Селестина Даро – Эхо твоих мыслей (страница 10)

Я не стала тратить время на то, чтобы зайти на кухню. Мой дом находился, если подумать, не так уж далеко отсюда, поэтому я не успею проголодаться. Поверила ли моя мама Ною? Рассказал ли он ей правду о том, что произошло? Получится ли у меня убедить их срочно бежать из дома вместе со мной? Послушают ли они меня? Я не знала. Но мне придется попытаться, если я все еще надеюсь на что-то хорошее.

Я тихонько выскользнула за дверь. Коридоры действительно были пустыми. Как долго странный праздник дрен будет продолжаться? Интересно, меня на него не пригласили, потому что я не одна из них?

Я решила, что выйду через один из тайных ходов, которые показал мне Лирин.

Ступенька позади меня скрипнула, и я вскрикнула от неожиданности и страха. Позади меня стоял Руан.

– Не спится, моя хорошая? – в его тоне проскользнуло любопытство.

Я кивнула.

– Проснулась посреди ночи… И услышала звуки из окна, – честно созналась я, не прибавляя к своим словам «Ваше Величество», как требовал того этикет.

– Пойдем прогуляемся, – Руан подставил мне руку, но тут же ее убрал, цокнув. – Лучше тебе пока меня не касаться.

Я ещё раз поблагодарила всех возможных Богов за этот подарок. За то, что он не мог дотронуться до меня. Но я знала: так будет не всегда. Такие люди, как он, всегда добиваются своего, не останавливаясь ни перед чем. А уж фейри – тем более.

Мы вышли во внутренний двор и остановились у стены замка. Король жестом показал мне: «Смотри».

Я увидела то, что не заметила из окна. Хотя, может быть, когда я смотрела, их там ещё не было. Девять мертвых фейри лежали на жухлой траве. Вокруг них двигался хоровод дрен. А эти странные звуки, которые примешивались к музыке и танцам дрен, были ничем иным, как блеяньем коз, которых привязали неподалеку. Я начала догадываться, зачем. Девять дрен вышли из круга, чтобы подтащить одну из коз к одному из тел фейри, в затем все вместе накинулись на нее. Когда животное испустило последний вздох, эти девять дрен начали кружить своим небольшим кругом внутри большого хоровода. Все они пели и издавали резкие звуки. И чем дольше продолжалось это пение, тем сильнее мне хотелось зажать уши руками. Когда мне начало казаться, что я больше не выношу этот ужасный ритуал, один из мертвых фейри встал. Он качался из стороны в сторону, а затем присоединился к тем девяти.

– Жизнь животного за жизнь дрен. Невелика плата. Тебе так не кажется? – спросил Руан, и я подпрыгнула от неожиданности, потому ни я, ни он не произнесли за это время ни слова, и я успела уже позабыть, что он тоже стоит здесь, неосмотрительно потеряв бдительность.

Сколько же потребовалось коз, чтобы оживить всех его поданных? Может быть, это не всегда происходит так?

– Знаешь, был один день в моей жизни, мне он очень понравился, – начал король, – крупнейшее поголовье коз полегло в Аркадии, что и не вообразить, – Руан рассмеялся.

Я не видела в этом ничего смешного, но все же улыбнулась, чтобы не рассердить его.

Король не ограничил мою свободу передвижения… И раз сейчас не получилось, это всего лишь значит, что я попробую убежать чуть позже. Я пыталась уверить себя в том, что это не слова для успокоения, а обещание.

К примеру, исчезну во время очередной прогулки. Только желательно так, чтобы в не подставить Лирина. Мне не хочется, чтобы Руан наказал его за мой побег.

– Ну что, насмотрелась? Теперь точно уснешь спокойным сном, – заявил Черная Лошадь, и я еле сдержала мурашки и дрожь по всему телу. Его слова звучали как угроза. Он был очень опасным, мое тело чувствовало это и било тревогу.

Я присела в реверансе, но не настолько глубоком, как это делала Вирджиния, потом сразу же побежала обратно наверх в покои, благодаря Богов за то, что король ничего не сказал о моей одежде.

Я закрыла за собой дверь и прислонилась к ней, успокаивая дыхание. Между пальцами левой руки словно пробежал ток. Я удивленно подняла ее к лицу. Пальцы защипало, на них вспыхнула пара искр и тут же погасла.

«Почему же ты такая неугомонная, Имоджен?», – услышала я ленивые, медленно текучие, сонные мысли Риса.

«Хм», – передразнила я его.

«А чем ты любишь заниматься в свободное время?», – теперь его простой вопрос не казался таким банальным, как раньше. Он был мне необходимым, словно свежий воздух.

«Ты будешь смеяться».

«Обещаю, что не буду».

Я вздохнула. Кому теперь какая разница до моих увлечений? Я смело могу рассказать об этом Рису.

«Я люблю собирать разные головоломки. Несмотря на то, что у нас никогда не было денег, чтобы их покупать, у меня дома лежит одиннадцать версий кубика Рубика».

«Кубик Рубика – это тоже такая головоломка?», – спросил меня Рис.

«Ни за что не поверю, что ты никогда не видел кубик Рубика. Это больше похоже на то, что ты со мной заигрываешь».

