Саймон Грин – Наследие (страница 6)

Последний из старой линии Охотников за Смертью, Дэвид, умер там, брошенный своими союзниками. И не было Парагона, который помог бы ему в трудную минуту.

Как и все Парагоны, во время своей речи при вступлении в должность Льюис дал клятву защищать невинных и мстить за несправедливость. И у него было больше причин принять эту клятву со всей серьёзностью, чем у кого бы то ни было.

— А ты Дуглас? Почему ты стал Парагоном? — спросил Льюис. — Знаю, что это было идеей твоего отца, но ты остался и после того, как мог бы уйти с честью на пенсию. В свои сорок ты третий из старейших Парагонов, кто всё ещё служит. Почему ты остался? Что держит тебя в Кругу?

— Я хотел вести за собой людей и вдохновлять их примером, — ответил Дуглас спокойным, уверенным и очень рассудительным голосом. — Я не заслужил своё место Парагона, как ты и все остальные. И должен был доказать, что достоин. Тебе и общественности. Все ожидали, что я потерплю неудачу. Прихрамывая вернусь домой поплакаться отцу о том, что игра была слишком жестокой. Не скажу, что поначалу мне не было страшно. Казалось, люди выстраиваются в очередь, чтобы набить морду наследнику Трона. Но произошла забавная штука. Доказывая другим, что достоин — я обрёл себя. Когда ты сын Короля, взрослея, ты получаешь самое лучшее по праву рождения. Тебе ни в чём не отказывают, так что... ничего из этого не имеет значения. Ты по-настоящему ценишь только то, чего достигаешь собственными усилиями. А своё место в Кругу я заработал.

— Так вот почему ты так долго оставался на этой должности? — произнёс Льюис. — Ты старался доказать себе, что достоин? Дуглас, за двадцать лет никто в этом и не сомневается.

— Господи, Льюис, ты действительно думаешь, что я настолько мелочен? Я не уходил, потому что наконец нашёл то, что у меня хорошо получается, и потому что люди нуждаются во мне. Я делал что-то по-настоящему важное и наблюдал за последствиями каждый день. В людях, которых спасал и в плохих парнях, которых убирал с пути. И поскольку я смог стать лучше, то надеялся вдохновить и других. Показать им, что все мы можем быть героями, что Парагоном может быть каждый.

— Если бы у людей хватало смелости постоять за себя, им бы в первую очередь не понадобились Парагоны, — произнёс спокойный, глубокий голос.

Дуглас и Льюис резко обернулись и увидели подходящего к ним третьего Парагона Логреса. Слуги, как испуганные гуси, бросились врассыпную, чтобы не стоять у него на пути, но Финн Дюрандаль обращал на их существование ровно столько же внимания, сколько требуется внимания на необходимость моргнуть. Остановившись напротив, Финн кивнул Дугласу и Льюису и коротко улыбнулся.

— Я стал Парагоном, чтобы карать преступников и каждый день благодарю Господа, что в них никогда не было недостатка. Дайте мне меч и укажите на подонка, и в мире нет другого места, где я предпочёл бы находиться.

— Ты странный, Финн, — добродушно сказал Льюис.

Финн Дюрандаль был высок, мускулист и двигался с почти нечеловеческой грацией. Классически красивое лицо окаймляла копна вьющихся золотистых волос, которые как он сам признавал были заслугой отнюдь не природы, а тщательно продуманного образа. Уравновешенность и элегантность были его неотъемлемой частью, и появляясь в помещении он тут же приковывал к себе взгляд. Это была холодная, расчётливая харизма, но от этого не менее впечатляющая. Людям нравилось смотреть на Финна, но чем больше времени они проводили в его присутствии, тем всё более неловко себя чувствовали. Он мог быть чертовски обаятельным, когда его время было оплачено или могло принести какие-то дивиденды, в противном же случае он не утруждался.

В свои пятьдесят два года Финн Дюрандаль был самым старым и долгоживущим Парагоном, причём работающим с самого основания Круга. По всей Империи люди чувствовали себя в большей безопасности, зная, что Финн всё ещё стоит между ними и плохими парнями. Конечно большинство из тех людей никогда с ним не сталкивались. У Финна были тонкие губы и спокойные серые глаза, а его голограмма висела на стене спальни многих впечатлительных подростков. Самый крупный и популярный веб-сайт среди Парагонов, собственный фан-клуб, и серия хорошо продуманных лицензионных контрактов сделала его очень богатым. Он мог уйти в отставку в любое время, но все знали, что он этого не сделает. Он не мыслил свою жизнь без приключений и никто не знал случая, чтобы он отступил перед опасностью или не воспользовался шансом себя проявить. Это был величайший Парагон из когда-либо существовавших.

(Так было сказано на его веб-сайте, так что это, наверное, было правдой).

Он был лучшим во всём, что делал, потому что не соглашался ни на что меньшее. Не в последнюю очередь помогало то, что у него было лучшее оружие, лучшие тренеры, лучшие мышцы и рефлексы, которые только можно было купить за деньги. Финн не оставлял абсолютно ничего на волю случая.

