Селина Катрин – Муассанитовая вдова (страница 25)

– Ты понимаешь, что случилось бы, если бы меня здесь не было?! – резко остановившись и перебивая, зарычал Льерт.

Я удивленно замолчала. Так он злится не из-за статуса «ночного мотылька»?

– Все было бы нормально, Оден – сын соседки…

– Да не было бы нормально! – практически заорал Льерт, а я от потрясения осела в ближайшее кресло. – Если бы меня не было в доме… то… то… – Он набрал воздуха и резко выдохнул через нос. – Еще скажи, что завтра не пойдешь в местные органы власти и не напишешь заявление на этого подонка!

– Не напишу…

– Почему?!

Вселенная! Как ему объяснить, что лично для меня это небольшое недоразумение? Ну да, неприятное, но не катастрофа же! В конце концов, определенная доля вины в этой ситуации моя, орши – это всего лишь орши. Прямолинейные и простоватые настолько, что по нормам Цварга будут считаться невоспитанными хамами. Глуповатые, медлительные, но не злые. Обошлось, и ладно. Не было бы Льерта, я бы пнула Одена и физически донесла, что не хочу интима. Насиловать он меня не собирался. Зато пристальное внимание оентальских следователей может обернуться для меня настоящей трагедией.

– Леста, какого шварха ты не хочешь делать элементарное?! В моем родном Мире за такое пожизненно наказывают… – распалялся мужчина.

– Мы на Оентале, а не на твоей родине. С учетом нерабочего замка на калитке, повторюсь, мое заявление никто не воспримет всерьез. И ссоры с соседями мне не нужны. Ты и так сломал нос Одену. Думаю, он прекрасно понял, что поступил неправильно. Льерт, успокойся, пожалуйста!

Секунду-другую он буравил меня негодующим взглядом. Ноздри широко раздувались, на жилистых руках и крепкой шее проступили вены от напряжения. В жизни не видела, чтобы кто-то столь неистово желал отмщения моему обидчику.

– «Успокойся»?! Ты вообще понимаешь, как я за тебя испугался?! И если ты не собираешься ничего делать с этой ситуацией и считаешь, что все нормально, не смей мне больше говорить, что прекрасно живешь на этой планете без защитника! Поняла?!

Потрясенно моргнула. Вообще-то, должна была испугаться я, но выходил из себя почему-то мой полуконтрактник, знавший меня без году неделю.

– Поняла.

– И если уходишь одна, то отныне домой возвращаешься до темноты! А если не хочешь видеть меня рядом с собой, то как минимум берешь электрошокер. Поняла?!

Еще более ошеломленно кивнула. В голове мелькнула идиотская мысль, что стоит пересмотреть документы и определиться, кто чей контракт купил. Ощущение, что это я его полуконтрактница, а не наоборот. Что с ним происходит?

Мое молчаливое согласие неожиданно успокоило Льерта. Он шумно выдохнул, закрыл ладонями лицо и силой потер его.

– Прости, Леста! Просто этот случай… – он остановился боком ко мне и смотрел не на меня, а на голую стену перед собой, – напомнил мне о невесте.

– У тебя есть невеста? – пораженно переспросила.

Не то чтобы я считала Льерта уродом, у которого не может быть девушки, наоборот, при внешней сухощавости в нем чувствовались сила, стать и огромная, чисто мужская энергия. Просто до сих пор он не упоминал, что у него кто-то есть…

– Была, – коротко бросил собеседник, прерывая мои внутренние мыслительные метания. – Она умерла. По моей вине.

На позорную долю секунды подумалось, что Льерт поступил со своей невестой, как Мартин со мной. Неужели он вмешивался в ее сознание и ментально день за днем корректировал, заставляя поступать так, как хотелось ему? Но я отбросила эту мысль. Льерт не цварг, и рога у него выглядят по-другому, он физически не смог бы…

Я смотрела на сгорбившегося мужчину, опустившегося на сиденье напротив меня, и с кристальной ясностью понимала, что вот она, причина, по которой он хотел умереть, как сказал маэстро. Просьба вырвалась сама собой:

– Расскажи мне.

Льерт перевел на меня абсолютно пустой взгляд. Неполную минуту он молчал, затем пожал плечами.

– Почему бы и нет. Меня и так презирают сородичи. Гуманоидом больше, гуманоидом меньше… Ее звали Фьенна. Она была прекрасна, всегда задорно смеялась, ее смех напоминал перезвон весенних колокольчиков у нас в предгорье. Мы были обручены с детства и знали, что поженимся.

– Так любили друг друга? – непроизвольно переспросила.

Меня восхищали подобного рода пары на Цварге. Это какая же должна быть искренняя любовь, чтобы с годами становилась лишь сильнее!

Льерт кивнул.

– Я безумно ее любил. В день нашей помолвки она взяла с меня клятву, что я выполню три ее любых желания.

– Романтично… И что же это были за желания?

