Сборник – Нефритовая Гуаньинь (страница 7)

Но положение переменилось: над императорским домом нависла угроза гибели, многие чиновники попали в тюрьму, Ян гуйфэй была удавлена. Поднебесную наводнили солдаты, бедствия завладели страной. И все эти несчастья пошли от гочжуна.

В заключение скажем.

Правила поведения призваны провести границы меж благородными и подлыми, внести порядок в дела семьи и государства. Если государь не исполняет своих обязанностей владыки, как может он управлять государством? Если отец не исполняет своих обязанностей родителя, как может он поддерживать порядок в своем доме? Достаточно одной-единственной ошибки, чтобы погубить все. Ошибка танского Мин-хуана покрыла позором Поднебесную, и потому вина за мятеж Ань Лу-шаня лежит на трех людях.

Я составил это частное жизнеописание Ян гуйфэй не только ради того, чтобы рассказать ее историю, но и чтобы охранить трон от несчастий и бед.

Чжан Ши

Красный лист

Жил во времена танского императора Си-цзуна конфуцианец по имени Юй Ю. Как-то к вечеру прогуливался он под стенами Запретного города. Была та пора года, когда все никнет и осыпается и дует печальный ветер – предвестник зимы. Солнце клонилось к западу, душа Юя была в смятении. Он провожал взглядом палые листья, которые плыли чередою по Императорскому каналу. Юй приблизился к воде, чтобы омыть руки.

Прошло много времени, и вдруг появился лист, много больший против других. Юй заметил его издалека, и ему показалось, что на листе что-то написано тушью. Лист уже уплывал, и нитью тянулись за ним смутные невысказанные желания Юя. Юй Ю выловил лист и разглядел на нем такое четверостишье:

Куда уносится поток? Дни во дворце глухом пусты. Плыви, багряный мой листок, На вольный мир взгляни хоть ты.

Юй Ю унес лист с собою и убрал в ящик с книгами. Целыми днями он читал вслух эти стихи, восхищаясь свежестью и красотой чувства, но не зная, кто сочинил их и записал на листе. После долгих раздумий он решил так: раз воды Императорского канала текут дворцовою усадьбою, стало быть, стихи, скорее всего, написаны рукою какой-нибудь из придворных красавиц. Юй очень дорожил своим листом, часто толковал о нем с людьми, сведущими и любознательными.

Юй Ю беспрестанно размышлял о своей находке, и эти мысли поглощали все силы его души.

Однажды его повстречал приятель и спросил:

– Почему ты так исхудал? Конечно, не без причины! Расскажи мне, в чем дело.

– Вот уже несколько месяцев, – отвечал Юй Ю, – как я потерял сон и аппетит.

И он рассказал приятелю про красный лист.

Приятель расхохотался:

– Ах, какая глупость! Ведь стихи писаны не тебе. Ты нашел этот лист случайно – зачем же так убиваться? Вдобавок, сколько ты ни страдай, девушка укрыта в глубине императорского дворца. Будь у тебя даже крылья, ты бы все равно не осмелился туда залететь. Неразумие твое поистине смешно!

На это Юй Ю отвечал так:

– Небо хоть и высоко, но услышит меня. Если человек жаждет чего-то, Небо непременно исполнит его желание. Я слыхал о том, как Ван Сянь-кэ, увидев однажды У-шуан, добился своего с помощью хитроумного замысла почтенного Гу. Но если твердости нет, на успех надеяться нечего.

Итак, Юй Ю не расстался со своими любовными мечтаниями. На другом красном листе он написал:

Мне поведал листок о глубокой печали… Но кому же стихи на листке вы писали?

Написав, Юй опустил лист в воду Императорского канала выше по течению, в надежде, что оно принесет его строки во дворец. Узнав о его поступке, друзья посмеялись. Нашелся, однако, человек, который счел поступок Юй Ю весьма разумным, а другой даже посвятил ему двустишье, гласившее:

Потому-то печаль и смогла из дворца просочиться, Что монаршая милость воде дозволяет струиться.

Впоследствии Юй Ю несколько раз сдавал экзамены, но всякий раз – без успеха. Устав от тщетных попыток, он поступил домашним учителем к одному знатному человеку из Хэчжуна, по имени Хань Юн. Денег и шелка, которые он получал, едва доставало на жизнь, но об императорской службе Юй Ю больше не помышлял.

Прошло много времени, и вот однажды Хань Юн призвал Юй Ю и сказал:

– Больше тридцати дворцовых прислужниц навлекли на себя немилость императора, и в наказание каждой надлежит выйти замуж за простолюдина. Одна из них, госпожа Хань, – из нашего рода. Она провела во дворце много лет и вот теперь поселилась у меня в доме. Вы до сих пор не женаты, а ведь пора расцвета уже миновала. Ничего вы не достигли, живете бобылем. Очень мне вас жалко! В сундуках же госпожи Хань не менее тысячи связок монет. Она хорошего происхождения, пригожа лицом и станом, ей тридцать лет. Что, если я вас сосватаю?

Юй Ю почтительно отвечал:

– Что может сказать на это бедный и усталый книжник, живущий милостями знатного дома? Днем я сыт, ночью в тепле, и все – благодаря вашей доброте. К сожалению, я нищ, я не могу помыслить о том, чтобы как-то вас отблагодарить, и оттого с утра до вечера пребываю в стыде и трепете, не знаю, что делать. Смею ли я надеяться на что-либо подобное?

Хань Юн приказал слуге уведомить сваху, и с его помощью Юй Ю поднес семье невесты ягненка и гуся. Были исполнены все шесть брачных обрядов, и жених с невестой в радости соединились.

В вечер счастливого дня Юй Ю был необычайно весел. На следующий день он убедился, что его жена, госпожа Хань, имеет множество нарядов, да и лицом и станом хороша на редкость. Ни на что подобное он и надеяться не смел и потому решил, что по ошибке попал к Источнику бессмертных. Душа так и рвалась наружу!

Как-то Хань увидела в ящике с книгами красный лист и изумилась:

– Эти стихи написала я. Как они оказались у вас, мой господин?

Юй Ю рассказал ей, как это произошло.

Жена сказала:

– Я тоже вынула из воды красный лист со стихами. Но я и теперь не знаю, кто их сочинил.

С этими словами она открыла свой ящик и достала лист. Это были стихи, написанные Юй Ю.

Взглянув друг на друга, они вздохнули от удивления и, растроганные, долго плакали. Потом сказали:

– Случайность ли это? Нет, все было предопределено заранее!

Затем Хань сказала Юй Ю:

– Найдя ваш лист, я написала еще одно стихотворение и до сих нор храню его в своем сундуке.

С этими словами она достала стихотворение и показала Юй Ю. Оно гласило:

На берегу стояла одиноко, Как вдруг листок увидела в волне. Кто понял мои чувства столь глубоко, Стихами душу растревожил мне?

Никто из тех, кто слышал эту историю, не мог удержать вздоха величайшего удивления.

Однажды Хань Юн устроил пир и пригласил Юй Ю с женою. За пиром он сказал:

– Сегодня вы оба должны поблагодарить свою сваху.

Хань в ответ улыбнулась:

– Нас с Юй Ю соединило Небо, а не старания свахи.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Хань Юн. Вместо ответа Хань взяла кисточку и тут же написала такое стихотворение:

Строки чудных стихов приносило бегущей водой, Чувства нежные зрели в душе, глубоки и чисты. Мы узнали теперь, когда любящей стали четой, Что нам добрыми сватами красные были листы.

Хань Юн сказал:

– Теперь я понял, что все, происходящее в мире, – не случайно.

Когда Си-цзун прибыл в область Шу, Хань Юн поручил заботам Юя своих домочадцев, которые вышли встречать императора.

По праву дворцовой прислужницы Хань удостоилась лицезреть императора и поведала ему историю своего брака. Си-цзун сказал:

– Я слышал об этом. – И, призвав Юй Ю, заметил, смеясь: – Оказывается, вы давний знакомец нашего дома.

Юй Ю почтительно склонился в поклоне, моля о прощении.