Сэм Холланд – Человек-эхо (страница 42)

Она делает глубокий вдох и медленно выдыхает.

— Патрик как-то сказал: вот дом, в котором мы встретим старость. Но я никогда его так не рассматривала. — Джесс бросает взгляд на Гриффина. — Я до этого нигде больше двух лет не жила. С самого детства.

— Как так вышло?

— Мы очень часто переезжали. Из графства в графство. Из-за меня, — говорит она. — Это началось, когда меня отобрали у родителей. Из-за того, что не чувствую боли, я постоянно попадала в больницу, и врачи решили, что дома я подвергаюсь насилию. Мне тогда было всего пять лет, и никто не объяснил мне, что происходит, — меня просто отправили в детский дом. — Джесс смотрит на свои руки. — Я не понимала почему. Думала, что я сделала что-то плохое. Моим родителям понадобился месяц, чтобы вернуть меня назад.

Джесс шмыгает носом, вытирает его рукавом.

— А потом мы переехали на север. Решили начать все сначала. Вот только я была полным кошмаром. Меня выгоняли из одной школы за другой, за драки. Я никогда не могла нормально общаться с другими людьми.

— Просто не могу представить, каково это.

Джесс бросает взгляд на Гриффина. На лице у него едва заметная улыбка.

— Патрик был исключением. Он сказал, что исправит меня.

Пауза. Джесс слышит, как между стенами дома падают капли дождя.

— А может, тебя и не нужно исправлять, — негромко произносит Гриффин. — Может, у каждого из нас и должен быть какой-то изъян, хотя бы небольшой.

Она позволяет ему вывести себя из дома к «Лендроверу». Они залезают внутрь, и он прикуривает сигарету.

— Гриффин! — произносит Джесс.

Он смотрит на нее — сигарета свисает у него изо рта.

— Я нашла фото. Я знаю, что твоя жена была одной из жертв.

Гриффин отворачивается от нее, глубоко затягивается и выдувает дым в окно. Заводит мотор.

— Выброшу тебя возле квартиры. Мне нужно вернуться в отдел, — говорит он.

— Гриффин… — Джесс трогает его за руку, но он стряхивает ее. — Расскажешь мне про нее? — негромко спрашивает она.

— Да нечего там рассказывать.

Гриффин с треском втыкает передачу и под визг резины отъезжает от тротуара. Джесс прикрывает глаза, мысленно ругая себя за то, что подняла эту тему. У них не того рода отношения, говорит она себе, когда они едут обратно в квартиру. Она полная дура, что думала иначе.

Глава 43

— Без обид, но я был бы только рад больше никогда вас обоих не видеть.

Доктор Росс поднимает взгляд от трупа на секционном столе из нержавеющей стали, когда Кара и Дикин входят в прозекторскую.

— И вообще вы рановато, — добавляет он.

Кара показывает на телефон у себя в руке. По дороге им звонил Шентон из отдела: у них есть разрешение от ближайшего родственника.

— Нам всего лишь нужен отпечаток пальца, — говорит Кара, и взгляд Росса перемещается на ряд массивных металлических дверок в дальнем конце помещения.

Все трое подходят туда, и Росс выдвигает из одного из отсеков в стене поддон с телом. У Кары невольно перехватывает дыхание, когда он расстегивает молнию черного пластикового мешка и она видит лицо Либби. В холодильнике ее кожа приобрела голубоватый оттенок, и копна розовых волос выделяется на этом фоне чужеродно ярким пятном.

Росс вытягивает из черного мешка одну ее руку и держит ее, пока Кара надевает перчатки и достает из пакета для улик мобильный телефон. Она осторожно прижимает палец Либби к сенсору, и телефон открывается. Все секунду ждут, пока Кара отключает функцию автоблокировки.

— Вы уже провели вскрытие? — спрашивает Дикин.

— Да, и никаких сюрпризов, — отвечает Росс. — В нее стреляли пять раз, с относительно небольшого расстояния — по моим предположениям, прямо из машины, то есть примерно метров с десяти. Пробиты легкие, печень, одна пуля в позвоночнике. Но та, что причинила наибольший ущерб, попала в аорту. По первым прикидкам, пули соответствуют пистолету, обнаруженному на месте преступления — «Хай стандард» двадцать второго калибра[42]. Баллистики скажут точнее. — Он примолкает, опустив взгляд на лицо Либби. — Единственный положительный момент — это что она быстро скончалась от потери крови.

— Есть еще какие-то повреждения? — спрашивает Кара.

— Нет, никаких. И никаких защитных ран на руках или плечах. На всякий случай я взял соскобы из-под ногтей, мазки из носа и рта, ну и еще все, что полагается при подозрении на сексуальный контакт. Все отправлено в лабораторию вместе с пулями.

Кара понимает, что он рассчитывает найти. Место, где была оставлена машина, широко известно среди ищущих уединения парочек — Либби могла целоваться с этим типом, а то и зайти дальше, прежде чем он нацелил на нее пистолет. А поцелуй — это посторонняя слюна, которую можно идентифицировать.

