Сборник – Модель Ньюфелда в детских садах (страница 3)
Встречаем шаббат: по очереди мамы и папы разных ребят в группе приносят сладкий хлеб и освященный напиток; взрослые всем раздают хлеб и печенье, потом все танцуют, делятся сладостями.
Некоторые праздники проходят без родителей, но дети обязательно приходят нарядными. Мы все вместе печем пирог или булочки, дети помогают в этом воспитателю.
3. Какими способами воспитатели детям помогают распознавать и выражать эмоции фрустрации, тревоги, стремления к контакту и близости?
У нас в садике воспитываются дети до трех лет. Малышам бывает непросто адаптироваться к новой обстановке. Поэтому, если ребенок плачет, мы проговариваем его чувства, и родителям тоже мягко советуем так поступать. Если слезы текут оттого, что родители ушли, то мы говорим: да, я понимаю, тебе грустно, но мама и папа обязательно придут после того, как ты поешь и поспишь. В это время можно взять его на руки, обнять, поговорить, а когда ребенок успокаивается, то переключить его внимание на что-то другое.
Бывает, что дети ссорятся – кусаются, толкаются и т. д. Тогда мы даем игрушки, которые можно толкать, а если кто-то задел другого, мы проговариваем, что ему больно, убеждаем не поступать так. Но никаких наказаний, криков.
Когда новый ребенок приходит в группу в течение года, мы придумываем сказку, как он пришел в садик, знакомим с детьми.
Светлана Боброва
Наш сад находится в Колорадо, США. Это небольшой частный сад. У нас 2 группы – младшая (от года до 2,5 лет) и старшая (2,5–5). Я работаю в старшей группе. Сад билингвальный.
1. Как в вашем садике воспитатели поддерживают привязанность детей к родителям?
Я бы назвала главным способом поддержания привязанности детей к родителям не какие-то особые меры (хотя мы используем фотографии, например), а поддержание незримого присутствия родителей в саду. Я помню, когда мои дети ходили в детский сад, воспитатели не любили, если они вспоминали о родителях, старались отвлечь от этих мыслей. Я же стараюсь делать наоборот. Если кто-то из детей спрашивает, к примеру, «Когда моя мама придет?» – то мы можем перечислить события, которые остались до прихода мамы (сейчас мы гуляем, потом делаем бабочку, потом обедаем, спим – и мама придет).
Еще мы можем погрустить. Дети знают, что можно подойти ко мне и сказать, что они скучают по маме. Тогда мы вместе грустим. Если позволяет время, то грустим с разговорами про маму (что будет, когда мама придет, как она обнимет ребенка, как обрадуется и т. п.), если времени нет (группа чем-то занята), то я могу просто приобнять ребенка, немного посочувствовать ему. Иногда, когда ребенок сильно скучает (и бывает цепная реакция «ой, и я хочу к маме», «и я»), мы рисуем картинки или делаем открытки для мам и пап.
Еще я всегда рада отправить родителям СМС от имени ребенка. Могу дать свой телефон, чтобы он сфотографировал что-то для него важное (например, найденного червяка или необычный листочек, или свой рисунок), тут же отправляю фото родителям и обязательно пересказываю или зачитываю ребенку ответные сообщения.
Я была бы рада, если бы каждый ребенок в саду имел возможность хранить фотографию близких людей. Но эта идея не близка родителям почему-то. У нас был один чувствительный трехлетний мальчик, которому было сложно адаптироваться. Прошло несколько недель, пока родители все же откликнулись на мою просьбу и принесли фотографию мамы. Первые дни он просто постоянно ходил с этим «портретом», как он называл фото. Потом стал забывать о нем на какое-то время («Ой, где мой портрет?» – слышали мы периодически). Затем в течение пары месяцев он брал этот портрет только на время сна. А затем настало время, когда малыш пришел в сад с мягкой игрушкой для сна. А портрет остался лежать у меня на столе.
Второй случай – девочка двух с половиной лет, которая уже хорошо ходила в сад, после долгого перерыва снова начала плакать в течение дня. После того как она смогла «держаться» за фото, уже через неделю оно ей стало не нужно.
2. Как поддерживается привязанность к садику?
Мне кажется, привязанность к саду формируется через создание безопасной, принимающей, интересной атмосферы.
