Саймон Пайнс – Сквозь огненную стену (страница 17)
Лукас уже почти отключился, когда Ло его позвала. Она говорила шепотом, но в той гробовой тишине, которая внезапно их окружила, было сложно не расслышать ее зов. Лукас вздохнул и повернулся к девушке. Даже в темноте он видел, что ее глаза открыты, но Ло не смотрела ни на друга, ни на любой другой предмет в тесной гостиной, словно была слепой.
– Что такое? – также шепотом, словно боясь разбудить кого-то, спросил Лукас, потирая сухие, требовавшие отдыха глаза.
– Так… можно с тобой поговорить? – робко спросила Ло, будто боясь отказа. – О моих родителях, – уточнила она, и Лукас кивнул. Выспаться и так было не суждено, так что он ничего не терял. – Помнишь, Кэти сказала, что я похожа на любительницу веществ, а я пошутила, что на самом деле я из психушки? В общем… Я не шутила.
– Стоп, что? – Лукас от неожиданности сел, и от этого резкого движения снова закружилась голова. Он готов был услышать что угодно, но только не то, что все это время он находился рядом с психически больной девушкой. Ло, конечно, была странной, но не настолько, чтобы запирать ее в лечебнице, здесь что-то не сходилось.
– Успокойся, меня собирались выписывать, просто не успели, – Лукас ничего не ответил, и тогда Ло решила добавить кое-что: – Я больше не вру тебе. Ты можешь не бояться меня.
– Как ты… Как ты туда попала?
– Ну… Три года назад я еще жила с родителями. Мама и папа любили засиживаться допоздна перед телевизором, поэтому, когда к нам в дом забрался вор, они это заметили. Вор запаниковал. У него был пистолет, так что он выстрелил в отца. Я проснулась из-за выстрела и крика мамы, а потом послышался второй выстрел, и крик прекратился. Мне пришлось самой вызывать полицию и самой разбираться со всем, что произошло. Того человека поймали и посадили в тюрьму, только это уже не могло вернуть мне родителей, а кроме них у меня никого не осталось. В итоге я завалила экзамены, заработала себе нервный срыв и другие проблемы, из-за которых мне понадобилась помощь, но первое время в лечебнице я попросту не давала себе помочь, так что и лечение затянулось. И вот… После Дождя нас эвакуировали, и я сбежала.
Лукас ничего не говорил, только хмурился и пытался понять, что за человек сидел перед ним. Почему-то ему было все равно на то, что Ло лечилась в психбольнице, его лишь удивляло, почему она так долго пыталась врать ему. Если из них двоих кто и был чокнутым, так это Лукас.
– Соболезную тебе… Ну, насчет родителей, – в конце концов прошептал он.
– Спасибо, – Ло немного опешила. За время лечения ее воображение успело нарисовать ей достаточно картин с отвержением ее обществом из-за такого прошлого, но Лукас играл не по этому сценарию.
– А что в Портленде? Ты хотела попасть в Портленд, что там? – уточнил парень, заметив непонимание на лице Ло.
– Ах да, – она вздохнула. – Не совсем в Портленд, в Ванкувер. Мы там раньше жили, поэтому и могилы родителей тоже находятся там. Я просто хотела еще раз попрощаться.
На лице Лукаса отразились какие-то очень сложные думы и вычисления. Вроде бы все логично, но что-то совершенно не сходилось. Совсем не сходилось, и от этого парню было не по себе. Он совсем растерялся.
– Разве… Разве Ванкувер не в Канаде? – осторожно спросил он, и Ло засмеялась, еще сильнее смутив Харвелла.
– На географии ты тоже спал, не так ли?
– Ну, иногда…
– Ванкувер есть не только в Канаде. Еще один – прямо рядом с Портлендом. Теперь понятно?
Кивнув, Лукас снова улегся на диван. Он ожидал более страшной истории о родителях Ло. Он видел их ни больше ни меньше создателями апокалипсиса, из-за которых и пошел Адский Дождь, но все оказалось куда более прозаичным. Даже немного клишированным, хоть в жизни и не существовало такого понятия. Тем не менее опасения девушки сбылись. Харвелл уже начал думать о том, что могло разрушить его жизнь окончательно.
– Ты одна туда не пойдешь, – уже почти заснув, пробубнил парень и сладко зевнул, но Ло не собиралась оставлять последнее слово за ним.
– Ты мне найдешь попутчика в Интернете? – усмехнулась она, все еще надеясь, что Лукас не увяжется за ней.
– Нет, я пойду с тобой, – это конец.
– А как же Норвуд? А Джастин? Ты же так рвался к нему.
– Джастин знает, что нужно ждать. Мы сделаем крюк, ты попрощаешься с родителями, а потом мы вместе пойдем к Джастину.
Ло ничего не сказала. Она подтянула к себе колени и уткнулась в них подбородком, о чем-то размышляя. Девушка была благодарна Лукасу за то, что тот так добр с ней и готов даже оттянуть час встречи со своим лучшим другом из-за попутчицы, которую знает чуть больше суток. У него доброе сердце – Ло снова убедилась в этом, но она с трудом могла понять, что служило тому причиной.
