Сэм Альфсен – Раб и меч (страница 4)

Размешав снадобье в деревянной миске, Оанн присел на край кровати и поднял взгляд. Каждый день он с содроганием смотрел на испещрённую шрамами от хлыста и бича спину, но хуже было то, что было поверх. Огромное выжженное до костей клеймо зияло на молочной коже. Одного взгляда на этот шрам было достаточно, чтобы вниз по хребту побежали холодные мурашки.

Обычно люди не выживают после таких травм. Но Нуска был хаванцем.

Пальцы Оанна как только могли аккуратно касались выжженных впадин на спине. Обводили круг, вели вдоль головы и пасти дракона. Рабское клеймо сонийцев было вычурным, возможно, даже красивым; вероятно, не все рабы стыдились его. Однако ни у одного из них оно не было поставлено так глубоко и жестоко.

Нуска всегда вёл себя спокойно, но Оанн видел, как напрягаются его плечи, как сводит его лопатки. Спустя несколько лет эти раны всё ещё беспокоили лекаря, но, видимо, его преследовали и фантомные боли.

Каждый раз, как кто-то касался его спины, он вспоминал боль, которую тогда испытал.

Но Нуска делал вид, что крайне увлечён раскуриванием трубки. Пускал кольца дыма, наблюдал, как они поднимаются к потолку и рассеиваются. Оанн же всегда спешил закончить, но крайне тщательно проверял, насколько качественно выполнил свою работу.

Вечерело, когда Оанн занялся чисткой посуды и уборкой по дому, а Нуска снова накинул на плечи халат, но продолжил курить, валяясь в кровати, а заодно начал просматривать одну из своих книг.

Ничто не предвещало беды, когда дверь вдруг хлопнула, а на пороге дома вновь появился Риннэ.

Серый костюм и плащ скрывали фигуру неизвестного существа, а маска – лицо. Ничего не выражающий взгляд был направлен на Нуску.

Лекарь же валялся на кровати с самым расслабленным видом. Халат на голое тело слегка сполз с плеча.

Сначала Нуска недоумённо изогнул бровь, но затем его лицо резко переменилось. Словно что-то почуяв, он сел. Книга зашелестела страницами и свалилась на пол, а сам он замер, широко раскрытыми глазами уставившись на Риннэ. Радужки глаз Нуски стремительно краснели.

Оанн растерялся. Бросая взгляды то на Риннэ, то на Нуску, он пытался понять, что происходит.

Однако и Риннэ, кажется, ненадолго задумался. Но вскоре достал свою суму и вытащил оттуда за уши освежёванную тушку кролика.

– Ужин, – коротко бросил он.

Вот тут сердце Оанна и ушло в пятки. Он сразу же подскочил, схватил Риннэ за руку, а затем насильно стал пихать кролика обратно в суму.

– Додумался же! Сейчас же убери это! Нуска не… – успел прокричать Оанн, но затем и он, и этот странный мужчина повалились на пол.

Комната побелела. Невыносимо яркая вспышка света ослепила обоих.

Наверное, прошло несколько минут, прежде чем Оанн обнаружил себя растянувшимся на полу. Тяжело дыша, он пытался привести мысли в гудящей голове в порядок. Вскоре полукровка отыскал Риннэ: тот сидел на полу с кроликом в руках и выглядел на редкость ошеломлённым для бессмертного создания. А вот Нуска исчез – видимо, ушёл в свою комнату.

– Что не так? – спросил Риннэ. С их первой встречи он всегда выглядел спокойным и хладнокровным, но сейчас походил на потерявшееся дитя.

Оанн медленно качнул головой и, собравшись с силами, ответил:

– Господин Нуска не ест мясо. Он не выносит ни его вид, ни запах, ни вкус. Не приноси подобное в дом.

– Почему?..

– Он не рассказывал. Он мало говорит о том, что происходило до того, как его выкупил король. Когда мы оказались в Сонии, нас продали разным господам.

– И… кто же был его господином? – спросил Риннэ, сверля взглядом проход в комнату Нуски. Он наконец спрятал тушку в сумку, а Оанн медленно сел и ответил:

– Господином Нуски был Энки. Долгое время его почитали как морского бога Сонии.

Глава 93

В питейной

Оанн с самого раннего утра собрался в дорогу. Нуска послал его прямиком ко двору, просить об аудиенции у самого короля. Это дело о дарвельских наркотиках сильно беспокоило лекаря. Стоило ему заснуть, как он видел кошмары о произошедшем на балу. Существовала некоторая вероятность, что он не смог бы победить Кроу, даже если бы воспользовался своим оружием дэ. Ведь когда Нуска проткнул ногу наследного принца кинжалом, тот практически не почувствовал боли. Бороться с сурии, который не сдастся, даже истекая кровью, можно только насмерть. А убивать Нуска не желал.

Проснувшись этим утром на кушетке в своей приёмной, лекарь не сразу вспомнил, что произошло вчера. Сначала он привычно проматывал в голове дело Кроу, а затем с содроганием вспомнил о вчерашнем инциденте.

