Селина Аллен – Заставь меня влюбиться (страница 9)

– Чего ты молчишь? – зарычал он, затем, взглянув на Аврору, заговорил тише. – Этот ребенок может быть моим?

Этот. Ребенок.

Он сказал это с такой брезгливостью в голосе, будто наступил в собачье дерьмо. Каждым своим словом он лишь подтверждал мои ранние опасения – ему нельзя знать правду.

Он изводил меня, вынудил уволиться, ворвался в мой дом и ведет себя так, словно он тут хозяин. Каждое появление Конрада – ураган, последствия которого мне приходится разгребать. В первый раз я оказалась беременной, во второй лишилась работы, надеюсь, в следующий раз меня не собьет гребаный грузовик у дома!

Я знала, как с ним бороться. Знала, как навсегда решить этот вопрос. Я приблизилась к нему и улыбнулась как подлая сука.

– Не надейся, я никогда не родила бы от ублюдка вроде тебя! – Усилием воли я не отводила взгляда. Он должен был понять, что не имеет надо мной власти.

В его глазах промелькнуло что-то темное, но вместе с тем отразилось облегчение. Конечно, он не хотел быть отцом. Странно, что в его голове вообще могла возникнуть подобная мысль.

– Это точно? – переспросил он.

– Точнее некуда. Подобные тебе должны оставаться в единственном экземпляре, а не размножаться.

Конрад сжал зубы, мышца на его щеке дернулась.

– Ах да, как я мог забыть? Ты же профессионал в этом деле. С каждым клиентом стриптиз-клуба зажигала? Сама-то знаешь от кого родила?

Хэтфилд даже не успел договорить, я замахнулась и ударила его по лицу. На его щеке стал проявляться красный отпечаток от моей ладони. Ниже скул заиграли желваки, синие глаза стали почти черными от переполняющего их обладателя гнева. На секунду я подумала, что он ударит меня в ответ, однако Конрад не сделал этого, его рука даже не дернулась в мою сторону.

Я знала, что он очень вспыльчивый и приходил в ярость от любой мелочи, и сейчас ожидала самой настоящей бури, но не могла молчать.

– Ты не будешь говорить так обо мне. Помни, что сейчас ты находишься в моем доме, куда я тебя, к тому же, не приглашала!

На его губах растянулась издевательская улыбка – такая же фальшивая как моя сумочка «Шанель» купленная на прошлой неделе в подземном переходе за одиннадцать баксов.

– В доме? Не знал, что здания под снос называют «домом», – брезгливо процедил он.

– Убирайся!

Конрад усмехнулся, сунул руки в карманы джинсов и стал медленно расхаживать по комнате. Он вел себя здесь, словно хозяин, держался уверенно и надменно, бесцеремонно разглядывал картины, мою мебель. На его лице была гримаса отвращения. Он презирал мой образ жизни и презирал меня.

– Ты оглох? Я сказала, убирайся! Я сейчас же позову Зевса, он выставит тебя, если ты не понимаешь нормальных слов!

Конрад тихо рассмеялся, и от этого смеха волоски на моих руках встали дыбом. Это был не радостный смех, а ленивый, злорадный. Хэтфилд словно был котом, который наступил лапой на мышиный хвост, а я была той самой мышью, которая не оставляла попыток сбежать, тем самым веселила его сильнее.

– Боюсь, ты кое-что не поняла, Сабрина. Это я буду диктовать тебе условия, а не ты мне. Джоанна, моя добрая лояльная сестрица сильно распустила своих работников. Я удивлен, что сотрудники отдела кадров не сказали тебе, но по договору ты должна отработать еще неделю, прежде чем уволишься, плюс прогул.

Они сказали, но я ответила, что все улажено, и Хэтфилд отпустил меня. Я была крайне убедительна и не думала, что дьявольский засранец будет так мелочен.

– Я не стану этого делать…

Он подошел ближе и склонил голову, открыто наслаждаясь своим превосходством надо мной. Я поймала себя на том, что замерла и даже вдохнуть боялась. Конрад стоял слишком близко, был большим и сильным, я на его фоне была просто маленьким насекомым, которое в два счета могло оказаться под подошвами его брендовых ботинок, и понимание этого полностью лишало меня всякой отваги.

– Станешь, Сабрина. Разве у тебя есть выбор?

Собрав последние остатки храбрости, я сложила руки на груди и вскинула подбородок.

– Я тоже могу играть грязно. Ты домогался меня на рабочем месте, забыл?

Его улыбка дрогнула, он медленно обхватил мою челюсть пальцами и коснулся губами моего уха, а вместо того, чтобы оттолкнуть его, я словно в пол вросла.

