Селестина Даро – Ночь звездопада (страница 9)

– Ну же, Ив… Одно слово – и я все прекращу, – прошептал Дельер.

Хотя из его уст это, скорее, звучало как просьба разрешить ему не прекращать.

Я смотрела в его глаза, любовалась чертами его лица, и не собиралась говорить ни слова.

Звёздный, осознав это, снова начал ласкать мою шею поцелуями, и я окончательно потеряла контроль над собой. Мое дыхание стало частым и рваным. Вдруг я почувствовала жжение у основания шеи и ойкнула. Было немного больно. Вся конюшня озарилась вспышкой света. Мои крылья материализовались. Я попыталась дернуться, но Дельер провел языком по месту укуса и мне мгновенно полегчало. Я задрожала, потому что теперь всерьез боялась того, что в конюшню кто-то войдет и увидит крылья. Как и Дельер, я охраняла тайну своего отца. Белоснежные, пернатые… Мы здесь были единственными в своем роде.

– Ты что, всерьез укусил меня? – придя в себя, я судорожно пыталась сообразить, как мне убрать крылья.

Обычно в грозу я пряталась дома, поэтому они не появлялись. Под ловцами солнца они подчинялись моей воле, но я, в основном, не материализовывала их. Какой смысл в крыльях, если полетать – все равно нельзя? А если вдруг и оказывалась вне дома, то это всегда были отдаленные места от общины, где никто не мог меня увидеть, и я вдоволь могла насладиться свободой в небе, а крылья сразу после дождя исчезали сами.

– Я… – замялся Дельер. – Укусил. Думал, ты мне врежешь по яйцам за это. Пошлешь… Ужасно рассердишься. Но ты… пока все ещё не сделала ничего из этого. Можно сказать, ты даже это мне позволила! – растерянно всплеснул руками Звёздный.

Я потерла рукой место укуса и поморщилась.

– Было больно, вообще-то, – пожаловалась я.

Хотя на самом деле, при воспоминании об этом укусе у меня почему-то побежали вполне приятные мурашки по телу.

– Извини, Ив… Почему ты не сказала мне, что в тебе тоже есть кровь фейри?

Мои брови приподнялись вверх.

– Ты же уже не в первый раз увидел мои крылья. И, к тому же, вильвы – пусть и разновидность альвов, но мы не живем по тысяче лет, в отличие от вас. Двести пятьдесят – триста, и то лишь при хороших для того условиях. К тому же вильвов совсем мало осталось на Земле.

Звездный задумчиво провел по волосам на затылке.

– Разновидность фейри, – не отрывая от меня взгляда произнес он. – Не знаю, почему я тогда не спросил. Наверное, мне конкретно снесло башню. И, хоть она с тех пор все еще не вернулась на место, теперь я все-таки в состоянии спросить: это у тебя от обоих родителей?

– От отца, – вздохнула я.

– Видишь, какая замечательная ты у них получилась. Белоснежные волосы от матери, белоснежные крылья – от отца… – Дельер провел рукой по моим волосам, а потом – еще нежнее и бережнее – по крылу.

А потом чмокнул меня в затылок.

– Ох, Ив… Теперь я жалею лишь об одном.

– О чем?

– О том, что мы не встретились раньше.

Мое дыхание постепенно выровнялось, и крылья исчезли. Что, к слову, было как раз вовремя, потому что Ратибор вернулся в конюшню не один. Но не с Ладой.

Выпрямившись в струнку, он нервно озирался на тех, кто шел позади него.

– Это она?

Меня прожигали две пары черных, словно мрак, обсидиановых глаз. Их кожа была неестественно серого оттенка. В остальном они во всем походили на наших мужчин: стальные мышцы, хоть их и не гора, кожаная одежда. На головах венцы. Значит, точно не бесы. Не низшие. Венцы из обсидиана? Возможно, что-то вроде князей. Так вот они какие – демоны из пекельных миров.

Ратибор медленно кивнул.

Глаза одного из них уставились ровно в то местечко на моей шее, куда пятью минутами ранее укусил меня Дельер. Правда, когда я провела рукой, крови там уже не было. Хотя, по ощущению жжения я точно знала: кожу он мне прокусил.

– Разрешите представиться, я – князь Радамаскл, а это – мой брат Мардзан. Как вы уже, возможно, поняли, мы – вилеги. Его Величество Касьян отправил нас для обеспечения вам, Иванна, должной защиты, а также обучения.

Звёздный кашлянул. Он взял меня за руку, и, по всей видимости, отпускать не собирался.

– Но, конечно же, обучение начнем завтра, – сказал тот, который представился Радамасклом.

