Schonsten A. – Зеленая равнина (страница 28)

Он крутился, пинался, приподнялся и холодными немеющими пальцами разжал руку, сжимающую его за лодыжку. Движение прекратилось и Влад бессильно рухнул в грязь. Повернул голову – вдалеке веселыми огнями мигал город. Влад застонал и попробовал перевернуться на бок. Не смог – грязь буквально обнимала его, топя его все глубже и глубже. Дышать стало сложнее.

– Пусти, – заорал Влад, и тут его дернули.

Подняли ногами вверх, раскрутили, и тут Влад вскочил. Секунду простоял, оглядывая темный зал магазина.

Тут же рухнул обратно на холодный и твердый пол, застонал и попытался сесть. Сознание плыло, белый свет все еще раздражал глаза, одновременно болью выкручивало тело и возвращало в реальность.

– Сон, – вместо своих слов Влад слышал тяжелые хрипы.

– Тихо, ты чего? – раздался встревоженный голос рядом Георгия Олеговича, – чего вскочил?

Влад оперся на руку Георгия Олеговича и наконец сел. Зашипел от боли и стал заваливаться на бок.

– Что случилось? – с другой стороны появился Дима и Влад завалился на него, – эй, Влад, давай это, не помирай, не пугай нас, давай, давай.

Дима приподнял Влада и попытался усадить, но тело Влада не слушалось.

– Что делать? – Дима сорвался на крик, – чего ты копаешься там?

– Сади аккуратно, – Георгий Олегович перестал возиться за спиной Влада и помог уложить хрипевшего Влада на сложенные подушки, – вот так, нормально.

Георгий Олегович отпустил руку Влада на пол и сел рядом.

– Посмотри, чего в сумках есть, – попросил он Диму, – любые лекарства принеси, ему надо температуру сбить.

Дима встал и медленно пошел в сторону подсобки.

– Ватные диски и водку принеси, если лекарства не найдешь, – крикнул ему вслед Георгий Олегович, трогая мокрый лоб Влада.

– Голову еще разбил, дурак, – Георгий Олегович вытер кровь с ладони и пошел за перекисью.

Влад прикрыл глаза. Лицо тронуло прохладой – это вернулся Георгий Олегович.

В подсобке шумел Дима – он принес пакетик шипучего аспирина и тромбоасс.

– Это убери, – Георгий Олегович вытер салфеткой лицо Влада и протянул тромбоасс обратно, – на кассу положи.

Дима молча отнес таблетки и сел около кассы.

– Он умрет? – Георгий Олегович поднял голову и Дима повторил, – он умрет?

Георгий Олегович пожал плечами и посмотрел на стакан с водой.

– Сейчас шипение пройдет и можно пить, – Георгий Олегович поболтал стаканом и сел удобнее, – надо выпить, давай.

Он приподнял рукой голову застонавшего Влада и попытался его напоить.

– Давай, Влад, пей, – Георгий Олегович смотрел прямо в мутные глаза Влада, – пей, говорю.

Дима отвернулся к окну. Всхрипы Влада перешли в бульканье, стихли и слышалось только тяжелое дыхание.

– Внутри, видимо, что-то отбили, – раздался тихий стук – Георгий Олегович задел ногой бутылку и она упала.

Воздух за окном медленно дрожал, искажая темные стволы деревьев и брошенных машин.

– Никого, – подумал Дима, обсматривая улицу, – могли бы и уйти по темноте. Если…

Тут Дима обернулся и пожал плечами.

– Что с ним? – спросил он Георгия Олеговича.

Георгий Олегович промолчал.

– Понятно, – Дима встал и походил перед окном.

– Слушайте, – наконец кивнул Дима в сторону окна, – там никого нет.

Георгий Олегович поднялся.

– Сами посмотрите, – Дима подождал, пока Георгий Олегович подойдет к окну, – видите?

Георгий Олегович кивнул.

– Он же не жилец? – Дима почему-то перешел на шепот, – он же не жилец, верно?

Георгий Олегович кивнул еще раз.

– Вы его знаете? – и Георгий Олегович помотал головой, – я тоже нет. А я его видел вначале, он женщину пытался задушить. Я сам видел. Утром.

Георгий Олегович посмотрел на лежащего Влада и снова повернулся к окну.

– Можем аккуратно выйти, дойти до людей и позвать помощь, – Дима еще раз посмотрел в сторону окна, – он же все равно умрет, верно? Пока никого нет, мы же можем уйти.

Георгий Олегович продолжал молча смотреть в окно.

– Георгий Олегович, – Дима посмотрел на лежащего Влада, постоял, слушая его прерываемое тяжелыми стонами дыхание, – надо уходить.

– Давай его хотя бы в подсобку перетащим, – наконец сказал Георгий Олегович, поворачиваясь к Диме, – и поесть на дорогу что-нибудь возьмем.

Дима кивнул и они одновременно шагнули вперед, к лежащему на полу Владу.

Третий дом.

– Ты чего там усмотрел? – Саня растер ногу и снял ботинок, Валерий Иванович обернулся, – ноги сводит, давно по лестницам не бегал.

– Они здесь, – Валерий Иванович кивнул в сторону двери и отошел, Саня торопливо надевал ботинок обратно, – да он просто стоит и смотрит.

Саня встал и подошел к двери.

– Мда, – сказал он через минуту, – интересно, он один?

Валерий Иванович пожал плечами и достал сигарету, протянул ее Сане.

– Вот с сигами проблема будет, – Саня затянулся и медленно выпустил дым в сторону двери, – есть мысли какие?

– У меня несколько коробок есть, – Валерий Иванович прошелся около двери и посмотрел снова в окно – человек стоял также неподвижно.

– Мысли такие, – Валерий Иванович отвернулся и стряхнул пепел, – две мысли.

– Коробки в смысле пачки, – перебил его Саня, – извини, перебил.

– Нет, коробки в смысле блоками сигареты лежат, – Валерий Иванович кивнул.

– По случаю достал, – он нахмурился и добавил, – шесть коробок.

Саня хмыкнул.

– Первое, – Валерий Иванович загнул один палец, – утром все решится или мы проснемся и это сон.

Саня хмыкнул еще раз и сплюнул на пол. Валерий Иванович усмехнулся.

– Оптимизм никогда не мешает, – чуть с ехидцей уточнил Валерий Иванович, – и второе.

Он затянулся и замолчал, рассматривая железную дверь подъезда.

– Второе, – повторил Валерий Иванович лениво, – мы попали в жопу.

Саня засмеялся.