Дикин поворачивается к трупу на секционном столе, пристально всматриваясь в мертвое лицо. Росс застегивает мешок и аккуратно заталкивает поддон обратно в стену.

— Так вы считаете, это и есть ваш убийца? Майкл Шарп? — спрашивает Росс, указывая на тело на секционном столе.

— Похоже, что да, — отвечает Дикин.

— Не желаете побыть здесь, пока я делаю вскрытие?

Они усаживаются на дальней стороне помещения. Стараясь не морщиться от пронзительного визга электрической пилы, врезающейся в кость грудины, Кара наблюдает, как Росс со своим ассистентом для начала вскрывают грудную клетку по срединной линии. Они методично изучают каждую часть тела, каждый орган, взвешивают, убирают в пакеты. По ходу работы Росс наговаривает свои наблюдения на диктофон, чтобы позже расшифровать и распечатать.

Гудит мобильник Дикина, и тот смотрит на него.

— Подтверждается, что автомобиль принадлежал Майклу Шарпу, — шепчет он Каре. — В тот вечер система распознавания госномеров зафиксировала его на трассе эм-двести семьдесят один в двадцать два пятьдесят шесть.

— А на записи видно, кто внутри? — спрашивает Кара, и Дикин мотает головой.

Она вновь переключает внимание на мобильный телефон Либби. Водит пальцем по экрану, не вынимая его из пакета для улик, прокручивает список приложений. Находит иконку «Тиндера»[43], жмет на нее. После нескольких неудачных попыток находит встроенный мессенджер.

В «истории» — несколько чатов, в основном оборванных, есть даже пара фоток половых членов крупным планом.

— Мужчины и вправду думают, что это действует? — спрашивает Кара, показывая одну из таких фоток Ною.

— О, я тебя умоляю, — отзывается он, передергиваясь. — Я не в курсе, я такую тактику никогда не пробовал.

— Выходит, ты использовал «Тиндер»? — удивляется она. Ей трудно представить себе, чтобы Дикин вдруг попытался назначить кому-то свидание даже по старинке, без всякого интернета.

— Совсем недолго, — отвечает он. — Как только женщины узнаю́т, чем я занимаюсь, то либо отваливают, либо проявляют чересчур уж большой интерес, если ты понимаешь, о чем я.

Кара вопросительно поднимает брови.

— Ждут, что на них наденут наручники и так далее — ну, понимаешь, всякую такую фигню.

— А это не твое? — спрашивает она.

— Только не при первом свидании, — с ухмылкой отзывается он. — Нашла что-нибудь?

Заглядывает ей через плечо, пока она пытается разобраться в приложении, потом забирает у нее телефон. Несколько раз проводит пальцем по экрану, а потом отдает его обратно.

— Вот самая последняя переписка, — говорит он.

Смотрит, как она читает обмен сообщениями. Безобидные поначалу шуточки становятся все более игривыми, с откровенно сексуальным подтекстом. И все это на протяжении нескольких дней. Есть несколько перерывов — наверное, из нежелания продемонстрировать излишнюю заинтересованность, — хотя оба уже явно созрели. Потом мужчина предлагает встретиться. Что-нибудь выпить — в том самом баре, в который Кара ходила с Либби всего несколько дней назад.

Она открывает свой собственный телефон, отправляет эсэмэску Гриффину. «Проверь записи с камер в „Оранж румз“. Это такой бар в городе. Там Либби встречалась с Шарпом».

Продолжает читать, пока последнее сообщение не притягивает ее взгляд. «Давай разыграем все по старинке, — говорится в нем. — Оставь свой телефон дома. Узнаешь меня в баре по экземпляру „Дракулы“ в руках».

Кара указывает на него, пихнув Дикина локтем. Он хмурится.

— Должно быть, ей и вправду понравился этот мужик.

— И теперь я вижу почему, — говорит Кара, переключаясь на его личный профиль. — Здесь буквально до мельчайших деталей все, что привлекает Либби. Словно кто-то создал мужчину специально для нее.

— Думаешь, именно в нее он и метил?

— Похоже на то. Но вот только как он сумел столько про нее разузнать? — задумчиво произносит Кара. Вновь прокручивает обмен сообщениями. — Те же музыкальные группы, которые она любит, телевизионные программы, которые смотрит…

— Он мог найти все это в «Твиттере», — отзывается Дикин. — Я был у нее в подписчиках, она не была скрытной.

Верно, думает Кара. Все мельчайшие подробности жизни Либби выложены на всеобщее обозрение в интернете. Если задаться подобной целью — ничего сложного.

При звуке металла, врезающегося в кость, Кара поднимает взгляд. Росс перешел к голове. Он уже стянул вниз кожу с лица Шарпа и теперь аккуратно спиливает верхний свод черепа. Потом ассистент забирает у него пилу, и Росс медленно снимает верхушку с головы трупа, как залипшую крышку с кастрюли. Хлюпнув напоследок, она остается у него в руках. Действо устрашающее, но почему-то просто не отвести глаз.