Сборник – Восемь лучших пьес «ЛитоДрамы-2019 (страница 7)

ВИКА. Ну, куда, это тебе виднее. А опаздывать на работу нечего. Богданов велел, чтобы ты написал объяснительную.

МАКСИМ. Нормальное кино! Торчать допоздна, пока не отпишешься, или там в субботу на репортаж – это милости просим. А как на двадцать минут опоздал из-за пробки, так сразу объясняйся. Он же еще и премию урежет.

ВИКА. Ну почему урежет… Просто лишит.

МАКСИМ. Добрая ты.

ВИКА. Какая есть. Пиши, пиши. Совсем разболтались, пока Игоря Ивановича нет.

МАКСИМ. А он когда выходит?

ВИКА. В понедельник. А объяснительную ты напишешь сегодня. Так что заступиться некому.

МАКСИМ. Я что, один опаздываю, что ли?

ВИКА. Не волнуйся. Еще двое пишут.

МАКСИМ. Ирка тоже?

ВИКА. Насчет Ирки указаний не было.

МАКСИМ. Да она вчера на полчаса позже приехала.

ВИКА. Ты за нее не переживай. Ты за себя переживай.

МАКСИМ. Понятно. Я же каждый день с начальством кофеем не балуюсь.

ВИКА. Ну да. Бюстом не вышел.

МАКСИМ. При чем тут бюст?

ВИКА. С трех раз угадай.

МАКСИМ. (После паузы.) Так ты думаешь, что он…

ВИКА. (Пожимая плечами.) Я думаю, что у главного правильная ориентация.

МАКСИМ. Да что ты все намеки намекаешь!.. Ты прямо скажи.

ВИКА. Тебе, Макс, в отпуск пора. Заработался и простых вещей не видишь. Глаз он на нее положил, чего тут не понять?

МАКСИМ. (После паузы.) А она?

ВИКА. Врать не буду, не знаю. Но, если откажется, будет полная дура. Мужик не старый, внешность в порядке, с деньгами, с положением. А она не замужем.

МАКСИМ. Но он-то женат.

ВИКА. Когда и кому это мешало? Тут другая тема есть: как Игорь Иванович отреагирует.

МАКСИМ. А при чем тут Игорь Иванович?

ВИКА. Да все при том же.

МАКСИМ. (После паузы.) Тормози, маманя. Что-то у тебя нынче креатив зашкаливает. Ты хочешь сказать, что она ему… нравится?

ВИКА. Макс! Научно доказано, что мужик дальше своего носа не видит. А женщина видит все. У него же при ней глаза загораются, я давно заметила.

МАКСИМ. Да он ей в дедушки годится!

ВИКА. Не в дедушки, а в отцы. И что с того? Это человек, мужчина. На нем вся редакция держится. А что в годах, так седина бобра не портит.

МАКСИМ. Чушь какая-то. У него и сил уже ни на что нету.

ВИКА. Ну, ты его силы не считал. А хоть бы и так… Где сил не хватает, там опытом берут. И женщина в порядке, ясно тебе? А если ясно, пиши объяснительную и тащи ко мне в приемную. Да не тяни.

Уходит. Коняхин встает, начинает бродить по комнате взад-вперед, сжав кулаки.

МАКСИМ. Вот, значит, как, Игорь Иванович. Вот, значит, как… Вот, значит, почему вы ее всегда в пример… А она? Да нет, быть не может. Скорей уж Богданов. А почему тогда она вечно за Денисова заступается? Все равно ерунда. Не дура же она, в конце концов, чтобы на старика запасть… Или все-таки дура? А я уж точно дурак. В кино звал, в кафе… Радовался, когда она со своим блогером разбежалась… А получается, что хоть молодой, хоть старый, ловить все равно нечего…

Входит Денисов.

МАКСИМ. (Хмуро.) А, Игорь Иванович. Здрасте. Мы вас в понедельник ждали.

ДЕНИСОВ. Максим, приветствую. Правильно, что в понедельник. Я, в общем, на минуту. Бумаги кое-какие в столе забыл. Не до них было.

Подходит к своему столу, достает какие-то бумаги, прячет в наплечную сумку.

ДЕНИСОВ. Как вы тут?

МАКСИМ. Да все как обычно. Помаленьку.

ДЕНИСОВ. Ирина справляется?

МАКСИМ. Да вроде… Главное – Богданов хвалит. Мол, с обязанностями освоилась, готовый заместитель… При всех говорит. (Пауза.) Смотрите, Игорь Иванович, пока вы за свой счет взяли и за супругой ухаживаете – подсидит, и глазом моргнуть не успеете. Такой палец в рот не клади. Извините, конечно, может, это не мое дело, но я просто хочу предупредить.

ДЕНИСОВ. (Холодно.) С чего вдруг такая забота?

МАКСИМ. А из уважения.

ДЕНИСОВ. Странно. После того как я забраковал десятки ваших материалов, вы меня уважаете?

МАКСИМ. Так то вы. У вас авторитет, опыт, имя. Значит, право имеете. А когда Ирка начинает редактировать меня, Вальку Логунова, Женьку Митина… Она кто такая вообще? Ну кто? Такая же, как мы. Просто понравилась главному и теперь корчит из себя крутого журналиста, выслуживается.

ДЕНИСОВ. Глупости говорите, Максим. В вашем возрасте пора бы усвоить, что зависть есть выражение комплекса неполноценности. Так что не комплексуйте. А Ирина – человек способный. И, если уж на то пошло, в какой-то момент вполне может меня заменить.

МАКСИМ. Момент, Игорь Иванович, может наступить быстрее, чем вы думаете.

ДЕНИСОВ. М-да… Вот не знал, что вы такой поклонник классики.

МАКСИМ. При чем тут классика?

ДЕНИСОВ. В «Горе от ума» что сказано? «Ах, злые языки страшнее пистолетов». Прямо по Грибоедову шпарите… Не надо, Максим. Злословие не почтенно.

МАКСИМ. Да я, собственно, хотел предупредить из уважения. А там дело ваше.

ДЕНИСОВ. Душевно тронут… Кстати, а где Ирина?

МАКСИМ. Откуда я знаю? Должно быть, у Богданова торчит. Она от него теперь не вылезает.

ДЕНИСОВ. (После паузы.) Ну ладно. Привет передавайте.

Уходит. Максим пристально смотрит ему вслед.

МАКСИМ. Извините, Игорь Иванович, не порадовал. Но вы сами виноваты. Воспитали талант на свою голову, преемницу на груди пригрели. Да еще симпатией прониклись. О душе пора подумать, а туда же… Вот она вас теперь и отблагодарит – и служебно, и по-женски. А вы на что надеялись? У главного и бумажник толще, и постель мягче… И я, дурак, на что-то рассчитывал… Ну ладно, Ириша. Еще не вечер. Я тебе привет от Денисова передам. Я тебе так передам…

Входит Ирина.

ИРИНА. Привет, Макс.

МАКСИМ. Привет.

ИРИНА. Ты репортаж с конкурса мне сбросил?

МАКСИМ. Пока нет. Пишу.

ИРИНА. А чего тянешь? Давай быстрей. Мне его еще обрабатывать.

МАКСИМ. Занят был. Приходил Денисов, общались.