Саймон Грин – Невеста носившая Чёрную Кожу (страница 5)

— У меня есть компьютерные программы, которые отсеивают нежелательную корреспонденцию вместе со спамом, — наконец сказала Кэти. Но иногда сообщения обходят систему контроля и вываливаются на мой стол из ниоткуда, пробивая себе путь через систему защиты офиса. Я всегда отношусь к этим сообщениям с особым уважением, потому что любой, обладающий подобными возможностями, не стал бы беспокоить нас, если бы это не было чем-то действительно срочным.

— Держите все, — сказал я. Я только что заметил, что ты используешь абсолютно новую компьютерную систему. Что случилось с этой серебряной сферой, удерживающей нелегалов И.И. из Будущего?

— Ох уж эти… Они снова вернулись домой, несколько месяцев назад, — сказала Кэти. По сути, они были информационными наркоманами. Сначала они были счастливы, как свиньи в дерьме, потому что думали, что у них никогда не закончатся новые свежие данные для изучения и корреляции, но в конце концов даже у них сдали нервы.

Однажды они объявили, что Тёмная Сторона слишком странная даже для них, и от этого у них болит голова. А поскольку у них не было голов, они засобирались домой. И они ушли. Туда, откуда они и пришли — где бы это ни было.

— Компьютер, сейчас встроенный в мой стол, — это ультрасовременная мыслящая штуковина, которая вывалились с противоположного конца Временного сдвига. И нет, ты действительно не хочешь знать, сколько я за неё заплатила. До того, как его поместили в мой стол, это выглядело как голова Робота Робби, если бы у его дизайнера был очень плохой день, когда его реально коротнуло с кислоты.

Иногда он думает так быстро, что даёт мне ответ ещё до того, как я успеваю сформулировать вопрос. Его зовут Оливер. Не расстраивай его.

Я решил, что мне нужен перерыв. Я встал со стула и подошёл к футуристическому кофейнику, стоящему на специальной подставке. Сверкающее металлическое чудовище Мебиуса, которое почему-то никогда не нуждалось в заправке и производило горячий чёрный кофе по первому требованию. При условии, что вы были очень вежливы, требуя этого. Слишком много вещей на Тёмной Стороне имеют свой собственный разум…

В следующий раз они создадут профсоюзы… Ожидая, пока наполнится моя кружка, я не мог не заметить ряд пустых бутылок из-под шампанского, выставленных на полу за креслом Кэти. Шампанского хорошего урожая… Я не спрашивал. Я не хотел этого знать. Кружка наконец наполнилась, из неё поднялся густой пар. Я сделал хороший глоток, а затем выплюнул это через половину офиса. Клянусь, кофеварка хихикнула. Я уставился на Кэти.

— Что, чёрт возьми, случилось с кофе? На вкус он как аккумуляторная кислота, в которую кто-то нассал!

— Не знаю, — невинно ответила Кэти. Я не прикасалась к этой штуке с тех пор, как у машины случился нервный срыв. Лично я думаю, что это крик о помощи. Сейчас это только для клиентов и посетителей. Я пью винтажное игристое и иногда бутылку — другую: “Stoli”. Вот и всё…

Она возилась под своим столом, пока я аккуратно отставлял кружку с кофе в сторону и снова устраивался в кресле для посетителей. Кэти снова появилась, протягивая бледно-голубую бутылку.

— Если хочешь, можешь прополоскать рот вот этим. Венский Крем-Виолетта. Чрезвычайно, прямо-таки угрожающе густой ликёр, вкус которого мог бы пробить стальную пластину. Это очищающее средство для нёба — потенциально… Твой старый клиент каждую Пасху присылает нам новую партию, в знак благодарности.

— С чего? — спросил я, пристально глядя на бутылку, затем решительно покачал головой.

Кэти усмехнулась, заставив бутылку снова исчезнуть.

— Там никогда не было никакого имени. Но… бесплатная выпивка — это бесплатная выпивка! Если в конце каждого года что-то остаётся, я выхожу и отдаю это бездомным. Они всегда очень благодарны. Я думаю, они используют его, чтобы разбавить жидкость для снятия лака, а потом пьют… Или для розжига огня, в холода.

— Я только что заметил, — сказал я, — что наша современная звуковая система была заменена чем-то вроде старомодного заводного граммофона в комплекте с металлическим рупором.

— Ах, это! — сказала Кэти, возбуждённо ерзая в кресле. Это самая модерновая вещь! Вы можете поставить любую запись, которая вам нравится, настроить систему отслеживания вариативности, и она будет воспроизводить любую вариацию записи найденную на бесчисленных альтернативных временных линиях! Это супер круто!

— Иногда ты заставляешь меня чувствовать себя очень старым, — сказал я. Что не так с компакт-дисками?

— Винил вечен! — сказала Кэти.

Я решительно вернулся к своей стопке бумаг, пытаясь найти что-то, что мне понравиться… А затем снова поднял глаза, чтобы задумчиво посмотреть на Кэти.

— Опять этот взгляд, — смиренно сказала она. Что на этот раз, босс?