– Почему ты делаешь это? – шепотом спросила Ло, надеясь, что Лукас уже спит, но ошиблась.
– Не знаю, просто так правильно. Не оставлять же тебя одну. Кем бы я был после этого?
– Нормальным человеком? – усмехнулась Ло, но парень не оценил ее шутки.
– Нет, я был бы тем, кто бросил друга одного в сгоревшем городе. К тому же я уверен, дальше посещения родителей ты ничего не планировала.
Он был прав: Ло не знала, что делала бы потом. Возможно, ждала бы третьего Дождя, чтобы тот наконец прикончил ее. Она не задумывалась об этом раньше, но теперь понимала, что сил двигаться дальше не нашлось бы. Все равно у нее больше ничего не было: даже если бы конец света не наступил, а ее спокойно выписали из больницы… Куда бы она пошла? Что стала бы делать? Она не знала ответов на эти вопросы. И тогда Ло поняла: Лукас спас ей жизнь. Он не сделал ничего сверхъестественного, но при этом спас ее.
– Спасибо, – чуть слышно всхлипнула Ло и вытерла скатившуюся по щеке слезу.
Она устала, а потому становилась все более чувствительной с каждой минутой. Лукас, похоже, все же вырубился после тяжелого дня, и Ло ничего больше не оставалось, кроме как последовать его примеру. Однако прямо перед тем, как отключиться, он все же выдавил из себя:
– Я же ничего еще не сделал.
Всю ночь мучимая кошмарами, Ло проснулась уже под утро, судя по тому, что в доме стало чуточку светлее. Ей не хотелось вставать, и только она повернулась на другой бок, чтобы вновь погрузиться в сон, как с другого конца дивана вскочил Лукас и подбежал к окну, спрятавшись за рамой так, чтобы его не было видно снаружи.
– В чем дело? – Ло поморщилась. Все тело затекло так, словно она неделю пролежала в одном и том же неудобном положении.
Лукас не ответил, лишь приложил палец к губам. Судя по его испуганным глазам, случилось что-то нехорошее.
Вскоре Ло тоже это услышала. Смех. Казалось, в последний раз она слышала его целую вечность назад. Смех доносился с улицы, и от него не веяло ничем хорошим. Это был не хохот компании друзей, которые по-доброму подкалывают друг друга и пытаются столкнуть крайнего в лужу; не хихиканье маленького ребенка, которого защекотали родители за очередную шалость во время прогулки; не одобрительный смешок над остроумной фразой. То был смех взрослых мужчин, которые явно находились в нетрезвом состоянии.
– Их четверо, – прошептал Лукас, побледнев до такой степени, что дальше было уже некуда. – Все огромные. Подождем, пока пройдут мимо, сиди тихо.
В горле у обоих встал противный тревожный ком. Страшно. Поведение пьяных людей предсказать невозможно, да и на помощь никто бы не пришел. Увидев тощего пацана и симпатичную девушку, компания, от которой за километр воняло противными помыслами, не сделала бы с ними ничего хорошего.
Лукас продолжал следить за мужчинами через окно, максимально напрягая свой слух. Он старался даже не дышать, чтобы не наделать лишнего шуму.
– Они вышли из того дома, – парень ткнул куда-то пальцем, будто Ло могла видеть, куда он показывал. – Потом зашли вон в тот, сейчас они снова на улице. Черт, надеюсь, к нам не вломятся, – в тот же момент послышался звон разбитого окна, и Лукас инстинктивно вжал голову в плечи и присел на корточки.
– Они заходят в каждый дом? – от страха Ло говорила так тихо, что Лукас ее даже не расслышал из-за бешеного стука своего сердца. – Лукас!
– Нет. Выбирают абсолютно случайно.
– Твою мать, – Ло закрыла глаза и откинулась на спинку дивана. Больше всего на свете ей хотелось оказаться в безопасности. Дико хотелось сбежать, но бежать было некуда.
Выждав немного, Лукас снова занял свою наблюдательную позицию. За то время, что он находился под окном, компания умудрилась куда-то скрыться – он все еще слышал крики, вопли и гогот, но точного своего местоположения они не выдавали. Казалось, все четверо поравнялись с их домом, так что мужчин больше было почти не разглядеть из бокового окна. В тот момент Лукас понял, что настала пора молиться.
На несколько секунд, показавшимся им вечностью, наступила тишина. Ни смеха, ни звона. Возможно, как раз в это время компания зашла в дом напротив, но расслабляться было нельзя. Никаких гарантий, что маленький домик бедного холостяка не попадет в поле зрения неприятных типов, которые восприняли конец света как повод жить в мире анархии. Лукас попытался как можно тише перебежать к окну, через которое получилось бы увидеть другую сторону улицы, но не успел. Все его тело онемело, когда в дверь что-то ударилось, а снаружи снова раздался хохот.