Саймон Грин – Наследие (страница 34)

— Ты можешь себе позволить быть довольным, — сказал Мишель Дю Буа, свирепо посмотрев на него. — Богатый человек из богатого мира. Виримонде же была отброшена в варварский век благодаря Лайонстон и до сих пор полностью не восстановилась. Да, если брать в расчёт поступление ресурсов на душу населения, то мы получаем много. Но нам нужно заново восстанавливать цивилизацию. Экологию, чёрт возьми. Из полученного всё находит своё применение, ничего не пропадает. Мы даже производим несколько предметов роскоши, доступных каждому на планете. Мы не собираемся делиться поступлениями только потому, что один тупой идиот считает, что его обманывают!

После этого все будто сошли с ума, обвиняя друг друга в том, что кто-то несправедливо получает больше, а кто-то меньше. Вскочившие на ноги Члены Парламента кричали друг на друга, забыв о порядке и очерёдности выступления, к вящей радости кружащих вокруг камер. В конце концов Дуглас поднялся и шепнул что-то на ухо Джесамине, после чего она извлекла ноту настолько высокую и громкую, что та буквально пронзила творившееся безобразие, вынудив всех замолчать и схватиться за головы. Джесамина закончила петь и мило всем улыбнулась. Депутаты с возмущением посмотрели сначала на неё, а затем на Дугласа, всё ещё находящегося на ногах. Он холодно улыбнулся им в ответ.

— Достопочтенные Члены Парламента, сядьте на свои места и ведите себя подобающим образом, или я буду вынужден позвать сотрудников службы безопасности, которые пройдутся по рядам, сталкивая некоторых из вас лбами. В прямом смысле этого слова.

Депутаты обдумали услышанное, затем вспомнили, что сказано это было бывшим Парагоном и чопорно вернулись на свои места. Дуглас кивнул и тоже сел.

— Так-то лучше. Порою справедливость должна совершаться публично. Если бы люди Империи могли увидеть воочию, как Совет приходит к определённым решениям, это могло бы помочь убедить их в том, что уже налаженный процесс справедлив по своей сути. Поэтому я предлагаю Палате Парламента назначить некий внешний регулирующий орган для расследования решений Совета, прошлых и настоящих, а затем обнародовать его результаты. Мой дедушка, и я придерживаюсь того же мнения, был ярым сторонником прозрачности правительства.

— Что скажете, уважаемые Члены Парламента?

В целом Парламентариям предложение понравилось, но из гордости они ещё некоторое время тщательно пообсуждали вопрос, прежде чем согласиться создать систему регулирования. Предложение пришлось по душе многим Парламентариям, хоть они и старались не подавать виду. Совет по Трансмутации становился слишком влиятельным и чересчур независимым. Да и публике это явно придётся по душе. Наконец-то они смогут увидеть, кто сколько получает и почему. Таким образом, Королю снова удалось разрешить ситуацию, к тому же выставив себя в хорошем свете.

И это могло быть великолепным завершением первого дня Слушаний, если бы у одного человека не было ещё одного дела к Королю. В секции для чужих, незамеченный ранее человеческий голообраз внезапно ожил. Бросившись вперёд, он растолкал по пути парочку присутствовавших здесь физически чужих и выбежал на помост Палаты Парламента. Охранники, находившиеся в зале, были полностью к этому не готовы. Чужие также пребывали в шоке и прострации — многие голообразы начали мигать. Как человек умудрился так долго находиться незамеченным среди них?

Человек, добежавший до центра Палаты, сбросил плащ, открыв взорам большое устройство, прикреплённое к груди, и вдруг стало очень тихо. Никто не сказал слово бомба, но все об этом подумали. Король жестом приказал охранникам остановиться и они подчинились. Человек с устройством торжественно огляделся, неприятно улыбаясь, его глаза были дико выпучены. Лицо было бледным и вспотевшим, а руки дрожали неподалёку от устройства.

— Я Нейман! — сказал он громко голосом, дрожавшим от напряжения. Дыхание было тяжёлым.

— Я оказался здесь, потому что поддерживаю идеи Чистокровного Человечества! Я пришёл... чтобы умереть не просто так. Всем замереть! Не двигаться! В моей руке детонатор и если кто-то подойдёт слишком близко или я почувствую намёк на угрозу — устройство сработает.

Он посмотрел на него и дыхание стало замедляться, по мере того, как росла уверенность в том, что все внимательно приготовились его слушать.

— Это не просто бомба — это устройство трансмутации. Всё в радиусе взрыва превратится обратно в элементарные частицы, в изначальную протоплазму, из которой мы все состоим. Трансмутация всегда работала в обоих направлениях, — он внезапно захихикал.

— Удачи вам после этого в регенерационной капсуле! Благодаря этой бомбе, мёртвое останется мёртвым! Но не волнуйтесь, уважаемые Члены Парламента, я здесь не из-за вас. Если будете сидеть тихо и не вмешиваться, сможете выйти отсюда целыми и невредимыми. Я здесь из-за Короля.

Все посмотрели на Дугласа, замершего на Троне.

— Ты здесь ради меня? — спокойным голосом спросил он.

