Саймон Грин – Наследие (страница 20)

— Не слишком ли рано для кризиса среднего возраста, а? — спросил Льюис, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал весело. — У тебя ещё впереди много времени и ты можешь изменить свою жизнь. Быть той, кем хочешь быть. Если устала... займись чем-то ещё.

— Чем например? — Анна взглянула на Льюиса и он был поражён, заметив слёзы в её глазах. Её губы образовали прямую линию, злую и угрюмую. — Как ты проницательно заметил, именно в этом деле я очень хороша. И у меня есть к нему способности. Я не такая смелая, как ты. Или сексапильная, как Джес. Я маленький, незаметный и надёжный человек, от которого зависят остальные. Может я просто устала быть надёжной. Может я просто хочу оторваться, хотя бы раз. Побыть безответственной, просто чтобы узнать каково это.

Льюис неловко махнул рукой, не замечая, как проливает чай из чашки.

— Если это то, чего ты действительно хочешь... пойдём со мной. Оставь вместо себя заместителя и пойдём. Я отвезу тебя в какой-нибудь бар. Я не знаю ни одного бара с действительно сомнительной репутацией, но будь уверена, что смогу найти того, кто знает. Или мы могли бы сходить...

— Нет, нельзя, — устало сказала Анна. — Церемония скоро начнётся. И она слишком важна. Мы оба должны быть здесь. Ты — потому что нужен Дугласу. А я... Я ведь всё равно не знаю, что делать в таком баре. Скорее всего уселась бы где-нибудь в углу и потягивала свой напиток, наблюдая, как остальные хорошо проводят время. Моя жизнь проходит за кулисами, Льюис. Всегда так было. Находится в центре внимания — не моё. Прости, я просто устала. Не обращай внимания...

Она прервалась, когда поняла, что Льюис больше не слушает. Неожиданно он повернулся и посмотрел на дверь. Анна тоже посмотрела туда и услышав приближающиеся шаги, поняла кто это. Будущие Король и Королева Империи. Важные люди. Льюис поставил чашку и быстро вскочил на ноги.

— Должно быть это Дуглас, и мне нужно поговорить с ним до начала Церемонии. Извини, Анна. Я скоро вернусь.

После этого он также быстро скрылся за дверью. Анна посмотрела на свои мониторы, перехватывая взгляды других людей, которые смотрели, но не видели её. История её жизни. Никто и никогда не глядел в сторону тихой, унылой, надёжной Анны. Она могла бы быть красивой. У неё было достаточно денег, чтобы купить любое лицо или тело, какое бы только захотела. Но, тогда все поняли бы, почему она это сделала. И, кроме того, она бы не смогла играть эту роль. Ей не хватало уверенности, чтобы быть красивой, изящной и... сексуальной.

И, конечно, это было бы признанием поражения. Признанием того, что никто и никогда не захочет её настоящую. Конечно, давным-давно был Льюис. И пусть он был ещё более некрасив, чем она, его это никогда не заботило. Да уж, у Парагона может быть лицо, похожее на собачью задницу, но женщинам он всё равно будет казаться брутальным и они будут бегать за таким с торчащими сосками. Вот что значит знаменитость. Анна полезла под стол и медленно вытащила длинное, розовое перьевое боа. Подарок от Джесамины, которая не знает, что Анна Баркли никогда не будет приглашена туда, где могла бы надеть подобную вещь. Даже если бы и смогла набраться смелости надеть его. Анна никогда бы не посмела носить что-либо столь же яркое и пёстрое на публике. Люди посмеялись бы над ней. Не открыто, конечно. Но она бы узнала. Позже. С экранов своих мониторов.

Она накинула боа на плечи и посмотрела на отражение в маленьком зеркале на столе.

— Вы не знаете, чего я хочу, — прошептала она. — Никто из вас...

Прямо за дверью послышались шаги и приближающиеся счастливые голоса. Анна сняла боа с плеч и быстро сунула обратно под стол. Дверь распахнулась и Дуглас в компании Джесамины вошли вместе, рука об руку, улыбаясь и смеясь. Из них вышла очень привлекательная пара. Они громко поприветствовали Анну и она вполне естественно улыбнулась им в ответ. Заняв два удобных кресла справа, они любезно оставили Анне возможность сесть на краешек стола. Льюис же закрыл дверь и прислонился к ней. Джесамина оглянулась в его сторону.

— Значит, ты знаменитый Охотник за Смертью. Я много раз видела тебя в действии. На записях, конечно.

— А ты ещё более известная Джесамина Флаверс, — ответил Льюис. — И у меня есть все выпущенные тобой записи, даже несколько нелегальных.

— Ах, да ты фанат! — хлопнула в ладоши Джесамина. — Дорогой, только не говори, что у тебя есть то ужасное видео оперы Верди "Макбет", где я играла леди М в обнажённом виде! Они установили освещение с неверных сторон и на нём я определённо выглядела толстой.

— Даже если бы я и видел нечто подобное, то слишком хорошо воспитан, чтобы это признать, — ответил Льюис.

Джесамина повернулась, чтобы улыбнуться Дугласу.

