Селина Катрин – Зелье с непредвиденным эффектом (страница 29)

– О-о-о-о, – я сложила губы трубочкой и уставилась во все глаза на сероглазого мужчину, затем нахмурилась. – Выходит, ты сознательно ввёл меня в заблуждение, что меня ударят боевыми чарами…

Негодование вновь взыграло во мне. Так он намеренно пугал меня!

– Признаю, я поступил не очень хорошо, – Дарион медленно наклонился ко мне и убрал с моего лица растрепавшиеся волосы, – но иначе я боялся, что ты вновь убежишь от меня. К тому же, надо же мне было как-то показать тебе, что я недоволен тем, как ты меня обманула.

А на последних словах его мягкие губы накрыли мои, и как-то все возмущения вмиг улетучились. Нежные прикосновения сменились более настойчивыми и страстными, его губы жадно пили моё дыхание и рассказывали мне, как он волновался всё это время за меня и не находил себе места, как сильно успел испугаться за мою жизнь и готов был сражаться за меня до последнего вздоха. Я же целовалось с Дарионом, позабыв обо всём на свете, и не заметив, в какой момент мы оказались в его постели.

Дарион покрывал моё тело пламенными поцелуями, вдумчиво изучая каждый сантиметр моей кожи, он чертил раскалённым языком влажные дорожки, экспериментируя и рождая во мне новые ощущения, о которых я до сих пор не подозревала. Раз за разом он доводил меня до наивысшей точки блаженства, отступая в последний момент, словно наказывая за то, что я сбежала от него в Сумеречном мире. И это стало самой изысканной пыткой в моей жизни.

Впиваясь и сминая пальцами влажные от пота простыни, я взмолилась:

– Дарион, прошу, не останавливайся!

И он не остановился. А спустя ещё немного времени совершенно обессиленная я уснула на его плече, чувствуя себя невероятно счастливой.

***

Мне снилась знакомая гора. Теперь я уже знала её имя – Валлау. Я сидела в привычной позе для медитаций и умиротворённо наблюдала за восхитительной красотой восхода светил в Сумеречном мире. Вдали шумели волны лилового океана, с тяжёлыми волнами которого игрался разноцветный ветер. Постепенно вставало белое солнце, а за ним подтянулась второе – красное. Я вдыхала свежий морской ветер и с грустью думала о том, вряд ли когда-нибудь сюда вернусь.

– Почему? – тихо спросил меня знакомый голос Малефисента.

Я обернулась и увидела черноволосого мужчину в мантии с серебряным шитьём, который откинул свой капюшон, и, так же как и я, наслаждался восходом светил.

– Ах ты… – я попыталась встать, но каменная крошка посыпалась подо мной и меня стало утягивать к обрыву.

Малефисент прищёлкнул пальцами, и земля подо мной остановилась. Я, не веря своим глазам, медленно встала и отряхнула платье. Прошлась вдоль обрыва – ничего, камень не осыпался.

– Ты всё это время мог сделать так, чтобы я не рисковала своей жизнью, находясь на этой проклятой горе, но не делал?! – возмущению моему не было конца и края. Ведь всякий раз, когда я погружалась в медитацию на вершине Валлау, Малефисент стоял позади меня и придерживал рукой за талию.

Хранитель хитро усмехнулся и произнёс, как ни в чём не бывало:

– Скажем так: мне было приятно твоё общество и любопытно, повлияет ли на тебя моё природное очарование.

Любопытно? Любоп-ы-ы-тно?!!! Я задохнулась от такого ответа. Нет, ну это надо же! Я тут жизнью рисковала свалиться с обрыва всякий раз и один раз даже сорвалась, а он…

– А я тебя тут же поймал, если ты помнишь, – всё так же забавляясь, ответил Малефисент.

Ещё как помню! О том разе он даже Дариону рассказал, но только под таким соусом, что даже я подумала, будто бы мы чем-то неприличным здесь занимались! Ну, Малефисент, ну прохвост…

– Ты! Ты!!! Да я… – слова куда-то исчезли, когда чёрные как ночь глаза внимательно на меня посмотрели. Я собралась с духом и произнесла, но уже не с таким запалом, – я по-настоящему испугалась там, у оборотней, – и совсем уж шёпотом добавила. – Со мной чуть не произошло непоправимое.

– Но ведь не произошло, – фыркнул Малефисент. – Я обещал тебе защиту, я её предоставил. Ты сама не хотела пользоваться новыми возможностями своей ауры.

Я сердито поджала губы и не ответила. Ну, а что можно возразить вот этому самодовольному пижону, когда у него на всё есть заранее приготовленный ответ? И почему у меня ощущение, что в этом мире все со мной играют?

Разноцветный ветер слегка растрепал мои волосы и донёс до лица чуть солоноватые брызги лилового океана.

– Так почему ты сюда не вернёшься? – вновь спросил Малефисент после минуты молчания. Похоже, он читал мои мысли даже в моём же сне. – Неужели тебе здесь не понравилось?

