Селестина Даро – Знамя эльфов (страница 2)

***

В отличие от острова Скай февраль здесь был очень снежным.

Эльфы то и дело попадали в метель. И этот раз не стал исключением: видимость была почти нулевая, из-за сильного ветра Насаби почти выбилась из сил. Садиться пришлось буквально вслепую. Когда они оказались на одной из посадочных площадок Академии, к Бенедикту внезапно подбежал Талион и куда-то утащил его «по срочным делам». Эстель немного расстроилась, что придется идти вниз в одиночку. Потом и вовсе поняла, они приземлились не над Башней Огневиков, как обычно, а на какой-то другой посадочной площадке. Эстель расседлала Насаби, отвела ее к специальным гнездам для тархов и пошла вниз. Лестница была абсолютно пустой, совсем не похожей на ту, что была у Огневиков. Не было слышно привычного смеха и дурачеств учеников Академии. «Может, это какой-то из запасных выходов?» – подумалось девушке. Интуиция тревожно зазвонила в колокольчик. Спустившись, Эстель открыла рот от удивления: в этой гостиной ей еще не приходилось бывать. Она даже по плану не могла понять, где именно в Академии она сейчас находится. Черная кожаная мебель чинно возвышалась над черно-белой шахматной плиткой, которой был выложен пол. На белых шелковых обоях то тут, то там сверкала золотая нить. Ближе ко входу на лестницу висели зеленые гобелены с красными крапинками эльфов, очень похожие на знамя, которое хранилось в Данвегане. От мыслей Эстель оторвала троица, которая буквально выбила воздух из ее легких: она с восхищением разглядывала трех идущих ангелов с золотыми крыльями. Их волосы были черными, как смоль, а глаза серыми, как пепел. И это настолько не вязалось с их золотыми крыльями, что восхищение вмиг сменилось настороженностью.

– Зангара, скажи ей, пусть перестанет на нас пялиться. Такое ощущение, что бедная девочка впервые видит темных эльфов, – с усмешкой сказала одна из них, и на ее ладони вспыхнула Темнинка.

«Они – темные эльфы?» – эта мысль словно молнией прошибла Эстель, и та ошарашенно вздрогнула. Она не успела для себя провести параллель между легендой, рассказанной Бенедиктом и этими прекрасными существами, которые стояли сейчас перед ней в реальности.

– Страх и восхищение – первое, что чувствуют, когда нас видят, – высокий парень с крыльями в секунду оказался рядом с Эстель. – Так ведь, крошка? Именно это ты ощутила, когда увидела нас?

Он поднял подбородок Эстель так, чтобы они встретились глазами, и тут же отпрянул.

– Принцесса рода Ирилисов, мое почтение. Простите, что не узнал вас сразу.

Эстель, не зная, что сказать, попыталась изобразить подобие вежливой улыбки.

– Позвольте проводить вас до Башни Огневиков? Ах да, забыл представиться, принц Улрой из рода Унакитов.

Эстель робко кивнула, не зная, что будет, если она откажет темному эльфу.

– Ох, Улрой, ты что, собираешься сверкать крыльями у Башни Огневиков? Да брось, мы же не появляемся в крыле светлых, мы для них не более, чем страшная сказка, – прицокнула на него Зангара.

– Это моя сестра, принцесса Зангара из рода Унакитов. И ей ещё ни разу не удалось отговорить меня от чего-либо, что мне взбрело в голову, – Улрой произнес последнюю фразу особенно быстро и чуть тише, чем все остальное.

Зангара хмыкнула, взяла под руку вторую темную эльфийку и они ушли в одну сторону, а Эстель с Улроем в другую.

Глава 2

– Это правда, что тебя прятали в мире людей? – бесцеремонно спросил Улрой у Эстель, пока они шли, как ей показалось, по бесконечным коридорам. Хотя она все равно пыталась запоминать дорогу.

– А я смотрю, ты хорошо осведомлен о том, что здесь происходит, – более дерзко, чем собиралась, подметила Эстель. – Да, так оно и есть. Прятали, – стараясь не смотреть на темного, ответила она.

– Значит ты действительно раньше никогда…

– Не видела темных эльфов, да, – нетерпеливо перебила она его. – И если честно, я пока не решила, как к тебе относится. Возможно, мне нужно тебя боятся.

Эти слова явно развеселили Улроя.

– Поверь, крошка, если тебе и стоит кого бояться, так это моего отца, Роршарха. Я намного более миролюбив, чем он.

Эстель попыталась выдернуть у него одно из золотых перьев из крыла и не смогла. В пепельно-серых глазах сначала отразилось искреннее удивление, затем гнев, а после – веселье.

– Чтобы не называл меня крошкой, понял? – злясь на него и на себя сказала она.

– Несмотря на то, что наши перья по ощущениям словно шелк, этот шелк – самый крепкий из всех, что тебе доводилось видеть. Не так-то просто лишить нас перьев, крошка, – ещё больше развеселился Улрой и остановился у входа в гостиную Огневиков. Сразу же из дверей комнат и с лестницы появились головы учениц. Улрой повернулся к ним таким образом, чтобы крылья было видно с лучшей позиции, и, улыбаясь, играл ими, чуть наклоняя из стороны в сторону, на публику.