«Может и заигрываю».

«Мы знаем друг друга всего три дня», – возразила я.

«А как же «Любовь с первого взгляда»», – рассмеялся Рис.

«Я тебя в глаза не видела», – улыбнулась я.

«Может, это и хорошо? Я больше, чем уверен, что в реальности ты не захотела бы быть с таким, как я».

«Мне кажется, ты однозначно лучше, чем король Черная Лошадь. Или я ошибаюсь? А, может быть, ты просто боишься рассказывать мне о том, чем ты занимаешься в свободное время?».

«Поверь, я совершил много ужасных ошибок. И то, к чему они привели…» – Рис замолчал, не договорив.

«Ладно, ладно, полегче. Так чем ты любишь заниматься в свободное время, Рис? Я тебе рассказала, поздно идти на попятную».

Через две-три минуты Рис все же ответил.

«У меня есть любимый дуб. Очень старый. Места вокруг буквально пропитаны древним духом. Я любил приходить туда с сестрой. Сидеть под ним… У нас с ней было что-то вроде игры. Мы создавали из желудей волшебное королевство. Представляли, что каждый желудь – волшебник, и каждому из них придумывали свое дарование. Кто-то управлял облаками, кто-то молниями и громом, кто-то выращивал целебные травы и цветы, кто-то играл с огнём, так, словно это был его лучший друг. Но смысл всегда оставался одним и тем же – в волшебном королевстве магия была у всех. Мы придумывали разные сложные ситуации, и кто первый из нас придумывал, как ситуацию разрешить с помощью способностей – побеждал и получал тот желудь себе. Обычно, моя сестра уходила домой довольная – с полной корзинкой желудей» .

«Значит, ты мечтатель? Ты мечтаешь о магии? А сейчас? Сейчас вы туда не приходите? У тебя нет свободного времени?», – робко спросила я. Вероятно, Рис вырос и теперь работает. Ему не до игр с желудями и магии.

«Моя сестра умерла. Если кто и был настоящим мечтателем, то не я, а она. Мы больше никогда не сможем посидеть с ней под моим любимым дубом».

«О-о-о… Скорблю вместе с тобой. Когда это случилось?.

«Спасибо, Имоджен… Честно говоря, ты единственная, кто сказал мне «вместе с тобой». Обычно же говорят не так, знаешь… Это случилось недавно».

«Знаю. Но учитывая, что мне передаются твои чувства, здесь недостаточно просто слова «сожалею». От чего она умерла?».

«От проклятия».

«Ты веришь в проклятия? Неожиданно».

«Можно и так сказать, Джин. Я и есть это проклятие».

«Ты хочешь сказать, что твоя сестра умерла из-за тебя?».

«Это полностью моя вина».

«Ох, что бы это ни было, думаю, ты на себя наговариваешь, Рис».

«Спокойной ночи, Имоджен».

Я поняла, что сейчас, вероятно, не услышу от Риса больше ни слова, и попыталась уснуть. Тем не менее, еще некоторое время мысли крутились в моей голове, словно заведенные. Мне оставалось лишь надеяться на то, что пока я связана с этим филактерием, король не собирается убивать меня. Потому что, если бы можно было разорвать эту связь одним моим убийством, Руан бы сделал это сразу. Интересно, что шкатулка охраняет меня только от Черной Лошади. Всех остальных она не бьет током, когда они меня касаются… Ни Лирина, ни Вирджинию. С этими мыслями я все-таки уснула.

Глава 9

Утром, когда Вирджиния приготовила мне ванну, я решила, что мне следует выяснить как можно больше о магии Руана. О том, как действует его дар. Возможно, Лирин может рассказать мне об этом подробнее. Возможно, он даже согласится. Раз я не ограничена в свободе передвижения, не устроить ли мне небольшую прогулку вне замка? Лирин в качестве моего телохранителя должен будет пойти со мной, и тогда я могла бы расспросить его обо всем, что меня интересует и посмотреть окрестности.

Мне бы хотелось избежать завтрака, но, как я поняла, на завтрак, обед и ужин мне было велено являться перед королем, чтобы он лично лицезрел меня и вел со мной преотвратительнейшие беседы.

Понятия о том, как должна одеваться королева, у дрен явно не было. Либо король специально одевал меня так, считая своей говорящей игрушкой. Крупная сетка спереди, сзади и по рукавам в сочетании с открытыми плечами – скреплялась по бокам двумя полосками красной ткани. Мне поплохело лишь от одной мысли, что в таком наряде меня увидят и будут разглядывать все.

– Вирджиния, а можно ты подберешь для меня что-то более закрытое? – аккуратно поинтересовалась я, но она, к сожалению, опять сделала свое фирменное испуганное лицо.

– Я б-боюсь, королю не понравится вольная смена вашего наряда.

Я проглотила комок в горле.

– Перед обедом, я вновь принесу вам что-то другое, госпожа, – извиняясь, пролепетала Вирджиния.

Я все же натянула на себя эту ненавистную тряпку, и теперь, стоя перед зеркалом, разглядывала себя. Мне не хотелось идти в трапезный зал.