Нервы… снова подвели его. Сонийские врачи уже вовсю изучали нервную систему человека, а ему выдали вердикт, что он слишком слаб. Любое происшествие заметно сказывалось на нём, вот и сейчас он еле нашёл в себе силы, чтобы слезть с кушетки и отодвинуть серую шторку, ведущую в основную комнату. Однако, тут же встретившись взглядом с Риннэ, который сидел за столом, Нуска сразу же опустил шторку и вздохнул.

На кой ему эта головная боль? Если он не собирается ехать в Скидан, то почему не выгонит наконец это странное нечто? Из благодарности он пустил Риннэ переночевать, но на этом можно было и заканчивать с радушием.

Нуска быстро переоделся из домашнего халата в серую тунику и подготовил сандалии. Умывшись в бочке, он вышел в комнату.

Риннэ снова смотрел на него. Что-то в этом взгляде настораживало Нуску. Он успел привыкнуть к Оанну, который глаз с него не сводил и смотрел с рабским обожанием, но эти чёрные глаза были другими.

– Проводить до калитки? – предложил Нуска и перекинул волосы на плечо, собирая их лентой в свободный хвост.

– У вас есть калитка? – уточнил Риннэ и улыбнулся уголками губ.

– Тогда порог – там, – хмурясь, фыркнул Нуска и указал пальцем в сторону двери.

– И порога тоже не вижу.

– Дверь.

– Вы куда-то собираетесь? Давайте пройдёмся, – предложил Риннэ и с готовностью поднялся с места. Когда он прошёл мимо, Нуска почувствовал дуновение тёмной дэ, однако не ощутил присутствия человека. Словно тень упала на пол и скользнула к выходу.

– Не в таком виде. Если ты забыл, тебя казнили.

Риннэ вдруг улыбнулся и повернулся к Нуске, ожидая. Лекарь вздохнул, достал из сундука первую попавшуюся тунику с поясом и передал гостю. Пока Риннэ переодевался, лекарь наставлял:

– Распусти волосы. Такие короткие местные мужчины не собирают. Сними маску. Твои шрамы здесь никого не волнуют. По улице иди быстро, не отходи от меня, не задерживайся ни на ком взглядом. Это могут воспринять как оскорбление, особенно патриции…

– На мне одежды раба? – уточнил Риннэ.

Нуска обернулся и взглянул на него. Даже в человеческой одежде он выглядел ненатурально. Скорее уж походил на пугало. Однако стройные ноги были приятны взгляду, а изуродованное лицо отпугивало. Это было им на руку.

– Плебея. На рабов вешают цепи, но я – исключение.

– Почему же вы были в цепях на балу?

– Вжился в роль.

Риннэ словно что-то понял и кивнул, а затем они покинули дом. Нуска одним касанием руки запер дверь. Они пересекли пустынную долину и вышли на песчаную дорогу.

Сония была засушливой страной с мягким климатом. Холодное время здесь было подобно жаркой поре на севере Скидана. Вдоль тропинки часто встречались деревья, на которых висели апельсины, лимоны. Вдалеке виднелась целая рощица оливковых деревьев: их плоды были съедобными, древесина мягкой, а оливковое масло использовалось и для приготовления еды, и для обтирания тела. Пройдя дальше, они заметили целое стадо белых пушистых овец. Пастух устроился как раз под оливой и наигрывал что-то на дудке. Небо было синим, звезда яркой, а воздух душным и пыльным.

Горная гряда скрывала Сонию от холодных ветров и грозовых туч: этот регион был похож на самый настоящий небосвод духов. Нуска бы даже поверил, что многие, побывав здесь однажды, пожелают остаться в этих землях навсегда. Но не он.

Стоило им приблизиться к городу, как они услышали шум множества голосов. Рынок развернулся прямо вокруг стен Керина. Нуска помялся с ноги на ногу и незаметно замедлил свой ход, но это не укрылось от Риннэ.

– Вас что-то смущает?

– Предполагаю, что сегодня снова будут проходить звериные игрища, – хмуро выдал Нуска. Он привык легко делиться мыслями с Оанном, но сейчас и сам удивился, как легко выдал свои опасения незнакомцу.

– Вы наблюдали их? – совершенно ровным тоном продолжил расспрашивать Риннэ. Его лицо оставалось спокойным, он даже не смотрел на лекаря. Это позволило Нуске чувствовать себя увереннее.

– Не только наблюдал. Мне жаль обе стороны, принимающие в них участие. Я молчу о…

– Проклятье духов?

Нуска остановился. Он долго смотрел вдаль, в сторону моря. А затем стремительно развернулся, чтобы показать Риннэ свои ладони. На них и так было множество шрамов, а также след от ожога, но линии на ладони и каждый палец очерчивали ещё и странные бордовые завитки.

– Прошло три года… Оно стало слабее, но всё ещё висит над моей головой, – откровенно поделился Нуска.

И вдруг Риннэ схватил его ладони, крепко удерживая их в своих руках, он склонился и сжал пальцы Нуски. Лекарь еле сдержался, чтобы не вскрикнуть, точно благочестивая дама…

Однако, когда Нуска в страхе отдёрнул руки, он увидел, как его пальцы побледнели, а следы проклятья исчезли. Вскинув голову, лекарь увидел улыбающееся лицо и чёрные, как агат, глаза Риннэ. Тот сказал: