Сборник Статей – «Долгий XIX век» в истории Беларуси и Восточной Европы. Исследования по Новой и Новейшей истории (страница 3)
В статье С.В. Меньчени «Культура потребления алкогольных напитков и восприятие идеи трезвости в белорусских губерниях в условиях “винной” монополии и “принудительной трезвости” (1897–1917)» анализируются последствия распространения на территории белорусских губерний государственной «винной» монополии, которая повлекла за собой коренные изменения в системе продажи и, соответственно, потребления водки. Автор отмечает, что данные изменения привели к распространению уличного пьянства, а также создания системы притонов, осуществлявших нелегальную продажу алкоголя или предоставлявших возможность его распития. Вместе с тем уровень потребления алкоголя на территории белорусских губерний был ниже, чем в среднем по империи. Что касается сельской местности, то употребление алкоголя здесь носило «ритуальный» характер и было связано с коммуникативными практиками, народными праздниками и обрядностью. Автор отмечает, что такой подход не содействовал распространению идеи полного отказа от алкогольных напитков, что отразилось на незначительном числе участников официальных обществ трезвости в Беларуси.
В статье Т.В. Воронин «“Цемнякі”, “брухарэзы” и “наша паліцыя” – правонарушения на страницах газеты “Наша Нива” (1906–1915 гг.)» автор на основе контент-анализа содержания газеты анализирует материалы, в которых отражаются криминальные события и проблема осознания причин правонарушений на территории Беларуси. В «Нашей Ниве» широко рассматривались такие вопросы, как нелегальная эмиграция, противоправные действия полиции, проституция, убийства новорожденных, уход и воспитание детей. Отдельно в газете выделялась проблема сельской преступности, характерной для традиционного крестьянского общества. Автор отмечает, что широкое распространение правонарушений было обусловлено целым рядом социально-экономических, культурных, национальных и других причин, таких как пьянство, так называемая «темнота народа», негативное влияние города на деревню и т. д. Автор отмечает, что свои задачи «Наша Нива» видела в культурно-просветительской и воспитательной деятельности по борьбе с правонарушениями.
Раздел «Военный фактор в истории западного региона Российской империи: Первая мировая война» открывает статья И.Р. Чикаловой «События Первой мировой войны на территории белорусских губерний в свете публикаций военного и межвоенного времени», в которой автор показывает, что первые публикации, в которых затрагивались события Первой мировой войны на территории Беларуси, появились уже в ходе военных событий, и что важнейшим этапом в ее научном осмыслении стали межвоенные годы. В массиве литературы этого периода нашлось место и для Беларуси, хотя и недостаточное на фоне тех разрушительных последствий, которые принесла ей война.
В статье А.Б. Арлукевича раскрывается процесс формирования устойчивого контингента вооруженных сил Российской империи на территории белорусских губерний в 1880–1914 гг. Армейские части дислоцировались с учетом возможного военного конфликта на западных границах империи, в первую очередь, в рамках противостояния с австро-германским блоком, отношения с которым обострились в преддверии Первой мировой войны. В исследовании пределены состав и общая численность соединений российской армии в Беларуси. Автор установил наиболее значимые факторы, определившие схему дислокации и точки сосредоточения воинских частей и подразделений в границах белорусских губерний.
Процесс проведения мобилизации на территории белорусских губерний и отношение к ней местного населения в годы Первой мировой войны рассматривается в статье «Мобилизационные мероприятия и отношение к ним населения белорусских губерний в годы Первой мировой войны» В.М. Хаданёнка. Автор анализирует нормативно-правовую базу и причины её игнорирования при проведении мобилизации, рассматривает вопросы, связанные с приёмом на воинскую службу добровольцев. Отдельное внимание автор уделяет «кадровому голоду» в разных сферах государственного управления и социально-экономического организма, а также тем категориям населения, которые получили отсрочку от призыва, обозначает проблемы, которые возникли перед руководством мобилизационных пунктов.
В своей статье О.В. Волкова анализирует два основных направления привлечения немецкими оккупационными властями гражданского населения Беларуси к принудительному труду: это вывоз населения для работы в Германию и использование трудовых ресурсов на местах. Автор отмечает, что на оккупированных территориях, в частности, в зоне Обер-Ост, считалось экономически целесообразным использование труда гражданского населения на месте, на военных объектах, в сельском хозяйстве, лесозаготовках, особенно в Беловежской пуще, и на благоустройстве городов. В рассматриваемый период (с начала оккупации в октябре 1915 г. и по февраль 1918 г.) вербовка для отправки на работу в Германию не получила широкого распространения, но в 1916–1917 гг. на оккупированных территориях создавались гражданские рабочие батальоны из местного мужского населения, в отношении их регулировались условия проживания, питания, заработной платы. Тем не менее, привлечение населения оккупированных территорий к принудительным работам вело к значительному ухудшению его положения.
