Саймон Грин – Невеста носившая Чёрную Кожу (страница 40)
Типичная ночь, на Тёмной Стороне A&E. Я даже подслушал традиционное общение между медсестрой и пациентом.
Пациент: Медсестра, мне больно, когда я это делаю.
Медсестра: Тогда не делайте этого.
Пациент: Сейчас мне придётся тебя убить.
Медсестра: Я вас понимаю.
Приятно знать, что некоторые люди всё ещё готовы придерживаться старых традиций.
В углу находился чудесный источник, большой бассейн с мутной водой, заключённый в низкой каменный бортик. Предполагалось, что он обладает удивительными целебными свойствами, но только при условии, что у вас есть вера, настоящая вера, достаточная, чтобы заставить его работать. А настоящую веру как всегда трудно обрести на Тёмной Стороне.
Одна весьма решительная мамаша держала своего сына за лодыжку и снова и снова окунала его в бассейн. Между громким криками было слышно и бормотание мальчика: “Я чувствую себя намного, намного лучше! Честное слово! Послушай, пожалуйста, прекрати это, я думаю, у меня развиваются жабры!”
Как бы интересно и увлекательно всё это ни было, у нас с Жюльеном в конце концов не осталось другого выбора, кроме как уделить всё своё внимание администратору за стойкой.
Это была весьма приятного вида стойка регистрации, с вазами со свежими цветами, аккуратными и опрятными корзинками и минимумом беспорядка… но меня это не обмануло. Я мог видеть магические и технические защитные комплексы, защиту пронизывающую воздух и встроенные системы вооружения.
Женщина администратор в безупречно белой униформе обладала крупной, солидной фигурой (что сразу напомнило мне об Очень Праведных Сёстрах). У неё было приятное лицо, холодные некрасивые глаза, и рот похожий на стальной капкан. Вы знаете таких: мать — питбуль, отец — велоцираптор.
Не спрашивайте меня, что они увидели друг в друге, но на вересковых пустошах может быть очень туманно. Она ждала до самого последнего момента, чтобы оторваться от заполнения формы и остановить нас с Жюльеном на месте строгим предупреждающим взглядом.
Она сразу узнала Жюльена Адвента и одарила его коротким кивком. А потом она посмотрела на меня, узнала, и её рука дёрнулась к большой красной кнопке экстренного вызова. Она одарила меня короткой, бессмысленной улыбкой.
— Скажите мне где болит, не пятнайте кровью пол, заполните эти формы и возьмите свой номерок.
— Вы не поняли, — сказал Жюльен. Никто из нас не нуждается в медицинской помощи. Мы здесь, чтобы побеседовать с доктором Бенвеем.
— Боюсь, это невозможно, — тут же отреагировала администратор. Не без предварительной записи. Доктор Бенвей очень занята, и я не хочу, чтобы её беспокоили.
Я могу записать вас на приём, но должна предупредить, что у вас трёхнедельный тайм аут. Это минимально возможная задержка. Если это неприемлемо, возьмите номер и встаньте в конец очереди, как и все остальные.
— Я Жюльен Адвент, представляю Власти. Это Джон Тейлор, новый Уокер. Жизненно важно, чтобы мы немедленно увидели доктора Бенвей!
Администратор позволила себе резко фыркнуть, чтобы показать, насколько она не впечатлена.
— Никаких перестановок в очереди. Нам здесь всё равно, кто Вы.
— Но это срочно! — сказал Жюльен. Уверяю вас — это жизненно важно! Безопасность всей Тёмной Стороны находится под угрозой!
— Поберегите дыхание, — сказала администратор. Я всё это уже слышала раньше. Вы умираете? Истекаете кровью? Не хватает жизненно важного органа?
— Очевидно нет, — сказал я. Но с вами это может случиться.
Вы знаете меня, знаете, на что я способен. Так что перестаньте меня провоцировать, или я отправлю вашу селезёнку на Марс.
Я одарил её своей самой жизнерадостной улыбкой. Администратор открыла рот, чтобы что-то сказать, посмотрела мне в глаза, но передумала. Её рука зависла над красной кнопкой, затем отодвинулась. Она вздохнула в своей лучшей манере и потянулась к телефону.
— Если вы, джентльмены, дадите мне минуту, я спрошу доктора Бенвей, сможет ли она найти время, чтобы встретиться с вами. Но я ничего не обещаю!
— Ну кончено не обещаете, — сказал я. Зачем нарушать привычный жизненный уклад?
— Прекрати… — пробормотал Жюльен. Она сейчас станет стервой.
Администратор дозвонилась до доктора Бенвей, немного поговорила и послушала. Она кивнула, положила трубку и одарила нас с Жюльеном ледяной улыбкой.
— Доктор Бенвей примет вас, но сейчас она очень занята. Так что вам придётся подождать. Со всеми остальными.
Жюльен с силой схватил меня за руку и оттащил от стойки администратора. Потребовалось некоторое время, чтобы найти пару соседних свободных мест, в весьма переполненной зоне ожидания, и как можно дальше от явно заразных и грязных людей, но когда мы наконец сели, кресла оказались очень удобными.
