Селина Танеева – Кэтрин Эбдон и школа волшебников (страница 15)

Кэти немножко понаблюдала за ними, потом опять обратила внимание на первокурсников, ещё топтавшихся у Шляпы. Их осталось только шестеро.

Ребекка Скоут попала в Гриффиндор, Люк Шарлеман и Мэтью Стивенс – в Хаффлпаф. Потом трое подряд первокурсников отправились в Слизерин, а последний, Патрик Уэйк – в Ровенкло.

На этом распределение было закончено. За столом Гриффиндора к тому времени собрались все первокурсники: пять мальчиков и, кроме Кэти, ещё две девочки.

Профессор МакГонагал свернула пергамент и оглянулась в поисках Филча. Тот выбрался из-за стола и кинулся убирать Волшебную Шляпу, а то она, кажется, собралась спеть ещё что-нибудь. Но вот порядок был наведён, все расселись по местам, и наконец поднялся Альбус Дамблдор.

– Поздравляю всех с новым учебным годом! Надеюсь, он, как всегда, принесёт всем нам больше пользы, чем вреда. А первокурсникам – особенно! А теперь, как обычно первого сентября, нам предстоит Великая Вечерняя Еда!

Зал разразился аплодисментами, радостными криками и свистом. Только некоторые первокурсники, в том числе и Кэти, растерянно оглядывались вокруг, стараясь сообразить: а что дальше-то?

А дальше Дамблдор взмахнул широкими рукавами мантии, и на всех столах в тот же миг появились горы еды. Чего тут только не было! Кэти внимательно оглядела стол перед собой: не было манной каши и, кажется, квази-черепашего супа. Зато навалом было запечённых цыплят, свиных отбивных, жареной баранины, тушёной телятины. Жареная, варёная, печеная картошка; капуста брокколи, кольраби, брюссельская, цветная и какая-то ещё; треска жареная и заливная, селёдка солёная, угорь копчёный, караси в сметане, лещ под маринадом. Многие блюда Кэти были совершенно не знакомы, но всё выглядело очень аппетитно. А ещё было абсолютно непонятно, как вся эта роскошь умещается на столах.

Поскольку Кэти, переволновавшись, не обедала, она забыла сегодняшние неприятности и, как все, основательно налегла на предложенное угощение. Призрак, сидящий рядом с первокурсниками Гриффиндора, грустно смотрел на пиршество. И вообще, он был какой-то невесёлый. Кэти время от времени посматривала в его сторону, ей было очень интересно узнать, действительно ли это знаменитый Почти Безголовый Ник, и почему он грустит, и вообще, она никогда ещё не разговаривала с призраками! А теперь, когда такой шанс представился, она вдруг жутко застеснялась.

Утолив первый голод, ребята постепенно разговорились и стали знакомиться. Того маленького мальчика в очках звали Том Хамбис, и оказалось, что они с Кэти были почти соседями. Том с родителями жил по другую сторону её любимого парка и часто проводил там время. Может быть, они даже видели друг друга, но не обратили внимания. Его мать была ведьмой, она занималась составлением гороскопов для магловских еженедельников, а также метеорологических сводок. Том, улыбаясь, открыл её профессиональный секрет. Оказывается, в её работе самое сложное – это чтобы предсказания были не слишком точными. Сам Том открыл свои возможности совсем малышом, когда, катаясь на трехколёсном велосипеде, чуть не переехал своего щенка. Вернее, не чуть не переехал, а переехал! Только щенок остался абсолютно невредим, а вот Том тогда так испугался, что с тех пор на велосипеде никогда не ездил.

Ребекка Скоут выросла в семье волшебников. Среди её родственников маглы тоже были, но её семья с ними почти не общалась, и поэтому Ребекка была с ними незнакома.

Третья девочка в разговор так и не вступила, держалась замкнуто и отчужденно. Внимательно слушала, о чем говорят её однокурсники, а сама молчала. Кэти так и не узнала её имени.

Парнишка с волосами, похожими на копну соломы, – его звали Нейл – оказался, как и Том, из смешанной семьи. Только волшебником был его отец. На своей ферме он выращивал обалденные кабачки, причем урожай снимал с мая по ноябрь.

– А у меня родители оба маглы, – заявил смуглый черноглазый мальчик с шапкой кучерявых волос. – Зато дед – самый главный колдун в Новой Зеландии! Ему тыща лет! Он самый известный колдун во всей... до самой... Антарктики! Его там каждый пингвин знает!

Насчет Антарктики и пингвинов Кэти усомнилась, да и тысяча лет – многовато... Но спорить она не стала. А когда Квентин Пикок – так звали внука знаменитого дедушки – поинтересовался про её семью, она ответила, что тоже из магловской семьи, вот только колдунов среди её родственников нет.

– Этого не может быть! – заявила Ребекка. – Ты просто не знаешь. Слышала, что сказала МакГонагал? Мы все тут урожденные маги. А это значит, что кто-то у тебя в роду был магом. Ведь не свалились же на тебя твои способности с неба?