– Здесь, – я выделила это слово, подразумевая Валлау, – очень понравилось! – и ни разу не покривила душой. – Но весь Сумеречный мир… – я запнулась, не зная, как объяснить, чтобы не задеть Малефисента. Как ни крути, а он Хранитель этого мира, и как-то некрасиво плохо отзываться о его жителях, – это не моё. Виер Крувицки – мой друг, и я уверена, что мы встретимся с ним ещё не раз в моём мире. Что касается других вампиров и оборотней…

– То они на тебя впечатления не произвели, – усмехнувшись, закончил за меня предложение Малефисент.

Я осторожно кивнула. Ну а что мне ещё оставалось сказать? Хельга воспринимала меня как соперницу за сердце её мужа, Винтер – как главную виновницу, из-за которой разрушилась его семейное счастье. Вампиры в целом презирали меня из-за того, что я принадлежу к расе людей: слабых физически, неустойчивых к их гипнозу, не имеющих белоснежную кожу и живущих очень недолго по их меркам. Что касается оборотней, то ещё со времен королевского бала я чувствовала иррациональный страх перед ними. Чисто внешне они производили впечатление слишком мощных и опасных хищников, которые могут переломить хребет своей жертве одним ударом. Конечно, вампиры обладали не меньшей силой, чем двуликие, и теми же клыками… но почему-то дикий страх я ощущала именно при взгляде на оборотней. Может из-за того, что один из них сломал мне запястье на балу и даже не заметил этого? Оборотни же в свою очередь относились ко мне с лёгким налётом презрения. Ещё на балу учуяв на мне запахи публичного дома, Бенефиса и Виера, они стали позволять себе слишком многое. Сейчас же в крепости Белый коготь, когда Кадрий сказал своим сородичам, что я – тьяри Виера Крувицки, то есть по-простому официальная любовница при живой и здравствующей жене, – я видела выражение брезгливости и отвращения, написанное на лицах мужчин.

– Ты ошибаешься, – произнёс Малефисент туманно.

– В чём ошибаюсь? В смысле ошибаюсь? – не поняла я. Кажется, этот бессмертный повадился без зазрения совести читать мои мысли и отвечать загадками.

Но Хранитель Сумеречного мира проигнорировал мои вопросы.

– Лоли, смотри золотое солнце встаёт, – сказал он, глядя на горизонт.

Я перевела взгляд и ахнула. Над лиловой полосой океан постепенно поднималось третье светило цвета потемневшего золота. Сейчас виднелся лишь его край, но оно мне стало сразу же понятно, что оно больше белого и красного солнц.

– Ух ты… Но как это возможно? – пробормотала я, не понимая, что происходит. Я столько раз наблюдала восходы с этой точки и ещё ни разу не видела третьего светила на небосводе Сумеречного мира. – Я же сплю, да? Это всё не взаправду?

Малефисент улыбнулся, и на этот раз я видела, что улыбка его была доброй, а чёрные глаза лучились теплотой настолько, насколько это было возможным.

– Это Золотая звезда, Лоли. Когда-то она вставала раз в десять лет, но последнее столетие её ни разу не было видно на небосводе Сумеречного мира. Она сама решает, когда появиться.

– О-о-о-о, – произнесла я, всё ещё не понимая, как такое возможно.

Малефисент усмехнулся каким-то своим мыслям, а затем мы долго смотрели за тем, как Золотое светило, словно нехотя, встаёт из пучины лиловых волн, а весь мир окрашивается в совершенно неповторимые цвета.

В какой-то момент Малефисент повернулся ко мне и произнёс:

– Что ж, тебе уже пора. Я выдернул тебя из твоего мира, чтобы сказать спасибо за всё, что ты сделала. Со своей стороны условия сделки я тоже выполню. Своё приданое ты получишь на банковский счёт Гномьего банка сразу же, как проснёшься. Долг перед Дарионом Блэкширом тоже будет оплачен. Родовую магию Виеру Крувицки я верну, но не всю сразу, он слишком долго был ослеплён, на это мне потребуется некоторое время.

– А как же моя аура? – спросила я, поёжившись и вспомнив какую боль испытала в предыдущий раз. Как-то не хотелось мне вновь пройти через такое.

– Не переживай, я уже всё вернул на свои места. Забрать – не дать, это гораздо проще, – спокойно ответил мне Малефисент. – У тебя есть ещё какие-нибудь ко мне вопросы?

– Да! – это слово сорвалось с моих губ раньше, чем я подумала. – Зачем ты всё это устроил? Ведь в том флаконе было всего-навсего обычное успокоительное средство, которое Кадрий мог выпить и просто так? Я не понимаю…

Хранитель с иронией посмотрел на меня:

– Лолианна Иствуд, ты же умная девушка, я думаю, ответ на этот вопрос ты найдёшь сама, если поразмыслишь над этой загадкой.

– А Дарион? Зачем ты его дразнил теми двусмысленными фразами? Какой тебе толк с того, буду я вместе с ним или с Бенефисом? – выпалила я, чувствуя, как начинает покрываться дымкой и пропадать пространство вокруг.

– Дарион, конечно, не безгрешен… Он хороший противник, которого выгодно иметь в друзьях. Для выполнения сделки мне пришлось изменить твою ауру и на время сделать тебя почти-что-оборотнем. Этой информации тебе будет достаточно, чтобы пораскинуть мозгами и понять что к чему, – голос моего собеседника всё отдалялся и отдалялся, а я уже ничего не видела.