Селина Катрин – Дело о сердце оборотня (страница 36)

«Значит, мне всё же не показалось, будто кто-то за мной всё время наблюдает. Хорошо, что я практически не пользовалась бытовой магией, больше работая руками, как это делают тролли». Меня мутило от тошнотворной вони в этом подвале, а ноги подгибались от страха. Тем временем господин Редстафф, потирая свой подбородок, продолжил:

– В первый день, мне показалось, что ты похожа на человеческую девушку, загадочным образом поменявшую цвет кожи и волос, однако ты смогла самостоятельно дотащить сумку с продуктами на дюжину человек, показав силу и выносливость троллины. Несколько дней к ряду ты проделывала огромную работу, которую среди людей распределяют на трёх или четырёх человек, – Асмандиус наклонился ко мне ещё ближе и зашептал на ухо. – Но всё это время меня не покидала навязчивая мысль: зачем троллине интересоваться возможностями джинов? Наблюдая за тобой, я однажды почувствовал, что при уборке столовой ты воспользовалась магией. След от магического заклинания был настолько минимален, что я не мог понять чудится ли он мне, или же есть взаправду. Сегодня в лаборатории ты доказала мне, что владеешь общемагическим языком, а следовательно умеешь колдовать, просто тщательно это скрываешь. Но ещё любопытнее для меня стала твоя феноменальная способность видеть в темноте, словно ты – коренной житель Сумеречного мира.

Я сглотнула, пытаясь проглотить колючий ком в горле и, заикаясь, спросила:

– Вы… Вы хотите меня убить?

Маг неожиданно громко расхохотался, услышав мой вопрос. Вот только его смех был каким-то пугающим, если не сказать жутким.

– Ах, Лоли, Лоли… Неужели ты ещё не поняла? – Асмандиус намотал мои волосы на свой кулак и поднёс их к своему лицу, шумно вдыхая их аромат, при этом дёрнув меня на себя. Я вскрикнула от неожиданности и боли, а Асмандиус внезапно приник к моим губам. Его жёсткий и властный язык с силой раздвинул мои губы и прошёл внутрь моего рта, мерзко обшаривая каждый дюйм внутри, словно лекарь-стоматолог проверяет каждый зуб на предмет болезни. При всём при этом руки мага вдруг заскользили по моему корсету, ощупывая живот, а за тем и грудь.

И этот мужчина показался мне при встрече симпатичным и приветливым? Сейчас всё внутри меня кричало от омерзения и брезгливости. Я протестующе дёрнулась в руках мужчины, раздался треск ткани, маг хмыкнул, но отстранился и даже убрал руки с моей груди.

– Ах, не нравится так? Ну, ничего, сделаем это по-другому, не беда… – он улыбнулся каким-то своим мыслям, явно что-то прикидывая в уме.

Видимо на моём лице промелькнула вся гамма чувств, которые я испытывала в данный момент, потому что Асмандиус вдруг решил пояснить мне:

– Видишь ли, дорогая Лолианна, я – великий экспериментатор! Я уже давно не просто человек, и не маг, я уже очень близко к тому, чтобы стать богом! – Асмандиус произнёс последние слова с такой патетикой, что я не удержалась от хмыканья. Ага, ну как же, бог он. Именно поэтому решил взять девушку, то есть троллину силой.

Мужчина, по всей видимости, заметил мою скептическую ухмылку, а потому продолжил:

– Долгие годы я ставил эксперименты на представителях самых разных рас. Ты знаешь, что у многих рас есть врождённые способности, которые, как считается, не могут перенять представители других рас. Так, валькирии умеют летать, вампиры – гипнотизируют взглядом, сирены могут возбудить голосом… Так вот я научился отбирать эту магию!

Я со смесью неверия и ужаса смотрела на Асмандиуса, ещё недавно казавшегося мне доброжелательным хозяином замка. Сейчас от того хозяина замка Редстафф ничего не осталось. Его глаза лихорадочно блестели, зрачок был расширен словно у человека, наевшегося запрещённых наркотических водорослей, а руки стали слегка подрагивать. Да он же сумасшедший! Как я этого не заметила сразу? Отбирать магию, с которой родился человек или нечеловек… Что за бред он несёт? Я зажмурилась и помотала головой, словно пытаясь очнуться от дурного сна.

– Ты думаешь, что я всё придумал? – Асмандиус заметил моё движение головой. – А вот и нет! – при слове «нет» он приблизился к моему лицу и несколько капель его слюны попали на мои щеки и шею. Я брезгливо поморщилась, но маг не заметил этого. – Знаешь, почему в моей лаборатории так темно? Да потому, что я, как и ты, теперь вижу в темноте! Мне пришлось изрядно постараться, чтобы приобрести эту способность, пришлось вырезать глаза не одному вампиру, но это того стоило! А ещё в качестве приятного побочного бонуса я теперь умею бесшумно передвигаться!