Наши дети не боятся, что на них могут накричать или будут угрожать наказанием. Они обращаются к нам за помощью и уверены, что обязательно ее получат.
Мы стараемся формировать как групповую общность («мы так не делаем», «у нас принято так», «мы помогаем друг другу»), так и создаем индивидуальные отношения с каждым ребенком. Обычно мы знаем, что дети любят и не любят, знаем, что происходит в семье, так что всегда можем поддержать разговор о важных для ребенка вещах. Очень важно поддерживать связь с каждым ребенком в течение дня, «замечать» его не только в случае плохого поведения или особых достижений, но и во время, казалось бы, незаметной и не очень важной активности.
Особых ритуалов у нас нет. Разве что мы обязательно по утрам приветствуем каждого ребенка, обязательно прощаемся с каждым в конце дня. Ну и сам постоянный режим дня способствует созданию предсказуемой и безопасной для детей обстановки.
У нас создан особый порядок празднования дней рождения – с особой «деньрожденной» общей игрой, традиционным хороводом «Каравай-каравай», угощением, пожеланиями и подарком.
3. Какими способами воспитатели детям помогают распознавать и выражать эмоции фрустрации, тревоги, стремления к контакту и близости?
Здесь многое зависит от возраста детей. Со старшими можно довольно продуктивно проговорить о том, что происходит, почему и как можно поступить в сложной ситуации. А малышам важно помочь проживать фрустрацию. Это заключается главным образом в том, что мы проговариваем происходящее, называем эмоции, сочувствуем, даем ребенку прожить эти эмоции.
В случае признаков повышенной тревожности лучше всего работает поддержание контакта и близости: больше внимания, разговоров (в том числе о семье) и игр с этим ребенком. Во многих случаях хорошо работает физический контакт: ребенок чувствует защиту и расслабляется рядом с воспитателем.
Стремление к контакту и близости у наших детей в саду проявляется, как правило, двумя способами: стремлением к физическому контакту (сидеть рядом с воспитателем или на коленях) и желанием поделиться важным – умениями, играми, переживаниями.
В целом я для себя вывела такие этапы привыкания ребенка к саду и ко мне как воспитателю:
• он позволяет мне сопровождать основные этапы его садовской жизни (мытье рук, кормление, помощь в туалете, одевание на прогулку, укладывание);
• начинает обращаться ко мне за помощью сам: может пожаловаться на другого, попросить определенную игрушку или книжку, попросить помощи в туалете, спросить о том, когда придут родители;
• он готов делиться своей радостью и достижениями. Это для меня знак, что контакт установлен и в саду ребенку хорошо.
Елена Функнер
Группа короткого пребывания – 3 дня в неделю по 2–3 часа. Туда часто приводят детей перед садиком. У нас 16 детей от 2 до 4 лет, два преподавателя и один ассистент. Это частная структура.
1. Как вы поддерживаете привязанность детей к родителям?
Родители остаются в группе столько, сколько требуется ребенку. У нас есть большая игровая площадка, на которой можно поиграть, а потом попрощаться с детьми. Мы просим родителей не исчезать внезапно, не прощаясь с ребенком. Если же такая адаптация затягивается, мы предлагаем родителям взвесить, стоит ли им сейчас отдавать ребенка в садик.
В период привыкания дети обязательно передаются в руки воспитателю. Мы просим принести фото мамы или папы, оно есть в рюкзачке или в ящичке у ребенка. Кто-то приносит медальон, свою любимую игрушку или вещь мамы. Мы это обговариваем с родителями.
Мы звоним родителям, когда нет возможности утешить ребенка. У нас интернациональный садик, и многие дети могут не говорить на английском или немецком. Мы просим родителей составить список с фразами, которые можно сказать ребенку на его родном языке: «Мама скоро придет», «Мама скоро будет».
2. Как поддерживается привязанность к садику?
У нас создан общий чат с родителями, куда мы отправляем фото. Раз в месяц мы организуем совместные походы в зоопарк, музей, библиотеку. Раз в 2–3 месяца проводим совместное чаепитие с родителями, плюс праздники – песенки поем вместе с родителями и детьми.
Раньше во время обеда мы бегали вокруг детей, помогали есть, но со временем поняли, что они лучше едят, когда мы сидим за столом вместе с ними.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.