По тому, как он держался, я поняла, что среди них двоих главный именно он. По виду они были близнецами: одно лицо, черные гладкие волосы, собранные в хвост, кожанки, кожаные брюки и сапоги. Я отчаянно рассматривала обоих в поисках хоть какой-то детали, с помощью которой я смогла бы отличать одного от другого, и, наконец, нашла ее.

У Радамаскла на левой руке был перстень, кажется, с черным гематитом. У того, который представился Мардзаном такого перстня не было.

Они меня, в ответ, конечно, тоже рассматривали. Причем Радамаскл – оценивающе, а Мардзан – словно лапая прямо через одежду. Он оценил все: губы, грудь, бедра…

Звёздный еле сдерживал себя, чтобы не зарычать на них по-звериному. Я успокаивающе сжала его ладонь.

– Для начала я бы хотела знать название мира, из которого вы пришли. – Я решила сразу обозначить границы.

– Планета, с которой мы пришли называется Гедеус. Это лишь один из миров под нашим управлением. Да и название, уверен, вряд ли что-то тебе скажет.

– Я человек, и мне нужны названия, чтобы называть, – парировала я.

– Надеюсь, вы не против, если мы присоединимся к вашей небольшой экскурсии, – сказал Мардзан, и я напряглась.

Откуда он узнал про экскурсию?

– От человека в тебе столько же, сколько во мне, – заметил Радамаскл и Ратибор напрягся.

Я намеренно не стала развивать эту тему. Неужели они почувствовали во мне вильву?

– Вы удивительно хорошо говорите на нашем языке, – заметил принц. – Для тех, кто только прибыл из другого мира.

– Спасибо за комплимент, – парировал Радамаскл, не опускаясь до объяснений. – Как я могу к вам обращаться?

Радамаскл смерил взглядом Звездного.

– Его Высочество кронпринц Дельер Грассо из рода Звёздных фейри, – не растерялся Звёздный. – А Вас, я так полагаю, Ваши Светлости?

Я замаскировала смешок кашлем. Называть «Вашими Светлостями» темных князей это примерно то же, что намазывать на хлеб мазут вместо арахисовой пасты и делать вид, что все в порядке.

– Не совсем. В нашем мире нас называют «Ваше Господство», – Мардзан ехидно улыбнулся.

Радамаскл тоже времени не терял.

– Вот эти вороные нам подходят, – сообщил он Ратибору.

Ратибор тут же стал готовить лошадей.

– А ты знаешь, красавица, что у лошадей в нашем мире светятся глаза, а из ноздрей валит пар, потому что их температура выше, чем у ваших? – рассмеялся Мардзан.

Пока у меня есть терпение, я буду просто наблюдать за ними, как они собрались наблюдать за мной.

Звёздный открыл дверь денника.

– Привет, Перун! Знаю, ты обижаешься, но я прихватила с собой кое-что для тебя из дома.

Я достала из сумки баночку с мармеладками в виде морковок. Открутив крышку, положила на ладонь пять штучек и раскрыла ладонь перед Перуном.

Он прищурил глаза, ткнулся мне в руку носом, а потом захватил своим огромным языком сразу все пять мармеладок.

– Хэй, Перун, я хочу тебя кое с кем познакомить, – сообщила я коню. – Это – Дельер. – Я взяла принца за руку и притянула его ближе к себе. – Я ему доверяю.

Я вложила в руку принца еще пять мармеладок.

Он раскрыл ладонь перед Перуном. Перун радостно забрал и эти мармеладки. А потом, к моему удивлению, ткнулся носом в плечо Дельера.

Я улыбнулась. Уж Перун-то точно разбирается в людях… Буду надеяться, что и в фейри тоже.

Мне стало неуютно, потому что все это время я чувствовала на себе взгляды князей – надзирателей. И вообще, Касьян не мог прислать их через полгодика? Интересно, у князей что, других дел нет, кроме как возиться со мной?

Я украдкой посмотрела поверх стенок денника на князей и тут же наткнулась на взгляд Радамаскла. Он мне подмигнул. От этого мне стало ещё больше не по себе.

Одно я знаю точно: никто из того мира, даже Касьян, не сможет меня тронуть, пока не закончится этот год. Магия Договора этого не позволит.

Дельер заметил мою напряженность и нежно сжал мою руку в своей. А потом подсадил на Перуна. Я собиралась наблюдать за тем, как он выбирает себе коня, как вдруг Звездный сел позади, и крепко прижал меня к себе, надежно обхватив левой рукой за талию. Правой же он перехватил поводья.

К моему удивлению, надзиратели «просто наблюдали» за нами, не говоря ни слова. Даже если они и были против того, чтобы я сидела на лошади вместе с принцем, они никак не показывали этого.