– Если бы я домогался, то ты не стонала бы мне в рот, Рина, – прошептал он, явно не впечатленный моей угрозой. Я хотела достойно ответить ему, но не успела даже рта раскрыть, он отстранился, не сводя уверенного взгляда с моего лица. – И не забывай, что ты воровка. Я щелкну пальцами, и ты окажешься за решеткой. Думаю, тебе не хотелось бы этого, но должен признать, оранжевый тебе пойдет, как и цепи на лодыжках.

– Ты отвратителен, – поумерив свой пыл, бросила я. – Шантажировать меня этим…

– А ты думала, легко отделаешься? Не разыгрывай драму и скажи спасибо, что я не прошу тебя отрабатывать эти деньги. Даже с твоими внешними данными ты и на две тысячи не потянешь. Поэтому вернись на работу и хватит строить из себя оскорбленную невинность, я же прекрасно вижу, что ты совсем не такая.

Я прикусила губу, чтобы не высказать ему все, что думаю о его мерзкой персоне.

– Хорошо, я вернусь, но пообещай, что не станешь шантажировать меня прошлым.

Он посмотрел на меня так, словно я была самым наивным человеком в мире.

– Ты думаешь, что смеешь просить меня о таком? Я ставлю условия, не забывай об этом. Завтра чтобы была на месте.

Я стиснула зубы и едва заметно кивнула, хотя вместо этого хотела ударить его чем-нибудь тяжелым по голове.

– Кстати, о муже ты тоже солгала в своем резюме? – безразлично спросил он, однако его взгляд совсем не был безразличным, в нем играло любопытство.

– Это не твое дело.

– Нет, это было правдой, не так ли? Родила ребенка от случайного незнакомца. Сколько таких было в том месяце помимо меня?

– Не. Твое. Дело.

Конрад молчал и просто смотрел на меня какое-то время, словно пытался отыскать все ответы в моих глазах. Но кроме чистой ненависти ему не суждено было увидеть в них ничего другого.

– Несчастный знает, что стал отцом?

– Не. Твое…

– Да-да, не мое дело. Да мне и не интересно на самом деле.

Если бы это действительно было так, то он не задавал бы столько вопросов.

– Мы обо всем договорились. Вы можете возвращаться в свой мир, мистер Хэтфилд.

– Морель, – поправил он.

«Мудак», – хотела сказать я, но промолчала. Хватит на сегодня обмена любезностями.

Конрад взглянул на Аврору, которая стучала свою любимую куклу головой о край манежа и улыбалась. Взгляд его подозрительно долго задержался на ней.

О нет. Я надеюсь, он не думает, о том, о чем ему не стоит думать.

– Хотя, знаешь, внесу ясность. Его звали Чак. У нас случился секс за пару недель до тебя. Я влюбилась в него, ведь он был нежным и напористым, страстным и нетерпеливым. Секс с ним был потрясающий. Но ему не нужны были отношения, только встречи, которые кончались одним – жаркой прелюдией и сильным оргазмом. В ту ночь, когда ты ждал меня у стриптиз-клуба, я решила, что это неплохая идея – переспать с тобой и показать ему, что я не просто терпеливая мышка, которая всегда будет его ждать. Правда, мне это не принесло никакого удовольствия. Секс с тобой был дерьмовым, а с Чаком в итоге ничего не вышло. Через месяц я узнала о беременности. – Я взглянула на Аврору. – Она так похожа на него: глаза, цвет волос, носик, губки, даже характер в ней его проявляется.

– Секс со мной был дерьмовым? – сузив глаза, спросил он. – Не припомню, чтобы ты жаловалась.

Неудивительно, что из всего сказанного, он услышал только это. Образование Вселенной, движение материков, миллионы лет эволюции – все это было только ради того, чтобы он стоял в этой комнате, оскорбленный моим замечанием о его сексуальных способностях.

– Не люблю жаловаться, поэтому сбежала раньше, чем ты проснулся.

Мне тяжело было понять, поверил он или нет. Однако Конрад продолжал поглядывать на мою дочь, и это заставляло мое сердце нервно дергаться в груди.

Раздался стук в дверь.

– Давайте, вам пора, – сказала я и выбежала из комнаты. За дверью стоял Зевс, которого, по всей видимости, прислала Роза.

– Сабрина, все в порядке? – спросил он, проходя в квартиру.

– Да. Роза слишком печется обо мне.

– Я не видел, чтобы разодетый индюк выходил из твоей квартиры.

– Он все еще здесь.

– Мне помочь выпроводить его?

Зевс был большим, но Конрад больше. Однако победа все равно была бы на стороне моего друга, у каждого из трех племянников Розы было оружие. Этот квартал действительно мог быть опасным, таковы правила. К счастью для Конрада его подстреленная задница совсем не входила в мои планы. И тюрьма для Зевса тоже.

– Я думал, тебе опасно находиться здесь, но вижу, что ты примкнула к злу, – скучающе сказал появившийся в прихожей Конрад.

– Что ты несешь, бледнолицый? – зарычал Зевс, порываясь к Конраду.