Сдобберг Дина – Хочу тебя вернуть (страница 28)

— Думаю, если бы он знал обо мне, он не стал бы тебя забирать. Тахмировы может не настолько влиятельны и авторитетны, но мою женщину вряд ли кто рискнёт тронуть. — Кивнул Тайгир. — Я это проверять не собираюсь, так что Ксан, охрана будет. Парни постараются не мозолить тебе глаза, но если заметишь, не надо считать, что я тебя как-то ограничиваю. Если бы я сразу приставил к тебе бойцов, всего этого бы не произошло!

Он мгновенно помрачнел, взгляд потемнел…

— Тайгир! Всё это результат вмешательства в чужую жизнь твоего брата, моего отца и результат того, что отец допустил, что его сын, торчок с повёрнутой психикой был на свободе. А не изолирован! — я сжала его лицо в ладонях и заставила смотреть прямо мне в глаза. — И даже не смей думать, что ты в этом виноват!

— Моя Злюка! — с явным усилием улыбается он. — Как не думать? Если это очевидно.

— А зачем мне была нужна охрана? Центр охраняется, а вне центра я была с тобой! Или охранники надёжнее тебя? — делаю удивлённые глаза.

Нет, я не считаю, что именно Тайгир виноват. Его брат? Да. Мой отец? Да! Мразь, которой был его сын? Абсолютно. А вот Тайгира я обвинить не могла. И не хотела.

— Твой отец почти успел, но у его врагов план был сработан лучше. В результате, он отбился, нападавших в этот раз положили. Но и твой отец домой вернулся почти трупом, если бы не препараты, которые силовики из особых подразделений зовут "последний шанс", то и этого не смог бы. — Возвращается он к разговору. — Жаль, что ты просто не видела его лица. Думаю, Кадер прожил бы недолго, если был бы на тот момент жив. Услышав от меня, что ты моя жена, твой отец даже вздохнул с облегчением, понимая, что я смогу защитить и тебя, и твоих родственниц. И не обворую его внука. Поэтому и передал старшинство мне. В его оставшейся семье, я как зять, остался единственным мужчиной. Всё по закону.

— И? — мне хотелось узнать кому, какие роли отведены.

— Чего "и"? — удивился Тайгир, потом как-то странно посмотрел и рассмеялся. — Моя девочка ревнует? Думаешь, у меня теперь гарем из твоих родственниц будет?

— Тахмиров…

— Всё-всё-всё! — поднял он вверх руки. — Нет. Женщина у меня будет одна. Никаких вторых, официальных, неофициальных и любовниц! Но твоя ревность приятна.

— Вижу! Лицо аж светится от самодовольства! — ворчу я, понимая, что на душе становится легче.

Я действительно именно так и подумала, и даже благодарность за помощь не справлялась с моей злостью и подозрениями.

— Фактически, всё, что осталось от семьи твоего отца это две дочери, ты и Фируза, племянница, дочь погибшего брата Лейла, и невестка с сыном. — Перечислил всё ещё улыбающийся Тайгир. — И вот тут вопросов, больше чем ответов. Фируза совсем молоденькая, ей всего восемнадцать. Кроме школы, где она появлялась только сдавать экзамены и дома отца она ничего не видела. Она умеет подслушивать, подглядывать и вести хозяйство дома. Но даже местный городок, для неё это чудо какое-то. Лейла ушла от мужа, кстати, она беременна и сообщать бывшему о ребёнке не собирается. Нужно помочь с разводом, чтобы на неё не давили.

— А могут!? — тут же напряглась я.

Лейлу я запомнила, как ту, что пыталась меня спасти, не смотря на риск связываться с Кадером.

— Её муж взял её в жёны как племянницу влиятельного человека, чтобы укрепить и свое влияние. Твой отец взял Лейлу на воспитание, когда той было девять, а её родители погибли из-за оползня в горах. — Заочно знакомил меня с родственниками Тайгир. — И племянницу не обижал. Она замуж пошла с богатым приданным. Там и квартира, и земля, и много чего, включая сеть автомастерских, которая принадлежала её отцу. Кроме этого у Лейлы, Фирузы и у тебя есть счета, на которые Рахман клал деньги, на которые вы можете жить, не завися от своих мужей. С разводом, всё это придётся вернуть. Вряд ли это будет сделано с радостью. Хуже всего дела у Карима и его матери. Им обоим нужна медицинская помощь. Парню вообще пришлось ключицу заново ломать. Но над ними сейчас там стокилограммовая квочка кудахчет!

— Это ты так про Романа Александровича? — улыбаюсь я.

— Он потерял жену и сына, примерно возраста Карима. Там мерзкая история. — Нахмурился Тайгир. — Может, поэтому он так к мальчику и отнёсся. Ксан, а ты сама хочешь с ними знакомиться? Не потому что надо и деваться некуда. А вот именно ты хочешь знать эту часть своей семьи?

— Всё-то ты понимаешь! — ворчала я, утыкаясь лицом ему в плечо. — Не знаю. Я всегда так открещивалась от отца и всего, что с ним связано… А сейчас… Они-то, получается, меня считают своей, раз Лейла рискнула заступиться. И мне кажется, я слышала их голоса после…

— Да, когда я спустился за тобой, и услышал, что ты меня зовёшь, вся вот эта компания была там. Пытались помочь, чем могли. — Подтвердил мои смутные воспоминания Тайгир.