– Да какие там способности... Я очень удивилась, когда получила приглашение в Хогвартс.

Призрак, до сих пор молча сидевший рядом с Кэти, неожиданно хмыкнул и посмотрел наконец на Кэти.

– Свою родословную нужно знать! Я вот могу изобразить свое генеалогическое древо аж с четырнадцатого века! – поучающим тоном сказал он.

– Ух ты! – На Пикока это сообщение произвело впечатление. – А вы кто?

Призрак приосанился и представился:

– Сэр Николас де Мимси-Порпингтон, привидение Гриффиндора.

– Вы тоже учились в Гриффиндоре?!

– Да нет, при жизни сия доля миновала... а вот после смерти довелось приобщиться. Честно говоря, никогда не верил ни в ведьм, ни в какое колдовство, и ни в какую чертовщину, вроде привидений и оборотней. А теперь вот, извольте видеть, – сэр Николас взмыл над столом и нырнул вниз головой в соусник.

Когда все наелись, на столах появилось новое угощение: все известные и множество неизвестных сортов мороженого, громадный торт с вишней, шоколадом и взбитыми сливками, пироги с разными начинками, безе и пудинги с цукатами и изюмом, а также всевозможные фрукты: абрикосы, бананы, виноград, груши, дыни, ежевика и ещё много-много других, известных и неизвестных. Яблоки тоже были.

За десертом разговор перешёл на предстоящие занятия. Лучше всех были осведомлены дети, выросшие в семьях волшебников: Марк Дейл и Ребекка Скоут. Со слов Марка, тоска им предстояла жуткая: весь первый курс они будут пересаживать бегонии и пеларгонии, превращать спички в иголки и бисер – в перловку; готовить настои из крапивы, ромашки и рогатых слизняков. По ночам придётся таскаться в обсерваторию, чтобы пялиться на луну. А все остальные уроки – скукотища смертная, и самое тяжёлое испытание, которое им предстоит – зевая, не вывихнуть челюсть! Единственная причина, на его взгляд, по которой вообще стоило приезжать в Хогвартс, – это квиддич. И хоть первокурсников в факультетские команды не берут, зато к ним присматриваются, и если тебя заметят, будет шанс попасть сначала в ученический состав, потом – в запасной, а там, курсу к четвертому, глядишь, и в основной. А команды Хогвартса всегда были очень сильными, и если играешь за сборную факультета – наверняка по окончании школы получишь приглашение в какую-нибудь профессиональную команду! А то и в сборную Англии!

– Сразу уж и в сборную? – скептически усмехнулась Ребекка.

– Не сразу, конечно, – невозмутимо ответил Марк. – Это я погорячился. Сразу после школы в сборную не попадешь – это да, сначала нужно поиграть в хорошей команде годика два, а там... – Марк мечтательно зажмурился.

С точки зрения Ребекки, учёба в Хогвартсе – это, с одной стороны, прекрасная возможность получить хорошее образование, а с другой – ещё несколько лет побыть ребёнком, ведь по окончании школы придётся с головой окунуться во взрослую жизнь. А у взрослых жизнь – не пирожное с кремом:

– Представляете себе, каждую ночь возиться с телескопом... или каждый день варить этих слизняков... а ведь их ещё порезать нужно! Или всю жизнь наводить чары на маглов и заклинать всякие волшебные вещи...

– Вот, и я говорю: квиддич – это супер! Никакой тебе тягомотины с маглами и слизняками! Никаких ежедневных предсказаний или дурацких заклятий!

– А по-моему, заклятья – это весело! Особенно, проклятья! Да и зелье, если приготовлено правильно и вовремя – тоже очень эффектно, – возразил Квентин. – Дедушку в его деревне очень уважают. Особенно после того, как он вылечил соседского ребёнка, когда тот упал с ананасовой пальмы... или развесистого гонобобеля – уже не помню...

Вскоре разговор сам собой утих, первоклашки начали клевать носом: все наелись, согрелись, переполнились новыми впечатлениями.

Со своего места снова поднялся профессор Дамблдор. Он обвёл сияющими глазами студентов, откашлялся и произнёс небольшую речь:

– Перед началом нового учебного года я хочу напомнить всем наши правила. Во-первых, не нужно колдовать в коридорах на переменах. Для этого предназначены учебные классы, а времени для занятий у вас будет более чем достаточно. Далее, первокурсники, обратите внимание! На территории школы находится так называемый Запретный Лес. Он называется так не зря: студентам, без сопровождения преподавателей, строго запрещено заходить туда. Для прогулок на свежем воздухе у нас есть прекрасный луг, погуляйте вокруг озера. Кстати, тем, кто ещё не научился ходить по воде, заходить в озеро тоже не рекомендуется: не все обитающие там существа достаточно дружелюбны.

Марк Дейл довольно громко всхрапнул. Сидевший опять за столом сэр Николас дотянулся до задремавшего мальчика и потрепал его призрачной рукой по голове. Марк тут же вздрогнул и проснулся: