Сайфулла Мамаев – "Командировка в Сочи" Дольмен. Книга первая. (страница 11)
— Да, с Шоном.
Чёрт и зачем я согласился на эту авантюру с антеннами? Так бы уехал сегодня и с концами! А теперь придется возвращаться, да антенну прикручивать… А может скинуть это дело на Шона?
— Сочи это хорошо. — Голос Степана приобрел вкрадчивость. — Дело молодое, я бы в твои годы тоже рванул.
— Поехал бы он! — пробурчал прислушивающийся Михалыч. — Знаю я ваши поездки! Пока всё до копейки не пропьёте, не вернётесь! Делом заниматься надо!
Матвей воспользовался моментом и протянул Смекалову акты и командировочное.
— Подпишите, пожалуйста. И печать поставьте. Где место для печати написано.
Бригадир с непониманием посмотрел на бумаги, затем в глазах мелькнула догадка.
— Жди, — он скрылся в палатке.
Матвей вздрогнул от неожиданного прикосновения. Нервы после вчерашнего были ни к чёрту. Обернулся — перед ним стоял Шон Кейси. Утреннее солнце, ударив в глаза альбиноса, придало им красноватый отблеск.
— Я закончил, — с довольным видом сообщил Шон. Он был тщательно выбрит, одет в щегольскую форму песочного цвета. — Если у тебя нет неконченных дел, можем ехать. Мне надо купить два сателит телефоны. У нас два дня. И да, как тебе мой русский? Говорил же, ночи хватит!
— Полиглот, — брякнул Матвей, зевнув. — Поздравляю. Заберу документы — и поедем. Ты завтракать не собираешься?
Кейси брезгливо оглядел груду грязной посуды.
— Нет. Не буду.
В этот момент из палатки вынырнул Смекалов.
— Радар отремонтировал? — спросил он, ища, к чему придраться.
— Да он и не ломался, — пожал плечами Матвей. — Я указал в акте результаты всех тестов. Кстати, а где он?
— Это как? — Михалыч поднял мутный взгляд. — Я сам проверял — там каша! И тревога постоянно включалась!
— Сирену я отключил. — Мальков про отсутствующую антенну GPS промолчал — не тот случай, чтобы откровенничать. Завтра вернёт её на место, тогда и включит сигнализацию. — А каша была потому, что кто-то полез в дешифратор и переключил тумблер в тестовый режим.
— И кто это сделал? — нахмурился Смекалов.
— Вы это у меня спрашиваете? Я вчера приехал.
Смекалов помрачнел и обвёл присутствующих недовольным взглядом.
— Значит, гадит мне кто-то! Вредят! Интересно, за что?
— Чушь не пори, Михалыч! — возмутился Степан. — Кто тебе гадить будет? Пошутить — да, а технику ломать — беспредел!
— Но кто-то же сделал? — не сдавался бригадир.
— Да может, сам ты там копался да забыл! — завёлся Степан. — Ты же вечно везде роешься! Вон даже все наши мешки перебрал!
— Я?! Я?! — заорал Михалыч. — Я по мешкам вашим роюсь?!
— Да, роешься! — крикнул от ручья Сашок. — И не по одному разу!
Смекалов всплеснул руками.
— Мир сошёл с ума! — Михалыч спрятал лицо в ладонях и зашёл в палатку. В голосе появились нотки плаксивости. — Какая подлость! Какая неблагодарность!
Степан виновато посмотрел на Матвея. Встретившись глазами — белки, залитые чёрной кровью, — Мальков невольно вздрогнул.
— Ребят, вы собрались — езжайте, — Степан хлопнул ресницами, отчего его глаза зловеще блеснули. — Это у Смекалова надолго. Теперь будет до вечера ходить, сам с собой разговаривать.
— А мои документы? — возмутился Матвей.
— Я выберу момент, подпишу. Бесполезно сейчас — он до вечера стонать будет. Приезжай в воскресенье, всё заберёшь. А нам за это пару литров, окей? Как лекарство.
Улыбка Степана могла бы показаться хитрой, если б не кроваво-чёрные глаза.
— Матвей, соглашайся, — тихо сказал Кейси, поглядывая на часы. — Какая разница сегодня он подпишет или в воскресенье? Со мной вернёшься, потом Костик в аэропорт доставит.
Матвей заскрипел зубами. Чёртов безумный бригадир.
— Смотри сам, — развёл руками Сашок. — Можешь никуда не ездить и до воскресенья здесь прождать. У него приступы долгие. А потом проснётся — и как ни в чём не бывало! Хрен докажешь.