— Там был какой-то гром, и я почему-то подумала, что это ты пришёл. Вот была уверена. — Улыбнулась я, и тут же желание веселиться пропало. — Но тогда выходит, что и то, что я слышала раньше, тоже правда? Что жена моего отца извела остальных жён и детей?

— Этого мы, к сожалению, не узнаем. Но результат… — пожал плечами Тайгир.

— Но если у отца были такие проблемы, то теперь он всё это, получается, свалил на тебя? — дошла до меня неожиданная мысль.

— Для меня это не такие существенные проблемы. Основным камнем преткновения всех вопросов были земли, принадлежавшие твоему отцу. Но пока там осматриваются Агировы. Кайрат предлагает устроить там курортную зону. — Успокоил меня Тайгир. — Даже те, кто устроил войну с твоим отцом, не потянут сразу противостояние с Тахмировыми и Агировым. За это не переживай.

— А отец…

— Он предложил прикрыть результат нашего визита пожаром. Понимая, что жить ему недолго, он остался на крыльце своего дома, даже когда уже начинался пожар. С вином и фотографиями. — Тайгир показал на нижнюю полку тумбочки. — Это Сабир привёз. Твой отец передал, сказал взамен тех, что забрал у тебя.

— Фотографии? — удивилась я. — Посмотришь со мной?

— Я буду рад. — Он сам принёс фотографии.

Под обложками фотоальбомов меня ждало неожиданное открытие. Десятки и сотни снимков. Мои, мамины, я с мамой, с бабушкой… И к своему удивлению, фотографии я там обнаружила самые ранние.

— Ты чего здесь такая злая? — улыбается Тайгир, рассматривая моё фото в костюме снежинки, где мне года три всего.

— Мама говорила, что меня нарядили снежинкой, а я хотела быть Бабой-Ягой. И злилась. — Вспоминала я мамины рассказы. — У меня вообще любимым героем была Старуха Шапокляк. Осень элегантная и стильная дама! А это что?

Я рассматривала фотографии и смутные, затёртые временем детские воспоминания появлялись в памяти. Мне четыре года, и мы с бабушкой идём в парк аттракционов. Перед входом бабушка просит меня сохранить кое-что в тайне и не рассказывать маме.

— Это будет наш с тобой очень важный секрет! — говорит она, а я киваю.

А за оградой парка нас встречает отец. Ещё молодой, почти как на найденных фотографиях. Я смотрю глянцевые свидетельства его желания быть рядом. Я сижу у него на плече, он на корточках рядом, я у него на руках… Помню злое лицо мамы, едва она обняла меня, когда я и бабушка вернулись домой.

— Чтобы это было в последний раз! Или думаете, я не пойму? Да ребёнок весь пропах его запахом! — странные для меня тогдашней слова.

Как я могла это забыть? Последним было фото с могилы мамы, когда я пришла и увидела там цветы.

— Если отец и так жил с матерью, а не здесь, то почему нельзя было всё так и оставить? Ну, если он не мог развестись? — риторический вопрос. — Объяснил бы… Жили же просто так столько времени! И мама бы может, не заболела.

— Не смогла принять, что где-то живёт женщина, называющая себя женой твоего отца. И не одна. — Сказал Тайгир.

— Мама так больше никого и не приняла, почти не улыбалась. Да она не жила после их разрыва! И он получается… А у меня не было отца! А мог бы быть! Вот такой папа! — ткнула я в фотографию, где прижалась своей щекой к щеке отца. — Два идиота!

Я не выдержала и разревелась. Слова, что говорила мне мама, объясняя свой выбор, звучали в голове. И делали только хуже! Ведь её предсказание сбылось!

Глава 21.

На следующий день, видно решив, что я достаточно пришла в себя, и ещё раз уточнив, точно ли я этого хочу, Тайгир оставил меня в компании моих новых родственников.

Первым в комнату зашёл Карим, никем другим черноволосый мальчишка с любопытными глазами быть не мог. Следом вошли и девушки, назвать их женщинами у меня как-то язык не поворачивался, даже в мыслях. Впрочем, та, что представилась Фирузой, хоть и считалась совершеннолетней, но на самом деле её взгляд мало отличался от взгляда Карима. Ей всё было интересно, для неё жизнь только-только зажигала все свои краски.

Лейлу я узнала, а вот Зульфия была самой настороженной, смотрела с опаской и старалась держаться рядом с сыном.

— Так, раненным полагается удобство и покой! — поманила я к себе Карима, у которого было загипсованное плечо.

— Я не раненный, я немножко заново поломанный! — засмеялся племянник, как я определила мальчугана. — Потом ещё в бандаже буду ходить, а потом придётся плечо разрабатывать.

— Да, и массаж, и растяжка, и руку тренировать. Зачем ломали? — уточнила я.

— А там раньше уже всё было сломано, и не правильно срослось. — Тут же поделился Карим. — Рома сказал, что он очень аккуратно сломал, и на место поставил. Теперь гемора потом не вылезет.