— Ты был прав. Он мне нравится.

— Надеюсь, — ответил Дуглас. — Он мой самый старый и самый близкий друг.

— А Анна — мой, — сказала Джесамина. — Мы должны организовать нашу собственную маленькую банду — мы против всего мира. Прикрывать спину друг другу и в час нужды всегда быть рядом. Идёт?

— Идёт, — согласился Дуглас, тепло улыбнувшись. — В нашем постоянно меняющемся мире, только и можно, что положиться на друзей.

— Друзья навеки, — воскликнула Анна.

— Я бы за это выпил, — поддержал Льюис.

Анна немедленно встала и засуетилась, доставая чашки и разливая остатки чая из своего изящного серебряного чайника. К счастью ещё осталось достаточно молока и сахара (у неё не было ни алкоголя, ни шампанского. Анна не держала в своём кабинете спиртное. Просто не осмеливалась). Дуглас поднял чашку для тоста и остальные последовали его примеру.

— За нас четверых, — торжественно сказал Дуглас. — Верные друзья, всегда и вовеки, что бы не случилось.

Все выпили и лишь Джесамина была единственной, кто согнул при этом мизинец. Она задумчиво посмотрела на Льюиса.

— Я видела тебя в новостях. Ты и Дюрандаль сражались с Эльфами на Арене. Ужасные монстры. Так много погибших. Скажи мне, Льюис... Мне показалось или Дюрандаля действительно больше интересовала казнь Эльфов, чем освобождение порабощённых ими людей?

— Не показалось, — ответил Льюис. — И не только тебе. Финн всегда был слишком... ориентирован на победу.

— Ты спас толпу, но аплодировали они Финну, — высказалась Анна. — Красивый и высокомерный ублюдок всегда завоёвывает сердца толпы. Напыщенный маленький индюк. Никогда его не любила.

— Он величайший Парагон, которого мы когда-либо знали, — строго сказал Дуглас. — Он делает тяжёлую работу и делает её хорошо, а это гораздо важнее, чем ответ на вопрос хороший ли он парень или нет.

— Парагон не должен убивать людей направо и налево, — сказал Льюис.

— Да, — согласился Дуглас. — Это так. Но когда нужно кого-нибудь убить, нет никого лучше, чем Финн Дюрандаль.

— Ох, уж этот чёртов Финн, — наконец сказала Анна. — Забудем о нём. Это наш день, а не его. У нас осталось совсем немного времени до начала Церемонии, а ты, Дуглас, так до сих пор и не переоделся. Льюис, забирай его и отправляйтесь одеваться, и не бойся угрожать, запугивать, разрешаю даже применить грубую силу в случае необходимости. Я же поколдую над Джес. Поверь мне, этот макияж совсем не подходит для здешнего освещения. Ну же, что стоим?

— Анна... Понятия не имею, что бы я без тебя делал, — сказал Дуглас.

— Зато я знаю, — бросила Анна. — И перспектива меня ужасает. Шевелитесь!

Все поднялись на ноги. Джесамина улыбнулась Льюису.

— Увидимся позже, Охотник за Смертью.

— Надеюсь на это, — ответил Льюис. — И просто для галочки. Ты не выглядела толстой ни в малейшей степени.

****

Наконец настало время великой Церемонии — великой Коронации нового Короля величайшей Империи, которую когда-либо знало человечество. Огромная, открытая площадка Королевского Двора был заполнена от стены до стены людьми, экстрасенсами, клонами, роботами и чужими, которые стояли рядом друг с другом. На возвышении пока никого не было, кроме горстки слуг, в последние мгновения суетящихся вокруг сверкающих Золотых Престолов, но в воздухе чувствовалось нарастающее предвкушение. Живой оркестр, втиснутый в один угол, активно настраивал инструменты, между летающими камерами официальных СМИ начались жестокие состязания, когда их удалённые операторы стали выискивать лучшие ракурсы, а Церковный Патриарх побледнел настолько, что придворному медику пришлось ему кое-что дать.

Святой Николас находился в первом ряду. Своего рода компенсация за роль Санта-Клауса. Рядом с ним возвышался довольно странный чужой по имени Суббота. Рептилоид с планеты Шард, дошедший до первого ряда с помощью грубой силы, которого никто не посмел остановить. Суббота был двух с половиной метра ростом с развитой мускулатурой, покрытой тускло-зелёными чешуйками. Дополняли образ тяжёлые мощные ноги и длинный хвост, а шипы, покрывающие всё тело, отбивали охоту подходить слишком близко, образуя вокруг достаточно много свободного пространства. Его две маленькие руки были сложены высоко на груди, под очень широкой клиновидной головой, главной особенностью которой была широкая пасть, заполненная сотней больших и заострённых зубов. Он выглядел так, будто мог съесть весь оркестр за один присест, а затем и хор в придачу. Суббота (ему было трудно понять людскую привычку к отдельным имёнам — "На моей планете мы все друг друга знаем.") настаивал на разговоре со святым Ником, который в свою очередь старался быть вежливым и внимательным, одновременно пытаясь подавить атавистический инстинкт, вопящий о необходимости бежать к ближайшим деревьям.