наших ощущений. Астронавты влюбились в это зрелище по уши, но они как-никак находились в свободном падении — я же чувствую себя так, будто стою на трамплине высотой в двадцать тысяч километров.

— Что это за огни? — спрашивает Эд. Оторвав взгляд от обрыва, я поднимаю глаза и вижу сотни бледных огоньков, разбросанных по небу. Это не звезды, а бледно-голубые бесформенные пятна, дополненные висящими рядом пояснениями. Я не сразу понимаю, что на самом деле никаких пятен нет — это всего лишь проекции, видимые изнутри нашего прозрачного обитаемого пузыря на внешней оболочке «Отеля Бесконечность».

— Андромедианские корабли всех возможных рас, классов и назначений, — отвечает корабль, материализуя своего серебристого робота-представителя внутри нашего пузыря. — Самые мелкие из тех, что я смог обнаружить, по размеру напоминают баскетбольный мяч. Самый крупный, вон там… — робот показывает вверх на проплывающий над нами уродливый объект, который выглядит так, будто кто-то взял длинный и пыльный чердак, подождал сотню лет, пока пауки не набьют его до отказа паутиной, затем разобрал чердак, оставив саму паутину, и напоследок осветил ее каким-то маниакальным, не поддающимся описанию светом, — … достигает в длину почти трехсот километров.

Большинство из них движутся по орбите вокруг двойной Земли, и их почти хватает, чтобы образовать сплошное кольцо, хотя помимо этих судов, как сообщает наш корабль, есть и небольшие капсулы, прикрепленные к сетям индукционных кабелей, впитывающих энергию магнитного поля Юпитера, и нечто, похожее на ириски размером с целое здание, слизывающие метан с Титана, и серебристые, похожие на птиц, конструкции, заряжающие свои солнечные батареи внутри орбиты Меркурия, и неопознанные объекты, творящие нечто за гранью понимания в межпланетном пространстве, а также в окрестностях Нептуна и в отдалении по обе стороны эклиптики…

— И это только те, кто находится на виду.

— Но почему они все здесь собрались? — спрашиваю я с ощущением, будто в мой дом вломились незваные гости.

Робот пожимает плечами. — Потому что двадцать четыре часа назад Вселенная поменяла форму, — отвечает он.

Он принимается жестикулировать, и светящиеся пятна меняют цвет, распределяясь по нескольким категориям. — Большинство кораблей прибыли с мирными намерениями. Вон та троица — безобидные ученые, исследующие время. Там — социолог вроде меня, который просто интересуется ситуацией на вашей планете и отношениями, связывающими вас с эриданцами. Здесь полно журналистов, фиксирующих происходящее для триллионов других людей. Громоздкие корабли у экваторов — это корабли культурного снабжения; они везут работников, которые отвечают за гуманитарную помощь и готовы поспособствовать выводу вашей цивилизации на андромедианский уровень — Кра и ее беженцы по вполне понятным причинам не горели желанием взять на себя эту роль. Ко всему прочему многие прибыли сюда из чистого любопытства.

— Но среди собравшихся есть и манифестанты экологического движения. Они убеждены в том, что путешествия во времени причиняют Вселенной вред. В различии между этой Вселенной и той, что ей предшествовала, они видят изъян, который необходимо устранить. Есть здесь и те, кто узнав о галактициде в предыдущей линии времени, и осознавая, что историю невозможно повернуть вспять, прибыли сюда, чтобы увидеть, как свершится правосудие — и поверьте мне, толкование «правосудия» здесь представлено во всех возможных вариациях. На том корабле находится группа выживших со спасательного плота «Мантисса»: они обозлены не меньше пассажиров, запустивших в вас астероид, но при этом достаточно умны, чтобы проявить сдержанность, собраться и вооружиться прежде, чем нести возмездие.

— Эд, вы с Кра и остальными создали эту Вселенную в ее текущем виде. Но при всем при этом вы ответственны за галактицид в альтернативной линии времени. Вы понимаете, что это значит? Сколько пророчеств вы непреднамеренно исполнили за вчерашний день? Некоторые люди видят в вас нечто, сопоставимое с богом. Есть и другие, которые считают Кра богиней, а вас — дьяволом. Вы сделали себя центром Вселенной.

— Многие ли из них вооружены? — спрашиваю я у корабля.

— Зависит от того, что вы имеете в виду под «вооружены».

— Что-нибудь угрожает Земле… Землям? Или лично нам? Там внизу тринадцать миллиардов человек.

— Обычная импульсная пушка может превратить любую материю в снаряд, а самый обыкновенный туннельный двигатель, при должной конфигурации, способен вырвать из звезды ее корональную плазму. И то, и другое входит в состав стандартного оборудования любого космического судна, но корабли, оснащенные дополнительным вооружением, теоретически могут располагать чем угодно, вплоть до энерговирусных технологий, так что простой ответ — да. Разумеется, многие из присутствующих здесь сторон готовы защитить ваши планеты, если дело дойдет до боевых действий, но обещать я ничего не могу.

— Значит, нам нужно прямо сейчас разрядить обстановку, — заявляет Эд. — Единственная причина, по которой никто до сих пор не открыл огонь, заключается в том, что меня не могут найти. Я возьму «Эд рулит». Поговорю с ними. Уведу их подальше от Солнца. Мы найдем безопасное место и уладим этот вопрос. Я это планировал с самого начала.

Внезапно — наконец-то — меня осеняет. Он это планировал с самого начала. Что бы сейчас ни произошло, назад он уже не вернется.

Никогда.

— Эд…

Он быстро обрывает меня на полуслове. — Чем дольше я жду, тем выше опасность. Если тебе позарез нужно что-то мне сказать помимо очевидных вещей, говори быстрее.

Он прав, думаю я. Я пытаюсь выразить все, что мне хотелось сказать, как можно меньшим числом слов.

— Было здорово. Береги себя.

Он улыбается в ответ.

— Ну, поехали, — раздается голос Эда, транслируемый из кабины корабля «Эд рулит», расположенного где-то внутри громадного объема «Отеля Бесконечность». Вскоре после этого крошечный корабль — низкий, округлый и шипастый, похожий на нечто среднее между ежом и McLaren F1[13]— появляется надо мной в бескрайнем звездном небе, весьма кстати отмеченный перекрестием, которое добавил «Отель Бесконечность».

Эд открывает канал публичного вещания. — Э… — продолжает он. И тут его корабль схлопывается вовнутрь себя.

Все произошло за мгновение. От корабля ничего не осталось. Даже обломков. Даже яркой вспышки на моей сетчатке.

— Вы его спасли? Вы его спасли? — слышу я свой крик, однако красные огоньки враждебных кораблей у меня над головой уже начинают гаснуть. Они улетают. Они считают, что он погиб.

— Я ничего не мог поделать, — отвечает «Отель Бесконечность». — Атака была скоординированной и прошла одновременно с дюжины направлений. Миротворческие силы уже преследуют нарушителей. В течение нескольких часов им внедрят наездников. Они больше никому не причинят вреда.

Как будто это поможет.

В течение нескольких минут я стою, прижавшись лбом к шероховатой поверхности «Отеля Бесконечность», не зная, что и думать; не зная, как теперь быть.

В течение нескольких часов я объясняю Эду Макферсону, живущему на Земле-минус-десять, почему его миссия уже выполнена. Он воспринимает эту новость на удивление спокойно. Он пока не уверен, хочет ли избавиться от воспоминаний о будущем. Право решать я оставляю за ним.