Саймон Грин – Истории Темной Стороны (страница 31)

— Мистер Тейлор! — произнёс Свитмен глубоким, довольным голосом. — Какая честь, дорогой сэр, уверяю вас! Каждый сталкивается с таким количеством живых легенд в Тёмной Стороне, что положительное удовольствие встретить кого-то настоящего! Я — Элиас Свитмен, человек больших аппетитов, всегда жаждущий ещё больше. У вас и у меня, сэр, есть дело для обсуждения. Надеюсь, к нашей взаимной выгоде. Здесь вы можете говорить открыто, мистер Тейлор — дорогой Ганбой гарантирует, что нас не прервут.

Ганбой бегло взглянул на меня, напоминая, что я должен хорошо себя вести, а затем прислонился к двери. Его взгляд сразу же оказался направлен в другое место, когда он задумался о том, о чём думают несовершеннолетние психи-убийцы. Я должен был что-то сделать с Ганбоем, чтобы поддержать мою гордость. Я легко улыбнулся Свитмену, пока он раскладывал складки своего халата поудобнее. Он был похож на человека, любящего комфорт. Он улыбнулся мне, словно любимый дядюшка, который может надарить всяческих подарков, если почувствует расположение.

— Ваша репутация опережает вас, мистер Тейлор, это правда, поэтому давайте не ходить вокруг да около. В настоящее время вы преследуете некий приз, к которому у меня особый интерес — шкатулка, мистер Тейлор, палисандровая шкатулка. Разумеется, у неё много названий — неизбежно для сокровища, которое прошло за века через множество рук, но, я полагаю, что вы можете знать её, как Душевное Спокойствие.

— Я знаю это название, — осторожно-уклончиво ответил я.

Он издал острый лающий смешок. — Я восхищаюсь человеком, который играет, вслепую, правда, мистер Тейлор! Но здесь нечего стесняться. Я гоняюсь за палисандровой шкатулкой много лет, по многим странам во многих мирах, попутно конкурируя с не менее серьёзными коллекционерами, но теперь… шкатулка прибыла в Тёмную Сторону. Поэтому все мы здесь. Да… я должен спросить вас, мистер Тейлор: каков, в точности, ваш интерес к шкатулке?

Я не видел серьёзных оснований скрывать правду, поэтому предоставил ему краткую версию того, что Холли рассказала мне, утаив только её имя. Когда я закончил, Свитмен снова испустил свой короткий лающий смешок.

— Что бы ни содержала эта палисандровая шкатулка, мистер Тейлор, могу уверить вас, это — совершенно определённо не сердце какой-то незначительной маленькой ведьмочки. Нет, нет… шкатулка содержит источник великой силы. Сердце великого человека, возможно, даже бога… Некоторые говорят, что шкатулка содержит сохранённое сердце великого древнего бога Луда, исконный камень основания Лондона. Другие говорят, что шкатулка содержит утраченное сердце этого ужасного старого чародея, Мерлина Сатанинского Отродья. Или, возможно, сердце Николы Теслы, сломленного и озлобленного святого науки двадцатого века. Никто не знает наверняка — только то, что шкатулка содержит силу, за которую стоит умереть. Или убить… Конечно, эта шкатулка и сама обрела такую известность, что стала предметом коллекционирования сама по себе, независимо от того, что она, в конце концов, может содержать.

— Значит, — сказал я, — источник богатства и, возможно, силы. Неудивительно, что столько людей хочет её получить.

— Передаваемая из рук в руки через годы, набравшаяся по дороге крови и легенд, мистер Тейлор. Бесценная, потому что в мире нет достаточного количества денег, чтобы её купить. У вас должно быть достаточно мужества, чтобы взять и хранить её.

Он наклонился вперёд, облизывая губы, его глаза блестели. Он был так близок к тому, что так долго преследовал, он почти предвкушал это, и только потребность быть уверенным, что он знает всё то же, что и я, удерживала его от более резких методов допроса. И, так как у него не было способа узнать, насколько мало я знал в действительности, я напоказ откинулся на стуле и непринуждённо развалился.

— Что, по-вашему, находится в палисандровой шкатулке? — спросил я.

Он откинулся назад на своём стуле и задумчиво изучил меня, не торопясь с ответом. — Я имею серьёзную причину полагать, что шкатулка содержит сердце Вильяма Шекспира, господин Тейлор. Сердце самой Англии, как говорят некоторые.

— И что вы сделаете с такой вещью, когда её получите?

Свитмен широко улыбнулся. — Я намерен съесть её, мистер Тейлор! Только редчайшие и самые изысканные гастрономические опыты могут теперь возбудить мой пресыщенный аппетит, а этот конкретный деликатес должен оказаться наиболее удовлетворительным… У вас есть дар нахождения вещей, мистер Тейлор. Найдите шкатулку для меня. Сколько бы эта маленькая ведьма ни заплатила вам, я удвою её предложение.

— Извините, — сказал я. — Но я должен быть верен своим клиентам.

— Даже когда они лгут вам?

— Возможно, особенно тогда.