— Как всегда безукоризненно, Финн, — сказал Дуглас. — Я почти вижу своё лицо на твоём нагруднике. Почему ты не выглядишь как он, Льюис?

— Потому что не могу позволить себе дворецкого, — отмахнулся Льюис. — Чёрт, да уже хорошо, если я не забуду почистить обувь по утрам.

— Ты просто завидуешь моему великолепию, — ответил Финн. — Жалкий смертный.

— Я приверженец скромности, — отпарировал Льюис.

— Уж чего-чего, а скромности тебе не занимать, — не остался в долгу Финн.

— Девочки, хватит... — улыбаясь, сказал им Дуглас.

— К сожалению, — сказал Финн, — времени на шутки нет. Извини, что вынужден похитить твоего партнёра, Дуглас, но я здесь по делу. Нужна наша помощь, Льюис. На Арене чрезвычайная ситуация.

— Замечательно, — сказал Дуглас. — Удивительно удачное время. И что там на этот раз? Один из завезённых чужих-убийц снова вырвался на свободу? А ведь я говорил им, что ничем хорошим это не закончится, монстры с планеты Шандракор слишком опасны.

— На Арене есть усыпляющий газ и энергосети, — сказал Льюис. — Пусть охрана с этим справляется.

— Всё не так просто, — сказал Финн. — Там Эльфы[1].

— Вот чёрт, — не сдержался Льюис. — Дуглас, я должен идти.

— Иди конечно, — согласился Дуглас. — Но почему это случилось именно сейчас?

— Сомневаюсь, что это совпадение, — спокойно сказал Финн. — Скорее всего они надеятся на последнюю диверсию прежде, чем прибудет большинство из Круга и Эльфы будут вынуждены уйти в подполье вместе с остальными крысами. Также вероятно это попытка показать тебе Дуглас, что они не подавлены и не напуганы перспективой того, что Парагон станет Королём.

— Я же тоже могу пойти с вами, — воскликнул Дуглас. — Дьявол, официально я всё ещё Парагон, пока Корона не на моей голове. Я пойду с вами, чёрт возьми! Вперёд! Мы преподадим этим Эльфам последний урок, который они не забудут!

— Ты никуда не пойдёшь! — раздался холодный командный голос и все три Парагона сперва резко обернулись, а затем поклонились королю Уильяму, медленно спускающемуся к ним по ступеням с Трона. Он кивнул Финну и Льюису, а затем впился взглядом в Дугласа, который ответил отцу тем же. Руки Дугласа, вытянутые вдоль тела были сжаты в кулаки, но, в конце концов под пронзительным взглядом Уильяма Дуглас отвернулся первым.

— Знаю, знаю — произнёс он кисло. — Нужно репетировать. Больше церемоний и протокола.

— Ты больше не Парагон, — жёстко произнёс король Уильям. — Эта часть твоей жизни закончилась. Пусть Охотник за Смертью и Дюрандаль разбираются с ситуацией. Они знают, что делать.

— Не переживай, Дуглас, — сказал Финн. — В конце концов это всего лишь кучка Эльфов.

Он энергично кивнул Льюису и они быстрым шагом двинулись к выходу, и несмотря на предстоящую им опасность, их спины оставались прямыми, а головы высоко поднятыми. Они собирались лицом к лицу столкнуться с одними из самых опасных созданий, угрожающих Человечеству, на пути к которым возможно их ждали ужас, страдания и внезапная смерть, но они не колебались. Казалось, они идут на вечеринку, столь обыденно они смотрелись. Это были Парагоны.

И Дуглас отдал бы всё, что имел, лишь бы идти с ними рядом.

— Сотри это выражение с лица, молодой человек, — сказал Король Уильям. — От тебя теперь зависит многое. Я... понимаю почему тебя тянет пойти вместе с ними. Но если ты смиришься со своим положением, то поймёшь, что как Король ты можешь сделать намного больше для людей, чем как Парагон. Есть намного большая власть над людскими жизнями, чем простая кромка меча.

— Да, отец, — сказал Дуглас.

Король вздохнул.

— Ты всегда умел так согласиться со мной, что это больше звучит как иди к чёрту. Прямо как твоя мать. Кстати... Дуглас, нам нужно поговорить. Признаю, я долго откладывал этот момент, ожидая подходящего случая, но дальше уже скрывать смысла нет.

— Ты же не собираешься сказать мне, что я усыновлён?

— Нет.

— Клон?

— Заткнись, Дуглас. Есть... один пункт в Церемонии, о котором тебе ещё неизвестно. Будет ещё одно объявление, соглашение о котором мы заключили с Парламентом, где у тебя не будет права голоса. Это несправедливо, граничит с произволом, но это часть твоей будущей работы. Надеюсь, что несмотря на все мои опасения ты достаточно зрелый, чтобы понять эту необходимость.

— Отец, — с тревогой сказал Дуглас, — перестань тянуть. О чём, чёрт возьми, ты говоришь?