Культурно-образовательную активность национальных общностей Беларуси в годы Первой мировой войны рассматривает О.П. Дмитриева. Автор отмечает, что осуществлялась она в крайне сложных условиях и демонстрирует особенности культурной жизни многонационального населения Беларуси как в неоккупированном регионе, так и в зоне действия оккупационного режима.
В статье С.И. Никоновой «Русская армия в зеркале событий Великой российской революции 1917 года» показана сложная и противоречивая обстановка в частях действующей армии в революционном 1917 г. Использованный автором круг источников позволяет составить представление об эволюции революционных настроений в действующей армии на материалах дивизий Юго-Западного фронта. Автор привлекает внимание к процессам трансформации характера личностных отношений между командным составом и нижними чинами в 1917 г. В главе показано, что в условиях Великой русской революции трансформируется сознание не только солдат, но и офицерского корпуса, революционизирующегося под влиянием событий, а также пропагандистской работы радикальных партий. Эти процессы существенно влияли на ситуацию на российско-германском фронте.
Основной целью данного сборника является анализ особенностей исторической динамики «белорусского XIX века» (по аналогии с представлением специфики «русского XIX века» в сборнике, вышедшем в 2013 г. по итогам конференции «Наш XIX век»[6]). Безусловно, этот сложный временной период не рассматривается в белорусской историографии как «золотой век» или «наш век», однако процессы модернизации всех сфер деятельности в регионе имели результатом появление новой субъектности на западной окраине империи.
Истории Беларуси и Восточной Европы в нарративах эпохи «долгого XIX века»: источники и историография
Публикации российских исторических журналов второй половины XIX – начала XX века как источники по белорусской истории
Российская историческая периодика второй половины XIX – начала XX в. представляет собой огромный комплекс публикаций различных жанров и видов, который в полной мере еще не освоен исследователями. На страницах исторических журналов сообщалось о результатах работы академических ученых, архивистов, археографов, краеведов и публицистов. Тут же печатались письма читателей, критические заметки, велась научная полемика. В периодике, как в фокусе, собиралась самая актуальная информация о текущем состоянии исторической науки. Региональная история среди общероссийской проблематики представлена в этих изданиях фрагментарно, но при этом очень разнопланово в виде публикаций документальных и нарративных источников, а также источников историографических. Заметная часть журнальных статей региональной направленности касается белорусской этнографии, краеведения, освещения событий общественно-политической и конфессиональной истории белорусско-литовских губерний. Изучение всех этих материалов имеет актуальное значение для расширения Источниковой базы отечественной истории. Оно также помогает уяснить тот историографический контекст, в условиях которого становилось и развивалось белорусоведение в России. И наконец, рассмотрение журнальных публикаций по белорусской проблематике дает возможность представить, в каком виде и в каком объеме знакомились читатели столичных российских журналов с белорусской историей и культурой.
На первом месте по степени популярности у читателей среди изданий российской исторической периодики находились историко-литературные журналы. Их отличительной чертой было печатание не только материалов по военной, гражданской или церковной истории, но также истории русской литературы. Это сочетание истории и литературы отражалось в подписи под названием на их титульной странице. Большинство таких журналов выходило в Санкт-Петербурге и Москве. Во второй половине XIX – начале XX в. их число доходило до 17, а период существования отдельных изданий длился от нескольких месяцев, до нескольких десятилетий[7]. Материалы, посвященные белорусской тематике, представлены в столичных историко-литературных журналах в разной мере. Если исключить такое издание как «Киевская старина» (журнал выходил не в столице Российской империи, а в одном из ее регионов), то публикации белорусской направленности обнаруживаются на страницах следующих столичных журналов: «Русский архив», «Русская старина», «Древняя и Новая Россия», «Исторический вестник», «Вестник всемирной истории», «Всемирный вестник», «Былое», «Минувшие годы», «Голос минувшего», «Светоч», «Историческая летопись» и «Наша старина». В этих изданиях находится более 450 публикаций, касающихся белорусской проблематики.