Я встал, чтобы уйти, и Свитмен немедленно показал Ганбою на дверь. Он выпрямился, когда я приблизился и вытащил одну руку из кожаной куртки. Я выхватил свою руку из кармана плаща, разорвал пакетик крупнозернистого перца, который всегда ношу с собой и швырнул ему в лицо. Он испуганно отдёрнул голову назад, но было уже слишком поздно. Он громко чихнул, снова и снова, в то время как слёзы потрясения бежали по его лицу из зажмуренных глаз. Он замахал пальцем вперёд и назад, но это меня не беспокоило. С носом и глазами, полными перца, Ганбой никак не мог сконцентрироваться достаточно, чтобы проявить своё концептуальное оружие. Никогда не выходите из дома без приправ. Приправы — наши друзья. Я легко обошёл плачущего Ганбоя и открыл дверь. Я бегло глянул назад, на случай, если у Свитмена было своё собственное припрятанное оружие, но он утратил весь интерес ко мне. Он похлопывал рукой по трясущимся плечам Ганбоя и успокаивал его, как ребёнка. Или почти как ребёнка.

Я спокойно прикрыл дверь за собой и покинул „Hotel Des Heures“. По крайней мере, я не потратил время впустую.

Старый Крытый Рынок — огромная открытая постройка и странствующее шоу „Коллекционные Предметы Настоящего и Будущего“ заполняло его от стены до стены сотнями больших и маленьких киосков, предлагающих в одном месте больше редких и необычных сувениров, чем мог вместить человеческий разум. Я прогуливался по проходам туда и сюда, попутно рассматривая киоски и старательно не проявляя ни к чему слишком большого интереса. Не то, чтобы предлагалось что-то совсем исключительное… Старое видео Бетамакс с Элвисом в главной роли Капитана Марвела[26], в 1969 году какого-то другого мира студии „Шазам! “. Один из гробов Дракулы, в комплекте с оригинальной кладбищенской землёй и сертификатом подлинности. Мумифицированная голова Альфредо Гарсии[27], источающая сильный запах мексиканских специй. И зеркало Дориана Грея.

Наконец я дошёл до киоска Королевы Сердец, будто просто случайно двигался в этом направлении. Большая Буйная Бетти управлялась со всем сама, как обычно: большая, как жизнь и вдвое внушительнее. Шести футов ростом и крепко сложённая, она носила стилизованный цыганский наряд вместе с явно поддельным париком из длинных тёмных кудрей и чёртовой уймой звенящих браслетов на своих мясистых руках. Пальцы её больших рук были усыпаны достаточным количеством тяжёлых металлических колец, чтобы классифицироваться как кастеты и, похоже, она использовала бы их без колебаний. Она была достаточно привлекательной, большим, тёмным и даже смуглым образом. Я подарил ей свою лучшую обворожительную улыбку, но её мрачный взгляд не изменился ни на йоту.

Я притворился рассматривающим содержимое её прилавка, давая ей время понять, что угрюмого вида недостаточно, чтобы меня отпугнуть. Большой Буйной Бетти нравилось прикидываться Королевой Сердец, потому что она специализировалась на связанных с сердцем коллекционных предметах. В настоящее время она предлагала тщательно сохранённое сердце Джакомо Казановы (больше, чем вы полагали), склянку с кровью из сердца вампира Варни[28] и колоду игральных карт, когда-то принадлежавших Льюису Кэрроллу, где все сердца были выкрашены засохшей кровью. Ничего особенного…

— У тебя есть смелость показаться здесь, Джон Тейлор, — наконец сказала Бетти.

— Просто смотрю, — легко ответил я. — Мне нравится просто смотреть.

— Я наняла тебя, чтобы найти моего пропавшего мужа!

— Я нашёл его. Не моя вина, что ему стёрли память и он больше не помнит тебя. И ни в коем случае не моя вина, что ему стёрли память именно для того, чтобы он не смог вспомнить тебя. Может, тебе надо было посоветоваться…

Она насупилась на меня. — Ты никогда не перезвонил мне после этого. Ни разу.

— Это не было тем, для чего ты наняла меня.

— Чего тебе здесь надо, Тейлор? Потому что, чем раньше ты уберёшься с моих глаз, тем лучше.

— Что ты можешь мне рассказать о палисандровой шкатулке, под названием Душевное Спокойствие?

Она не могла удержаться, чтобы не рассказать мне. Она так любит показывать свои знания, а никто не знает больше о сердцах, чем Королева Сердец.

— Этой шкатулке много веков, предположительно она создана в дореволюционной Франции, разработанная, чтобы хранить страдание любовника с разбитым сердцем. Он поместил всё это в шкатулку, чтобы освободиться. Отсюда имя — Душевное Спокойствие. Очень по-французски. Хотя есть и другие истории… что содержимое шкатулки немного иное и старше на много веков. Нечто… более тёмное. Более голодное. Созданная шкатулка — прекрасный контейнер для всяческих магических и значительных сердец. Вот почему у этой шкатулки было множество других имён. Разбиватель сердец, Голодное Сердце, Тёмное Сердце — ты платишь деньги и веришь тому, что выбрал. Насколько я знаю, многие годы никто не отваживался открывать шкатулку. Любой коллекционер, хотя бы с парой рабочих клеток в мозгу, избегает её.