После этого признания Асмандиуса мне стало действительно дурно. Если ещё пару минут назад у меня возникли мысли, что он хочет меня изнасиловать и убить, то теперь я стала понимать, что это было бы не таким уж и плохим вариантом. Эксперименты на живых существах! Вырезать глаза вампиру! Ведь именно с помощью зрительного контакта вампиры гипнотизируют своих жертв перед укусом… Какой ужас!

Затем неожиданная мысль пришла в мою голову, и сердце застучало в три раза быстрее, норовя выпрыгнуть из грудной клетки: «Да он же уверен, что я сильная троллина, которая имеет феноменальное зрение и, наверняка, другие необычные способности!» Я почувствовала, как волосы на всём моём теле встают дыбом. Неужели Асмандиус и меня будет препарировать наживую, вырезая у меня отдельные органы, чтобы заполучить мою якобы троллью магию? Ох, ну зачем же я представилась троллиной…

– А ты знала, что коренные жители Дезертума легко переносят колоссальные температуры? – спросил Асмандиус, обернувшись ко мне.

Дезертум – мир, почти полностью покрытый жаркими пустынями. Там даже воздух раскалён до невероятной температуры.

– Вот так, – проговорил маг, прищелкнул пальцами и на стене недалеко от меня вспыхнул факел. От неожиданности я прищурилась, а Асмандиус прямо на моих глазах сунул руку в алое пламя факела прямо по локоть. Огонь жадно лизал человеческую кожу, рукав на его рубашке загорелся, и я видела, как ниточка за ниточкой ткань чернеет и стремительно прилипает к руке… но на коже Редстаффа не появилось даже красноты.

Я охнула от осознания: «Он же нашёл жителя Дезертума и снял с живого человека кожу, чтобы как-то срастить со своей», – мелькнула безумная догадка в моей голове. Асмандиус посмотрел на меня и вновь расхохотался, поняв, что я догадалась о том, как он заполучил этот дар.

– А ты знала, что сирены умеют с младенчества управлять температурой воды? – Асмандиус вынул руку из огня и подошёл ко мне вплотную ещё раз.

Он потянулся к моему лицу, но я с ужасом отшатнулась. Мужчина же, как будто не заметив моего страха, положил руку на прохладную влажную стену подвала позади меня, и я почувствовала спиной через тонкую ткань платья, как стена нагревается.

– Хватит, я не хочу знать, как ты добился этого, – я произнесла я срывающимся голосом. – Скажи, что ты хочешь от меня? Мою силу? Так забирай же её побыстрее, зачем ты устроил всё это представление?

Мой голос звенел от напряжения. Я боялась так, как не боялась никогда в жизни. Пожалуй, даже тогда когда Виовольд пытался подстроить несчастный случай и задавить меня насмерть, мне не было так страшно, как сейчас.

– Силу? – протянул Асмандиус и даже призадумался, подперев подбородок кулаком. – Да н-е-ет, в моей коллекции появилось сердце оборотня, – отмёл он эту идею. – Я думаю, что как только смогу подсадить себе второе сердце, со значительно увеличившимся сроком жизни я получу и силу оборотня. Сомневаюсь, что молодая троллина может сравниться чемпионом среди волков.

Я охнула. Уж, не о вырванном ли сердце господина Грея идёт речь? В газетах Лазурии как раз писали, что он являлся чемпионом по бегу.

– Так что тебе надо от меня? – вновь я повторила свой вопрос, а голос сорвался на фальцет.

Асмандиус стал серьёзным и вновь посмотрел на меня своим выворачивающим душу взглядом.

– У меня есть сила самых разных существ, но у меня нет их недостатков. Я идеален с точки зрения эволюции! Я могу гипнотизировать взглядом, как вампир, но у меня нет жажды крови, я могу сунуть руку в огонь, как дезертумец, но я не подвержен водянке, я могу управлять температурой воды, как сирены, но у меня нет их зависимости от секса. Вот-вот у меня будет сердце оборотня и смогу быть сильнее и ловчее любого существа! Я стану первым властителем, объединившим все миры – затем Асмандиус положил руку на моё горло и стал поглаживать шею кончиком большого пальца. – Но я бы хотел, чтобы мои дети унаследовали всё это, а в чём-то стали ещё лучше. Ты – сильная и выносливая троллина, сможешь родить мне с десяток детей, а ко всему у тебя самой есть необычные способности, и ты одарена магией. Я долго искал себе женщину, которая сочетала бы в себе эти качества.

С этими словами Асмандиус нагнулся и лизнул меня в шею. Мне стало противно. Десяток детей? Что? Если ещё недавно я думала, что самая худшая участь – это быть на живую порезанной на мелкие кусочки бешеным убийцей, мнящим себя гениальным экспериментатором, то я беру свои слова обратно. Сидеть до конца жизни в этом подвале, быть многократно им изнасилованной и рожать детей для этого монстра – участь похуже.

Я почувствовала, как содержимое завтрака готово вот-вот выплеснуться наружу. Мне было противно думать о том, что вот-вот должно произойти. В глазах предательски защипало, я шмыгнула носом и затряслась, когда Асмандиус разорвал подол моего платья и положил руку на моё бедро, пребольно сдавив его своей пятернёй.