Эстель невольно покраснела. Никто рядом с ней раньше не красовался настолько неприкрытым и наглым образом.

– Кажется, твоя сестра ошиблась насчет «страшной сказки». Не похоже, чтобы они тебя боялись, – констатировала она.

Девушка поймала на себе обеспокоенный взгляд. Оказывается, Бенедикт уже ждал ее в гостиной. Он сжал руки в кулаки и быстро пошел в ее сторону, потом резко втянув воздух, взял Эстель за руку.

– Что тебе здесь нужно, Улрой? Насколько я помню, вы не должны покидать территорию, которая отведена здесь строго для фойна, – процедил Бенедикт сквозь зубы, и, не дожидаясь ответа, утащил Эстель в комнату, принадлежащую в Академии ей.

За первые три курса она должна была постичь азы магии огня, а затем переходить к изучению более сложной и редкой магии превращений, переселившись в другую Башню.

Лишь только Бенедикт закрыл за Эстель дверь, сразу же рявкнул:

– О чем ты думала? Ходишь по темному крылу одна!

Эстель тут же вспыхнула, словно спичка.

– О чем я думала? Вообще-то, это ты оставил меня на крыше того самого темного крыла!

Девушка не видела раньше, чтобы Бенедикт так злился.

– Что мне по-твоему нужно было делать? «Перепарковаться»? Да я знать не знала, что Башня темных эльфов вообще существует!

– Могла бы подождать меня на лестнице! – не успокаивался Бенедикт.

– Ты не сказал, что мне нужно подождать, упорхнул с Талионом, как птичка, фьють! – Эстель рукой показала наверх. – К тому же, я не заметила, чтобы ты собирался идти за мной, раз стоял в гостиной и ждал!

– Нугур сбежал, я боюсь за тебя! – почти выкрикнул ей в лицо Бенедикт.

Принцу показалось, что в этот момент глаза Эстель стали такими глубокими, что в них можно было провалиться и утонуть. В них что-то блеснуло, она изучающе посмотрела на эльфа.

– Как? Ты же говорил мне, что остров Илинсар охраняется лучше, чем президенты у людей?

– Мы пока не знаем точно, как именно он это сделал, но это факт, Эстель. Нугур опять на свободе… Я думаю, будет лучше и безопаснее, если выходные ты проведешь не в Академии, а у родителей в Дар Руаде, – в глазах Бенедикта промелькнул металлический отблеск. – Собирайся, полетим вместе.

Умом Эстель понимала, что принц прав, но ее сердце протестовало против того, что он уже все решил за нее, даже не спросив ее мнения. Бенедикт вышел, оставив девушку в одиночестве. Эстель растерянно плюхнулась на кровать, массируя пальцами виски. «Ладно, полетим», – подумала она. – «К тому же, родители будут рады. Может быть, Алисию тоже стоит захватить, хотя ей Нугур, вроде бы, не интересуется…».

Эстель быстро собралась и спустилась в гостиную Огневиков, в которой уже вовсю разворачивалась Огненная вечеринка по случаю стремительно приближающегося Имболка. Огневики любили праздники, отмечали их шумно, весело, с размахом, иногда по несколько раз. Директор Академии не был против – до тех пор, пока имущество Академии было в целости и сохранности и не вспыхивало за секунду, словно феникс, оставаясь потом горсткой пепла. Внезапно Эстель напряглась так, словно туго натянутая тетива. Прислонившись к одной из колонн, стоял Бенедикт. И близко, слишко близко к нему – Зангара. Кажется, ещё чуть-чуть, и их лбы, носы и губы соприкоснутся. Бенедикт мило улыбался. Эстель не было слышно, о чем они говорили, но такая картина ей не понравилась. Она подошла к фонтанчику с вишневой шипучкой и импульсивно плеснула ее себе в стакан на пару глотков. Увидев Эстель, Бенедикт выпрямился.

– Ну что, идем? – чуть хрипло спросил он.

Девушка кивнула, и они вновь отправились к полетной площадке.

– Полетим на Антуриасе. Хочу дать Насаби передышку, – пояснил Бенедикт, когда Эстель увидела белоснежного пегаса. Она подошла к коню, ласково провела по его гриве. Антуриас в ответ склонил голову. Он сразу понравился ей, как только она его увидела.

– Все-таки он невероятный красавец. Его крылья – настоящее чудо, – заметила Эстель, на что Бенедикт тут же упер руки в талию, его ноздри на секунду еле заметно расширились.

– О, только не говори, что ты ревнуешь меня к пегасу! – всплеснула руками девушка.

– О, только не говори, что ты ревнуешь меня к чудесным крыльям Зангары! – парировал эльф. Он подошел к Эстель, обнял ее и заглянул ей в глаза. А затем рассмеялся от того, что успел в них прочесть.

– Нечего какой-то темной вокруг тебя круги наворачивать! – выпалила девушка.

– Допустим, не какой-то, а принцессе темных эльфов, – уточнил Бенедикт. – Садись на Антуриаса. Скоро будет темно так, что лететь трудно, и метель успеет пробрать нас до костей. Это отнюдь не лучшие условия для полетов, как ты понимаешь.