— О, да, — ответил террорист. — Ты или будешь сидеть на месте и позволишь мне подойти или я взорвусь прямо тут, и ты увидишь как все эти люди и эта инопланетная мразь снова превратится в грязь. Что ты за Король, Дуглас? Позволишь невинным умереть, сохранив свою жизнь? Или у тебя хватит мужества подпустить меня к себе?

— Подходи, — не раздумывая ответил Дуглас. — Никому не вмешиваться. Это приказ.

Террорист злобно захихикал.

— Тебя это тоже касается, Защитник. Охотник за Смертью. Отстегни пояс с оружием. Когда он упадёт на пол, отшвырни его подальше.

— Делай, что сказано, Льюис, — сказал Дуглас.

— Я успею выстрелить, — сказал Льюис так тихо, что его можно было услышать только по личному каналу связи. — Есть очень хороший шанс, что я отстрелю ему руку по локоть прежде, чем он успеет воспользоваться детонатором.

— Не слишком хороший шанс, — сказал Дуглас также тихо.

— Мы не знаем, какие виды защит встроены в устройство. Пока делай, что он говорит. Подпусти его чуть поближе, подальше от невинных людей, а затем можешь что-то предпринять.

Льюис медленно расстегнул пояс, позволив дисраптеру и мечу упасть на пол. Отшвырнув их так, что они оказались вне пределов досягаемости, он уставился на террориста, который ухмыльнувшись, остался неподвижен. А затем самоуверенно зашагал в направлении Короля. Все Члены Парламента сидели тихо и не предпринимали ничего. Охрана смотрела друг на друга и тоже ничего не делала, разрываясь между долгом защищать Членов Парламента и Короля, застыв на месте от ужаса, вызванного трансмутационным устройством. И пока они колебались, пытаясь найти оптимальное решение, смертник остановился перед возвышавшимся Золотым Престолом. Он поднял правую руку, чтобы Дуглас мог видеть детонатор.

— Кнопка смертника, — отчётливо произнёс он. — Стоит только разжать пальцы и бум!

— Если эта штука взорвётся, ты тоже умрёшь, — сказал Льюис.

— Я пришёл, чтобы умереть! — с вызовом ответил террорист. — Отдать свою жизнь во славу Чистокровного Человечества! Король должен умереть, потому что он поддерживает эту инопланетную нечисть, что угрожает подорвать устои Империи. Смерть Короля покажет, что нас стоит воспринимать серьёзно.

— О, мы воспримем вас очень серьёзно, — сказал Льюис. — Найдём каждого, кто послал тебя и повесим всех.

Террорист рассмеялся в лицо Защитника.

— Трансмутация сделает так, что моё тело невозможно будет опознать. Кто я такой не имеет значения. Также как и те, кто меня послал. Имеет значение только причина! Никаких компромиссов с чужими! Не хочешь ли начать умолять меня, Дуглас? Тебе осталось жить совсем чуть-чуть.

Дуглас медленно поднялся. Джесамина хотела встать рядом, но он осторожно оттолкнул её подальше от эпицентра взрыва, удерживая взглядом глаза подрывника.

— Ты пришёл за мной. Только за мной. Стой, где стоишь, я сам подойду.

— Хорошо, — сказал террорист. — Подходи, Дуглас. У меня есть для тебя кое-что.

Пока внимание подрывника было приковано к Королю, Льюис стянул с пальца тяжёлое кольцо Охотника за Смертью, размахнулся и швырнул его одним, очень быстрым движением. Кольцо быстро преодолело расстояние и попало смертнику в правый глаз. Застигнутый врасплох, он взвыл от боли и шока, и в это короткое мгновение, пока его тело боролось с противоречащими друг другу импульсами, Льюис активировал щит на руке и бросился на террориста. Щит, полностью закрывший Льюиса, развернулся прямо перед столкновением с подрывником, и оба они упали на пол, разделённые потрескивающим силовым щитом. Детонатор вылетел из руки террориста и трансмутационная бомба активировалась, и вся сила взрыва отразилась от щита обратно в тело смертника. Он успел издать только один отчаянный крик, перед тем как гортань исчезла и только дымящаяся розовая слизь осталась от его тела.

Льюис перевернулся на бок и выключил силовой щит. Его тело дрожало от напряжения. Он пробежался руками по кожаной броне, чтобы убедиться, что на него ничего не попало, но щит надёжно его защитил. Его всё ещё била мелкая дрожь, когда внезапно в его руках оказалась Джесамина Флаверс, крепко к нему прижавшись и зарыдав на плече.

— О, Льюис, я думала, что ты умер! Это был самый смелый поступок, который я когда-либо видела в своей жизни...

Застигнутый врасплох Льюис на мгновение обнял её, чтобы затем скользнув взглядом за её плечо, увидеть устремлённые в его сторону камеры. Оглянувшись, он встретился со взглядом Дугласа, обращённым на них с Джесаминой, в котором читалось что-то нехорошее. Что-то, связанное с предательством. Льюис осторожно, но твёрдо отодвинул Джесамину и помог ей подняться. Члены Парламента аплодировали и приветствовали, выкрикивая его имя, но Льюис смотрел только на своего друга и Короля. Он сопроводил Джесамину обратно к её будущему мужу и Дуглас кивнул в знак благодарности. Под прицелом камер ни один из них не проронил ни слова.