Сэм Альфсен – Раб и меч (страница 60)
Их ждала тяжёлая битва. Устроившись в крепости, они провели несколько военных собраний. Было решено, что Син вместе с Энки поведут два корпуса по морю, а Вильна, Нуска, Отэн, Хаз, Гирру, Минхэ и ещё несколько незнакомых лекарю генералов направят основные силы Скидана по суше. Также они были разделены на группы: большая часть солдат пойдут в обход ущелья, а Вильна и Нуска возглавят тысячу сильнейших солдат и направятся прямо через ущелье Айнрад.
Это была самая опасная тропа. Однако даже Син не высказал никаких возражений, отчего Нуска нахмурился, но промолчал.
У них не было времени на ссоры и пересуды. Пока они здесь, в горах, Скидан беззащитен. Сейчас практически вся армия страны покинула границы, чтобы нанести Дарвелю последний удар.
После увиденного сна Нуска пребывал в очень плохом расположении духа. Он до последнего верил, что его брат жив. Однако Нуска не сдастся, пока лично не увидит его могилу. Он прорвётся с боем, найдёт того священника и узнает всё.
В землях севернее пустошей сильно пахло хвоей. Из ущелья и с гор дул порывистый холодный ветер. Нуске пришлось приодеться в утеплённые мехом доспехи. Тончайшая и легчайшая стальная броня – разработка Хайи – защищала торс и спину, такие же сверкающие пластины закрывали руки и плечи. Тяжёлые кожаные сапоги для верховой езды доходили до колен. Последним штрихом Нуска собрал длинные волосы в высокий хвост.
Маленькая каменная крепость располагала лишь продовольствием, снаряжением, боеприпасами, тонкими подстилками для сна и временным отхожим местом. Нуска не мог даже взглянуть на себя в зеркало, однако вокруг него неустанно вились капитаны и солдаты – охали и с восхищением в глазах смотрели на своего генерала.
Как и в былые времена, под рукой постоянно оказывался Оанн. Он словно следил за каждым действием Нуски, постоянно старался быть полезным, но теперь – молча. Да и Нуске нечего было сказать. Он успел лишь перекинуться парой слов с Марой.
– Скажи, – начал Нуска. – Одежды Вьена тебе передал некий человек в чёрной робе?
Она кивнула и не стала задавать дополнительных вопросов. Видимо, уже и так всё прочла.
– Да. Скорее всего, если мы встретим Робэра, он окажет нам помощь. Не знаю, способен ли он на предательство, но тебе не откажет. Несмотря на то что ты убил его брата, он несколько раз спрашивал о твоём здоровье.
– Ты знаешь дарвельский? – уточнил Нуска.
– Да. Ежедневно слыша мысли на стольких языках, постепенно выучиваешь все.
Мара была капитаном. Спрятав волосы под шлемом, в лёгких доспехах она походила на мужчину. Нуска долго и внимательно смотрел на неё, а затем спросил:
– Ты больше не можешь приблизиться к Тиаме, чтобы узнать о её планах?
Она покачала головой:
– Не могу. Однако у нас с Хайей есть план, но никому о нём знать не следует. Я могу читать только мысли, а Тиама – само будущее. Чем меньше людей будет знать, тем лучше.
Нуска нахмурился и проводил взглядом удаляющуюся фигуру воительницы.
Был вечер. Вокруг крепости колосился вереск. Встревоженные вороны каркали, не переставая, а ледяной ветер трепал одежду и волосы.
Нуске было так неспокойно, что хотелось всё бросить, вырубить Сина и сбежать вместе с ним на другой континент.
Но это не их путь. Не их.
На подгибающихся ногах Нуска прошёл через песчаную тренировочную площадку и уселся под единственным в округе деревом. Маленьким, молодым. Едва выросшим на этой неплодородной болотистой почве.
Нуска облокотился о ствол и закрыл глаза.
Не только Тиама может видеть будущее.
В его голове всплыл старый, очень старый сон. Нуска знал, что уже видел его.
Поле боя. Много крови. Очень много. Крики и вопли, запах дэ так смешался, что был един. Мечи и копья, сильный ветер и дождь, что то сыпал градом, то лил стеной. Каша под ногами. Грязь. Мёртвые туши скиров. И единственный человек, который молча наблюдал за этим побоищем, – это эрд.
Стоило ему вступить в схватку, как всё закончилось.
Нуска содрогнулся всем телом, поднялся и бегом бросился под крышу, а затем – по каменной лестнице. Комната Сина находилась прямо в одной из крепостных башен.
Несмотря на то что был ранний вечер, запыхавшийся лекарь нашёл эрда в постели. Не задумываясь о том, что на нём вполне приличные металлические доспехи, Нуска запрыгнул на Сина сверху и закричал:
– Что вы задумали?! Почему вы позволили мне вести корпус через ущелье?!
Син закашлялся, когда на него навалился юноша в военном обмундировании. Выглядел эрд неважно. Даже солдаты уже натёрли до блеска доспехи и, кряхтя, влезли в неподатливые загрубевшие сапоги. Син же, главнокомандующий армии Скидана… лежал в постели в рубахе и штанах.