– Первое она загадала сразу после помолвки. Потребовала, чтобы я сделал все что угодно, но изловчился так, чтобы на нее никто не давил с браком. Чтобы она могла несколько десятков лет ходить в статусе невесты. – Шероховатая горечь осела на языке. Да уж, «заботливая» невеста… Словно поняв, о чем я думаю, Льерт с извиняющимися интонациями добавил: – Леста, представители моей расы живут намного дольше, чем захухри. Поверь, двадцать или тридцать лет – совершенно нормальный срок, чтобы отложить свадьбу. Моя семья была… достаточно известна. А ей не хотелось лишнего внимания к своей персоне, вот и все. Наши отношения от этого не изменились.

Я задумчиво кивнула. Если так, то можно понять. Я сама отдала бы все на свете, чтобы отложить брак с Мартином как можно дальше, вот только я его никогда не любила. Опять же, если речь идет только о социально-общественном статусе и на реальных отношениях не сказывается, секс до брака не осуждается, то и до конца жизни можно проходить в невестах.

– Вторым желанием Фьенны было, чтобы я не давил на нее и не указывал, что ей делать, – продолжил Льерт, не подозревая о моих мыслях.

– А третье? – спросила машинально.

– А третьего не было. Не успела… – Льерт прикрыл веки, помолчал, затем все же продолжил: – Фьенна переживала, что ее запирают на планете, и выпросила через родителей статус младшего атташе. А благодаря тому, что я официально считался ее женихом, устроилась работать на тот же корабль, где служил я.

– Так ты был военным?

Льерт Кассэль

Я рассказывал нашу с Фьенной историю и ожидал, когда на лице Лесты проступит неприязнь. Но ее все не было. Девушка задумчиво хмурила носик, думая, что я не замечаю, и задавала вопросы, от которых хотелось завыть.

– Так любили друг друга?

В груди кольнуло ледяной иглой. Что я мог ей ответить? Что благодарил судьбу за то, что послала мне женщину с высоким процентом совместимости? Боюсь, Леста никогда не сможет понять специфику отношений и менталитета цваргов с нашей Планетарной Лабораторией, чьи заключения приравниваются фактически к закону. По каким-то необъяснимым причинам Фьенна выбрала меня, сделав самым счастливым цваргом на свете.

Уже после помолвки, когда невеста озвучила свое первое желание и честно сообщила, что не слишком хочет выходить замуж, я понял, что с ее стороны это лишь легкая симпатия на фоне многолетней дружбы. Конечно, можно было отказаться. Все отменить. Сообщить, что передумал и, несмотря на высокий процент совместимости, буду искать другую женщину. Но… Во-первых, в глазах общества я был бы последним идиотом, а во-вторых, и самых важных, я уже дал слово Фьенне, что буду ее защищать. Какой был бы из меня мужчина, если бы я не защищал интересы девушки, которая обратилась за помощью? Пускай и призналась во всем лишь после помолвки…

На вопрос Лесты ответил честно. Я действительно любил Фьенну как безумец и был готов ради нее на все. Вступить в отношения, имея только призрачный шанс, что когда-нибудь она полюбит меня в ответ, и высокую вероятность, что детей у нас все же не будет, потому что они рождаются после близости. Фьенна же ясно дала понять, что не позволит к себе прикоснуться.

Ввиду моих заслуг перед Аппаратом Управления Цварга я смог добиться, чтобы нам разрешили отложить свадьбу на неопределенный срок. С просьбой назначить Фьенну на «Сверхновую» тоже проблем не возникло. Планетарная Лаборатория, услышав, что я хочу проводить больше времени с невестой, тут же дала согласие. Я несколько раз пытался донести до любимой степень опасности, которой она подвергнется на военном корабле, но она наотрез отказывалась меня слушать, ссылаясь на то, что я нарушаю клятву не давить на нее. Заладила, что хочет путешествовать, увидеть другие Миры и чудеса космоса. Слова о том, что «Сверхновая» в первую очередь является разведывательным кораблем военно-космических сил Цварга и в случае войны может оказаться в эпицентре событий, всерьез не воспринимала, посчитав, что я занимаюсь увеселительными прогулками.

– Так ты был военным? – в воспоминания вмешался голос Лесты.

С удивлением понял, что она внимательно слушает, ей действительно не все равно. Странная девушка. Какой-то части меня хотелось похвастаться, что я был не просто военным, а капитаном разведывательной яхты, оснащенной последней версией лазерных установок, и по совместительству одним из лучших пилотов. Но эта информация потянула бы за собой ряд вопросов, а потому я коротко ответил:

– Да. Был. Наша планета на тот момент вышла на контакт с обитаемым Миром из системы Бетельгейзе…

– Траски, что ли? – удивилась Леста, а я поразился осведомленности собеседницы.

– Да. Вот уж не знал, что на Захране преподают историю других Миров. Мне казалось, что образование людей крутится только вокруг их планеты.