Селестина Даро – Песнь Эридана. Свет во тьме (страница 16)
– Итак, как ты видишь, это шиповник. На него можно воздействовать звуком «А». Звук должен быть достаточно низким. И быть похожим на мантру. Слышала когда-нибудь горловое обертонное пение шаманов?
Может быть и да, но я на всякий случай отрицательно покачала головой.
– Главное во всем этом – обертона. Тебе придется научиться. Женщины поют только определенными стилями, например, хоомей2, т.к из-за вибраций органов речевого аппарата могут возникнуть проблемы с гормональным фоном, в отличие от мужчин.
Мне кажется, или я как-то не так себе представляла обучение музыке? Вот я, красивая, стою на сцене в блестящем платье и беру высокие ноты, как настоящая оперная певица.
– Лаванда! Ты меня слушаешь? – внезапно ударил по столику кулаком Леонард.
Черт, уже и помечтать, что ли, нельзя?
Я быстро закивала головой. Леонард вдруг запел. И это не было похоже на то классическое пение, к которому многие привыкли. Это было что-то дикое, народное. Звук «а», исходивший от него, превратился в смесь сразу нескольких нот. Его голос колыхался, словно потревоженная гитарная струна. С непривычки меня это напугало. Зато шиповнику, видимо, нравилось. На нем один за другим появлялись цветы. Совсем как тогда у меня, на фиалке. С одной лишь разницей – я не издавала столь непривычных звуков.
Увидев на моем лице смущение, Леонард тут же предложил мне попробовать повторить. За это я мысленно ругала его разными словами.
– Тебе нужно сконцентрироваться на голосе, а затем направить его на шиповник. Немного расслабь нижнюю челюсть, приоткрой рот и сосредоточь внимание на корне языка. Тебе нужно попытаться найти определенный угол, при котором горло не будет передавлено и звук получается объемный и полный.
Разы, когда я в жизни пела, можно пересчитать по пальцам. Если учесть, что при этом никого не было рядом, ну или я не знала о том, что Эридан все-таки рядом был, то сейчас не может быть и речи о том, чтобы я повторила эти несуразные звуки, да еще и в присутствии Леонарда. Я просто не могу!
Леонард выжидательно смотрел на меня.
– Что наша пташка не поет? Я думал, мне не придется тебя уговаривать.
– Я не могу при тебе, – нехотя созналась я.
Видно было, что Леонард не ожидал такого поворота.
– Эдвард будет недоволен, но раз так, то я позволю тебе какое-то время потренироваться в одиночестве. У меня как раз есть дело на час.
– Спасибо! Большего я и не прошу.
Леонард осмотрел меня с ног до головы и вышел. Да, надо сказать, условия для тренировок у драконов мне нравились куда больше.
Я дождалась, пока он собрался и вышел из дома, а потом попробовала просто напевать, как в прошлый раз. Но ничего не происходило.
Ладно, как получится – так получится. Я решила все же попробовать повторить колебания, создаваемые голосом Леонарда. Поначалу звук был откровенно плоский и фальшивый. И когда я уже почти оставила все надежды на то, что у меня получится, то поняла, что голос, наконец, расщепляется так, как нужно. Слабенько, не так, как у Леонарда. Свет тут же хлынул из меня. Видимо, прицеливаться нужно еще поучиться. Он разливался не только на шиповник, но и на все вокруг. Однако, Леонард был прав, с обычными творениями рук человека, такими, как чашка, к примеру, ничего не происходило. Но не с техникой. Экран моего мобильного, который я положила на журнальный столик рядом с шиповником, начал мигать красным, голубым и зеленым попеременно. Затем только красным, а затем погас. Я взяла его в руки. И тут же отпустила обратно, потому что он был слишком горячим. Черт! Немного подождав, я попыталась его включить, но ничего не вышло. Я разозлилась! Леонард мог и бы предупредить меня о том, что Свет так влияет на технику. Вчера Эмма не ответила мне, и я надеялась получить от нее ответ сегодня. А теперь, по всей видимости, мне нужен новый мобильный.
Позади себя я услышала громкие хлопки. Леонард стоял, прислонившись к арке. Как только я обернулась, он выпрямился.
– Если честно, я не надеялся, что у тебя получится с первого раза. Это фантастика!
Леонард поставил на столик еще один цветок с подоконника.
– Теперь уж будь добра, при мне. Это уже не шиповник, а клематис. Он посложнее, и на простое «а» не отзывается. Нужно тянуть три гласные. «И-а-у».
Умом я понимала, что Леонард итак уже все слышал, но это все еще было сложно.
– Может быть, тебе будет проще, если мы узнаем друг друга поближе?