В этом холодном и неотапливаемом помещении эрд был мокрым с головы до ног. Резко приблизившись, Нуска не коснулся, а врезался своим лбом в лоб Сина.
– У вас жар! Даже если вы запланировали самоубийство на поле боя, то вы помрёте по дороге!
Син сощурился и приподнялся на локтях.
– Лихорадка мучает меня с момента пробуждения на Авваросе почти каждую ночь. Раз мог управлять страной и доехать сюда, то и небольшой поход по морю не составит проблем.
– Син.
Эрд опустил взгляд.
Нуска зажал его лицо в ладонях и заставил поднять голову. Лицо эрда было красным, глаза блестели и казались мутными. Температура явно была не шуточной, но переспорить эрда – не шутка, а целый анекдот.
– Син, много-много лет назад… я видел сон. Мне кажется, я видел его уже трижды. В этом сне из раза в раз идёт ледяной дождь и град. Я вижу поле боя, залитое кровью. И каждый раз в этом сне вы всех спасаете, но… погибаете, рассыпавшись пылью. Син, скажите,
Син очень долго хранил молчание. Казалось, лихорадка сделала его менее сдержанным и терпеливым. Он отмахнулся от Нуски и, склонив голову к полу, сказал:
– Ты и сам знаешь ответ. Всё это – моё прошлое, настоящее и будущее. Ты ведь видел. И ты. Ничего. Не. Изменишь.
Знакомые, когда-то уже услышанные во сне слова, пробили сердце насквозь. Нуска ударил кулаками по груди эрда, но его руки тут же перехватили. В глазах Сина сверкнула злоба. Крепко сдавив челюсти, он чуть ли не прошипел:
– Оцени моё состояние, лекарь. Посмотри, как много здоровых органов и артерий осталось в этом теле. Скажи, как долго мне осталось жить. Сегодня-завтра я умру во сне в постели. Этой участи ты хочешь для меня? Чтобы я сбежал и умер на месяц позже, бросив свою страну на произвол судьбы?
– Я нашёл способ излечить вас! – запаляясь, выкрикнул Нуска. Он пытался вырвать свои руки и хорошенько врезать Сину, но… хватка эрда была стальной. – Мне осталось подобрать всего несколько ингредиентов! Я нашёл записи моего отца! Я знаю, как излечить вас!
– И как же? – усмехнувшись, уточнил Син. – Скажи, раз знаешь, всеведущий лекарь.
Нуска и сам не был полностью уверен, но… в той книге, что он нашёл в библиотеке, была полная формула лекарства. Он сомневался лишь в одном ингредиенте, который был обозначен просто как «кровь». Но…
– Нужна кровь дракона, – хмурясь, выдал Нуска. – Я предполагаю, что в детстве я был болен перегрузкой дэ в каналах, как и вы. И что… то, что сердце дракона оказалось в лесных племенах, – это не случайность. Возможно, мой отец действительно смог пленить Тиаму, отобрать её сердце и даже взять кровь для моего излечения. Из желания отомстить Тиама уничтожила лесное племя. Именно по этой причине мой отец превратился в ходячий труп после того случая. Именно поэтому он не мог даже смотреть на меня.
Глаза Сина на секунду расширились. Казалось, в его голове проносились тысячи мыслей одна за другой, будто он решал непосильно сложную задачу. Он даже ослабил хватку – и Нуска наконец смог освободиться. Он принялся потирать запястья.
Однако вскоре эрд вскочил. Неизвестно откуда в человеке с такой высокой температурой нашлась сила, но… он выпихнул Нуску из комнаты. И закричал. Сина было очень тяжело вывести из себя, но на этот раз он вопил пуще Вильны.
– Это всё ложь, Нуска! Твои выдумки! Ни в одной книге во всей столичной библиотеке подобных записей нет! Ты просто хочешь сбежать? Дезертировать?! Так сделай это сейчас, я с радостью разжалую тебя и отправлю домой! Не смей даже приближаться ко мне! Я достаточно наслушался твоих детских россказней, а теперь позволь взрослым заняться завершением этой бездновой войны!
В процессе Нуска несколько раз получил по лицу и по плечам. Даже стальные пластины погнулись… какую же силу приложил Син? Что такого сказал Нуска, чтобы он разозлился? Разве он не должен радоваться, что есть способ излечиться?
Дверь с грохотом захлопнулась за спиной, а Нуска повесил голову и в отчаянии сжал кулаки. Его сердце рвалось на части. Он не знал…
«Как спасти утопающего, который сам привязал к себе камень? Как помочь тому… кто сам не хочет себе помочь?»
Нуска закрыл руками лицо. Он больше не мог выносить этого человека. Не мог выносить свои чувства к нему. Не мог выносить эту безднову войну и эту безднову жизнь.
Завтра он должен в седле вести свой корпус навстречу смерти. Даже если они победят, многие всё равно погибнут… Он не может бегать за эрдом и умолять жить. Теперь у Нуски тоже есть ответственность на плечах. Сотня человек…
С громким вздохом лекарь направился наружу, а затем в конюшни, проверить пазузу. С некоторых пор Нуска стал легче переносить вид трупов и мяса, а потому решил сам покормить зверя тушками птиц. Однако застал одну интересную картину.