— Я думаю, что мы выиграли эту встречу по очкам, — сказал я. Ладно, нам всё ещё нужно подождать, но нам не стоило брать номерок.
— Ты бы действительно… — спросил Жюльен.
— Почти наверняка, — сказал я. У меня глубоко укоренившейся конфликт с авторитетами.
— Но ты же один из них!
— Я знаю! Я могу только предположить, что у вселенной реально плохое чувство юмора.
Мы сидели и ждали. Люди приходили и уходили, многие рыдали, хныкали и читали старые журналы, но размер ожидающей очереди, казалось не менялся. Жюльен терпеливо смотрел вдаль, задумчиво постукивая ногой. Я узнал эту привычку.
Он уже точно решил, сколько времени предоставить доктору Бенвей, и когда начинать её поиски. И да поможет Бог любому, кто встанет у него на пути. Я никогда раньше не видел, чтобы Жюльен перешагивал через администратора. Я с нетерпением ждал этого.
Успокоенный перспективой громких, отвратительных разборок в ближайшем будущем, я убивал время изучая длинный список амбулаторий и их специализации, размещённый на старомодной деревянной настенной доске.
Все они были тщательно пронумерованы, но многие описания были на греческом и латыни. Я толкнул Жюльена в бок и обратил его внимание на мёртвые языки. Он бросил на меня страдальческий взгляд.
— В мои юные годы нас всех в школе учили латыни и греческому.
— Это было до или после того, как вас запихивали в дымоходы или спускали в шахты? — уточнил я.
Жюльен тяжело вздохнул и перевёл мне эти надписи. Что касается колебаний и неопределённости, то их было гораздо больше, чем можно было бы ожидать от человека, который должен был получить первоклассное частное образование. Но через некоторое время он заинтересовался и начал бегло комментировать, что подразумевается под каждым новым описанием.
— Здесь, в Хосписе, они имеют дело со всеми более необычными медицинскими проблемами и условиями Тёмной Стороны. В результате чего оказывается весьма специализированный уход и услуги.
Здесь есть врачи, которые снимают проклятия, возвращают души или личности на своё место, обращают вспять трансформации и устраняют последствия ошибок телепорта.
Они могут восстановить поля Кирлиана и перенастроить ваши чакры. Не могу сказать, что я полностью одобряю все эти новомодные штучки, но в наши дни невозможно игнорировать альтернативную медицину.
К счастью, я не вижу здесь ничего о кристаллах или цветочной ароматерапии, иначе мне пришлось бы сказать что-то очень вульгарное. Здесь есть палаты для всех нужд и специализаций, включая все те виды, о которые вы только можете вообразить.
В Хосписе нет дискриминации. И, конечно же, есть палата 12А, хотя большинство людей не любят говорить об этом.
— Почему нет? — немедленно уточнил я. Что происходит в палате 12А?
Жюльен продолжал, намеренно игнорируя мой вопрос.
— Есть палаты для единорогов, которых нужно переподковать подковами из чистого серебра, и для оборотней с лишаем.
Отделение для вампиров, которые заболели, выпив не ту группу крови: непереносимость резуса. И Лео Морн постоянный посетитель здесь в зимние месяцы. И, конечно же, отделение для лечения всех редких и неприятных болезней, которые так и будут постоянно появляться на Тёмной Стороне через Временные Сдвиги: из прошлого и многочисленных тупиковых вариантов будущего. Тебе действительно не стоит знать о Чумном отделении, Джон.
Он продолжал говорить со всё возрастающим энтузиазмом, превознося многочисленные достоинства Хосписа, искренне гордясь всеми невероятными услугами, которые могут предоставить его сотрудники. Часто только благодаря его активному участию в сборе средств, хотя конечно, он никогда не упоминал об этом.
Он долго рассказывал о гигантских пауках, которые обитают в подвалах, прядут бинты, и упырях, которых каждый день привозят на микроавтобусах, чтобы они поедали медицинские отходы. (забота о телах слишком токсичных, чтобы избавиться от них обычным способом и ради избавления от тел устойчивых к огню.)
— Пищеварение упыря может справиться с чем угодно, вплоть до ядерных отходов. Хотя ты не захочешь находиться рядом с ними, когда они газуют.
— А иногда упырей вызывают, чтобы разобраться с некоторыми телами которые могут быть слишком опасны, даже в могиле.
Разобраться с любым злодеем, который когда-либо говорил: Я вернусь! Умирая от рук торжествующего героя…
Никогда не встречал упыря Тёмной Стороны. Но я не мог не заметить, что Жюльен говорил большую часть этого, чтобы скрыть тот факт, что он не хочет говорить о палате 12А.
Размышляя об этом, я заметил, что все носильщики, включая тех, кто возил пациентов в инвалидных креслах, на самом деле были очень знакомыми роботами с кошачьими лицами. Я в срочном порядке указал на это Жюльену, но он просто легко кивнул.