— Я подумал, — осторожно сказал я, — не захочешь ли ты взять на себя управление, и бизнес после того, как я уйду. Будешь частным детективом при своём собственном деле.

— О, нет, — немедленно ответила Кэти. Это не моё. Я осталась здесь только потому, что мне казалось, что тебе нужен секретарь и помощник.

Мне пришлось улыбнуться.

— И я позволил тебе остаться здесь, потому что думал, что тебе нужно чем-то заняться, хотел занять тебя, пока ты адаптируешься на Тёмной Стороне.

Мы оба тихо рассмеялись.

— Мне нравилось быть твоим секретарём, — сказала Кэти. Выпивать и танцевать во всех лучших клубах и барах, собирать полезную информацию, и актуальные сплетни. И получать за это деньги. Лучшая работа на свете! Я могла бы продолжить, это дело…

— Ты всё ещё общаешься со своей матерью? — спросил я.

— Мы регулярно болтаем по телефону, — сказала Кэти. Мы ладим гораздо лучше, теперь, когда между нами дистанция.

— Есть ли шанс, что ты вернёшься, чтобы навестить её?

— Лучше не стоит, — очень твёрдо сказала Кэти. Она одарила меня ослепительной улыбкой. Значит, — решено. Больше никакого Джона Тейлора, Ч.Д. Нет больше верной девушки-секретаря. Конец эпохи.

— Что ты собираешься делать, когда это место закроется? — спросил я.

— О, это уже решено, босс. Я собираюсь помочь Алексу управлять “Странными Парнями”. Я люблю работу организатора. И там люди…

— Тебе будет грустно видеть, что это место покинуто, ты же провела здесь так много времени?

— Ностальгия — это для стариков, босс. Я всегда смотрю вперёд, и никогда не оглядываюсь назад.

Я немного выпрямился в кресле, чтобы не выглядеть стариком, и сосредоточился на бумагах, лежащих передо мной, пока она просматривала электронные письма. И довольно скоро мы оба начали припоминать интересные случаи. К счастью, ни один из них не включал в себя поиски этой печально известной чёрной птицы, — Мальтийского Сокола. Если вам это интересно — это реальная птаха… Я бы не стал его ловить и шестом для швартовки барж.

— У меня тут интригующее маленькое электронное письмо с прошлой недели, — сказала Кэти. Кэтрин Карнштейн хочет, чтобы вы нашли её потерянную невинность.

Я демонстративно шмыгнул носом.

— Я в этом не уверен. Я знаю леди, о которой идёт речь, и она не потеряла свою невинность, она отшвырнула её прочь, при первой же возможности.

— Хорошо, а как насчет этого? Некий мистер Уильям Эверетт хочет, чтобы вы нашли потерянную Атлантиду.

— Она не потеряна, — сказал я. Она Сокрыта. Ощутимая разница. Давай дальше.

— S.A.S предлагает крупную сумму, чтобы вы нашли для них Святой Грааль.

— Сестричество Армии Спасения плохо понимает, о чём просит, — сказал я. Они, вероятно, снова пытаются втянуть меня в неприятности. Они никогда не одобряли меня. У меня было достаточно проблем с поиском Нечестивого Грааля. Что ещё у тебя есть?

— Преподобный Лайонел хочет, чтобы вы нашли последнего из рода Меровингов.

— Забудь об этом, — сказал я. Эта линия пресекалась так много раз на протяжении веков… — собственно говоря, это уже не линия. Слишком много претендентов на трон, скажем так.

— Хорошо, мистер привереда, что есть у вас?

Я с сомнением посмотрел на лежащую передо мной бумагу. Кто-то, кто предпочёл остаться анонимом, хочет, чтобы я выяснил, почему Луна в небе Тёмной Стороны намного больше, чем должна быть. Что на самом деле является закономерным вопросом. И я испытываю искушение, я всегда хотел знать ответ на этот вопрос. Думаю, это подразумевает, что Тёмная Сторона на самом деле не является тем, чем мы её считаем…

Но нет. Это будет долгосрочная работа, с объёмным перечнем дел и вопросов, а у меня нет времени.

— Хммм. Странное маленькое электронное письмо, босс. — “Пусть светит солнце”.

Я поднял голову. Я видел аналогичную надпись — граффити, на стене в подземном переходе. Что-то в этом было… Я мысленно пожал плечами. Без сомнения, в конце концов я это выясню. А потом я резко сел, обнаружив нечто действительно интересное. Письмо от кого-то, подписавшегося, как:

“Безымянный Джентльмен”, на бумаге хорошего качества, тем старомодным почерком, которому больше никого не учат.

Я отложил остальные бумаги в сторону, и поднёс бумагу к свету, разглядывая водяной знак клуба “Лондиниум”. Этот уважаемый и очень частный клуб для настоящих деятелей и потрясателей Тёмной Стороны. Я бросил его через стол Кэти.

— Случайно, это не одно из тех посланий, которые появились на твоём столе из ниоткуда?

— В точку босс! Оно было здесь, когда я пришла сегодня утром. Это похоже на настоящее дело, не так ли?