Я вспыхнула как спичка. Почему-то это предложение меня разозлило. Я почувствовала покалывание в татуировке.
– Нет, не думаю.
Леонард пожал плечами и скривил губы, явно разочарованный моим отказом.
– Ты что, клеишь мою девушку, или мне показалось? – услышала я голос Уильяма.
Надо же. Неужели он меня ревнует?
– Я думаю, Эдвард явно не будет против, если его внучка выберет себе в мужья мужчину ее уровня силы.
Моего уровня? Леонард только что приравнял свой уровень к моему? Смешно. Стоп. Что он сказал?
– Боги, почему все только и делают, что стараются выбрать за меня?
Если бы могла бы, осталась бы у драконов. Жаль они не могут сами передать мне Песнь.
Уильям, поняв, что я опять близка к побегу, примирительно выставил руки перед собой.
– Пообедаем? Ты ничего не ела со вчерашнего вечера. Разве драконы не должны съедать целого ягненка? – обезоруживающе улыбнулся он.
На удивление, сейчас это подействовало на меня успокаивающе и я пошла за Уиллом на кухню и закинула спагетти с соусом в микроволновку.
Уильям вытащил спагетти из микроволновки и разложил по тарелкам.
– Ну и как там, у драконов? – спросил он, накручивая спагетти на вилку. Увидев на моем лице шок, он сказал:
– А ты что думала, твой отец навешал мне лапши на уши, оплатил курсы и я сразу согласился поехать за тобой?
Я покраснела. Ровным счетом так я и думала.
– Забавно, – продолжил Уилл. – Мы проводили с тобой столько времени вместе, и мне кажется, я изучил тебя вдоль и поперек. Но ты совсем не знаешь меня, и даже не пытаешься узнать. Все, что тебя интересует – это поцелуи.
Я поперхнулась.
– Мне кажется, наши отношения вообще неправильные. Не в смысле, что я считаю их ошибкой, но все не так, – сказала я как можно мягче.
– Потому что ты считаешь меня поверхностным. Считаешь, что все должно складываться само собой, но так не бывает, Лав, – Уилл поднял мой подбородок, и, заглянув в глаза, вытер пальцем каплю соуса в уголке моего рта. – Отношения строятся как дом. Каждый должен приносить по кирпичику. До поцелуев мы должны доверять друг другу, понимаешь?
Я опять вспыхнула.
– Это не мне твой отец платит за то, чтобы я за тобой следила!
– Боги, Лаванда, я думал мы решили этот вопрос и он давно в прошлом! – Уильям потер виски.
Леонард с грохотом поставил тарелку на стол.
– Влюбленные бранятся, будто тешатся? – съязвил он.
Во мне все сильнее нарастало ощущение неправильности происходящего. Я будто бы мыслями осталась там, в обители, и ничего не могла с этим поделать. Отношения с Уильямом не казались мне настоящими, а дурацкий флирт Леонарда откровенно злил.
– Тебе стоит поторопиться. Твой отец нанял тебе репетитора для подготовки к экзаменам. Она будет с минуты на минуту.
Уильям хмыкнул.
– А мне приходится таскаться на занятия в группе.
Леонард протянул мне листок. Я вопросительно подняла брови.
– Это нужно выучить. Здесь отображены геометрические формы и их соответствия звукам. Так ты будешь понимать, какими гласными на что можно влиять.
– Почему ты меня не предупредил, что Свет портит технику?! Мне нужен новый мобильный.
– Лучше один раз узнать на своем опыте, чем десять рад не научиться на чужом, – спокойно ответил Леонард. – Зайди за картой к Элейне.
Вот придурок! Я улыбнулась, думая о том, что на замену айфону я могу взять только айфон, и как сделаю невинное выражение лица, когда Резерфорд спросит, куда я потратила такую сумму. Он ведь наверняка спросит, да? Хорошо, что они не драконы и не могут читать мысли. Я на всякий случай представила гладкое озеро.
Глава 13
Каждый день после обеда я занималась с Августой. Она знала, что я собираюсь стать писателем, и поэтому мы делали упор на эссе. А после обеда Леонард обучал меня тескао. Я почти угадала с тхэквондо.
– В бою орден использует тибетскую систему тескао, – объяснял мне Леонард.
– Подожди, но я не понимаю, зачем мне это? Вот магия да, ведь у Пожирателей нет тел. Они бесплотны. Это – тень. Драться с тенью…
– У Пожирателей есть тела. Они могут использовать тела людей, в том числе на протяжении долгого времени. И не драться, а защищать себя. Итак, орден выбрал тескао не случайно. Символы тескао – орел и бык. Орел означает быстроту и легкость, бык – силу, крепость и устойчивость. Это два главных столпа любых боевых искусств.