Себастьян Фитцек – Мимика (страница 11)
Раздался гудок.
«Невероятно».
В ту же секунду снаружи снова раздался удар. Бланкенталь снова бросился на дверь. Еще сильнее. Еще безжалостнее. Петли в раме уже погнулись. Когда он их полностью вырвет, было лишь вопросом времени.
«Скоро снова меня схватит, а потом убьет, как ту женщину у душа», – подумала Ханна, не осознавая, что набирает номер. Поэтому она вскрикнула от ужаса, когда во время короткого перерыва между ударами Бланкенталя в дверь вдруг услышала голос из старинного стационарного телефона:
– Алло? С кем я говорю?
– Помогите, я, я… пожалуйста…
– Ханна, это ты?
Глава 17
Если раньше она, словно в трансе, гадала, почему ее подсознание набрало незнакомый номер, теперь она спрашивала себя, откуда ей знаком этот голос.
– Я Ханна Хербст, да…
«По крайней мере, мне так кажется…»
– Мне… мне… нужна помощь…
– Где ты, черт возьми?
– В отеле. Не знаю, я…
– Ханна, у меня не отражается номер. Откуда ты звонишь?
Это было последнее, что она услышала с того конца провода. Все остальное потонуло в грохоте, с которым Бланкенталь буквально влетел в ванную.
Сначала он ногой пробил нижнюю часть дверного полотна из древесно-стружечной плиты.
«Отсюда и пауза. Он надевал ботинки».
Затем он просунул в пробитую щель руку и отодвинул засов. Вероятно, при этом поранил предплечье, поэтому рука, которой он вырвал у нее телефон, была вся в крови.
КАК? ВЫ? СМЕЕТЕ?
Выкрикивая каждое новое слово, он топтал телефон, пока тот не разлетелся на множество осколков.
Затем он наклонился к разбросанным на полу вещам и схватил нож для резки ковров.
– Вам от меня не сбежать, – сказал он, и его голос прозвучал чуть спокойнее, отчего показался Ханне страшнее.
Она опустилась на колени на кафель пола, посмотрела на мертвую женщину. Увидела, как сильная рука Бланкенталя сжала рукоять ножа. Резко вскочила. Услышала собственный крик: «Ты, больной убийца!» – и выпустила из улья шершня.
Но она была слишком взбудоражена. Больше всего ей хотелось прижать электрошокер к груди Бланкенталя, прямо к сердцу. Но тот попал лишь в бедро, до которого легче всего было дотянуться. Когда Хирург выронил нож и рухнул на пол, единственное, чего ей хотелось, – это сбежать. Ни секунды больше не находиться в пределах досягаемости этого безумного убийцы, бьющегося в конвульсиях на полу рядом с мертвой женщиной.
Она поспешно перешагнула тело своего похитителя и, пошатываясь, прошла через спальню. Она трясла закрытую дверь, думая, что в плену, пока не поняла, что та заперта изнутри. В панике, не приняв никаких мер предосторожности, она выбежала на улицу. Вперед, только бы убраться из этой комнаты!
«Свобода! Я вырвалась!»
Она жадно вдохнула влажный воздух и закашлялась, поперхнувшись своим дыханием.
Она попыталась быстро оценить обстановку. Небо над ней напоминало бетонную стену, грязную от выхлопных газов, и шел дождь, как это часто бывает в Берлине.
«Если я вообще еще в Берлине».
Потому что окруженный густым лесом мотель, в котором она, по-видимому, находилась, напоминал место съемок американского фильма «Шоссе». Двухэтажное в форме подковы здание с плоской крышей…
Парковочные места располагались прямо перед номерами. На не менее чем двадцатиметровой высоты столбе красовалась мерцающая неоновая вывеска с надписью «Quality Inn, от 49 евро за ночь, включая НДС плюс платное телевидение», пытавшаяся привлечь гостей с близлежащего шоссе, шум машин с которого заглушал гул собственной крови в ушах Ханны.
Ханна, стоя на галерее перед комнатами первого этажа, перегнулась через балюстраду.
Справа внизу, в самом дальнем углу подковообразного здания, по-видимому, находилась стойка регистрации. Это была единственная освещенная комната в этом, казалось, почти безлюдном комплексе. На парковке мотеля стояли всего три машины и мотоцикл, хотя вместить она могла раз в десять больше гостей.
«Мне дать о себе знать? Попросить о помощи на стойке регистрации?»
Казалось, таков должен быть следующий шаг, чтобы покончить с кошмаром Бланкенталя.
Но что, если она и в самом деле разыскиваемая убийца?
Тогда это был верный шаг к тюрьме.
«Значит, бежать?»
Она нерешительно переминалась с ноги на ногу, еще и потому, что ее конечности медленно коченели от холода, от которого не спасала ночная рубашка.
Она предпочла бы ехать из этого ужасного места куда глаза глядят на одной из стоявших внизу машин.
Пока хватит бензина. Или, еще лучше, пока к ней не вернутся воспоминания.
Но как ей открыть и завести универсал, малолитражку или внедорожник?
В правой руке она еще сжимала электрошокер, но им зажигание не закоротить.
Только…
«Минутку!»
Ее рука потянулась к карману ночной рубашки. Пальцы погладили выпуклый предмет.
«О боже! Таракан!»
То, что в ванной ее напуганному до смерти мозгу сначала показалось паразитом, на самом деле было… ключом от машины.
Босая и раненая, она побежала насколько хватало сил к лестнице, вытаскивая пульт дистанционного управления, который, должно быть, сунула в карман машинально.
Равно как, не задумываясь, набрала номер мужчины, которого знала, но не помнила.
Ханна протянула руку в сторону парковки и нажала центральную кнопку на ключе.
Бип-бип.
Замигали фары маленькой машины, давая ей понять: «Я здесь. Твоя машина для побега!»
И вот она уже открыла дверь и плюхнулась на сиденье, отрегулированное под человека ниже ее ростом.
«Под бедняжку, лежащую мертвой в ванной мотеля».
Неужели Бланкенталь вдобавок ее ограбил?
Это был самый очевидный вариант. Ему требовались деньги на расходные материалы, которые он, скорее всего, купил в хозяйственном магазине или на заправке.
«Пока я без сознания лежала, связанная, на кровати в гостиничном номере, снятом женщиной, которой уже нет в живых».
Ханна решила при первой возможности сообщить об убитой в полицию, поскольку медицинскую помощь в любом случае оказывать уже слишком поздно.
Ладонями Ханна похлопала по голым ледяным ступням, стряхивая с них налипшую грязь и гравий, и резко нажала на педаль тормоза. Потом на кнопку запуска рядом с автоматической коробкой передач. Даже без ключа в замке зажигания двигатель завелся.
Часы на приборной панели показали 19:45.
Она дала задний ход, вывернула руль и поехала к выезду в сторону леса. Ее взгляд упал на зеркало заднего вида, наклоненное так сильно, что она увидела свое лицо. Испугавшись, резко затормозила и поправила зеркало.
«Это я. Это и вправду я».
Долго она смотреть на себя не могла. Но все же смотрела достаточно, чтобы понять, что женщина в зеркале была точно такой же, как та, что на видео с признанием. Длинная тонкая шея, темные, возможно до лопаток, заплетенные в косу волосы и ярко-голубые глаза.