— В последнее время совсем невмоготу, — виновато пояснил Степан. — Сам набуровит, взбаламутит, а потом ничего не помнит. Все у него враги. И в вещах реально роется, надоело. Ребята подтвердят.
Матвей сочувственно кивнул, но промолчал. Не говорить же, что ему жуть, как хочется свалить из этого сумасшедшего дома.
Больные. Они здесь все больные! Как вчера — те, что кричали «жрать». Те хоть вообще уже не соображают. А эти... Эти ещё не знают, что скоро их очередь.
— Ладно, чёрт с вами. Но если бумаг не будет...
— Всё будет. Только не забудь «лекарство».
Матвей кивнул.
— Окей, как говорят наши забугорные коллеги, договорились, — Мальков повернулся к моазовцу. — Всё, Шон, я готов.
***
Шон оказался куда лучше водителем, чем инженером. Моазовец вёл мощный «Дискавери» по грунтовке так уверенно, что Мальков ни разу не почувствовал дискомфорта. Матвей давно делил водителей на два типа: одни, сжавшись, боролись с дорогой, и после такой поездки хотелось выдохнуть; другие рождались за рулём. Кейси был из вторых. Он почти не смотрел на дорогу, объезжая ямы на скорости, и сама поездка не утомляла.
Утомлял Кейси-собеседник. Он принадлежал к третьему типу — у кого рот не закрывается. Видимо, коллеги приелись, и он с ходу принялся отрабатывать русский на свежей жертве.
Что удивительно, моазовец не врал — язык стремительно совершенствовался. Матвей не подавал вида, но скорость, с которой американец избавлялся от вчерашних ошибок, вызывала когнитивный диссонанс. Так быстро выучить русский невозможно. Значит, Кейси — гений или мистификатор. В любом случае — явление незаурядное.
Моазовец тем временем развивал успех.Рассказал, что георадар — не основная работа, он аналитик, работающий со статистикой. На Кавказ попал, потому что ехать было некому. Серьёзные специалисты разъехались по «почти завершённым» объектам, а в Винерск, где всё только начинается, можно и таких, как он. Не профессионалов и не любителей. Знающих, что делать, но не умеющих решать проблемы.
Матвей фыркнул. Последнее относилось и к нему. Увидев недоумение Кейси, пояснил:
— Шон, не поверишь, я тоже не специалист в ремонте. С паяльником на «вы». Паять умею, но непрофессионально. — Матвей улыбнулся. — У нас маленький филиал, осваиваем всё сразу. Я обучаю бортовой искин, участвую в разработке устройств и методов обработки радиолокационного сигнала. Точнее — учу искин различать объекты.
— Энд охранные системы, — добавил Кейси, понимающе кивая. — Такие, как вы на плато поставили.
— И охранные, — согласился заслоновец. — «Вирус» — наш новейший радар. Это адаптация многофункционального РЛК «Заслон» в гражданскую модель. Клиент покупает комплекс, способный обнаружить всё, что летит, идёт, едет или плывёт в зоне обзора. Оператор вводит в память нейросети коридоры безопасности — чтобы сходить в туалет без тревоги — и ложится спать. Все остальные зоны — лиса не проскочит! Малейшее движение и тревога.
— Интересная штука, у нас в Штатах купили бы. Много. Не пробовал предлагать?
— Коммерция не мой профиль. Этим другие занимаются. Коммерческий отдел — как разведчики: ищут, куда воткнуть комплексы, закидывают рекламой. Спамеры, короче. А когда серьёзный разговор — директор подключается.
— Вам виднее, как бизнес строить, — Кейси кивнул. — Но если что, знай: я готов помочь на наш берег.
— Ок, — согласился Матвей и задал вопрос, мучивший со вчерашнего дня. — Шон, скажи, сорвавшиеся — откуда? Я видел: ты, Бертон, Карпентер знаете больше, но не хотите говорить.
Кейси, бросив взгляд на Малькова, отвернулся к дороге. Лицо стало серьёзным.
— Матвей, ссори... извини, это закрытая информация. Я не хочу от тебя прятать, но сам не могу решать. — Кейси притормозил перед выездом на асфальт в Хосту. — Отложим до возвращения в лагерь. Джон ответит на вопросы. Ты ему понравился, может, предложит кое-что. — Шон улыбнулся, холодное лицо стало дружеским. — Как вы говорите, коллегами станем.
— Ну это вряд ли! — улыбнулся в ответ Мальков. — В «Заслоне» неплохо зарабатываю, перспективы хорошие, а из Москвы вообще уезжать не хочу.
Шон кивнул.
— Это ты ещё не знаешь, что предложим. Может, из Москвы и не придется уезжать. А может, сам захочешь двигаться подальше. Как раз с твоим вопросом связано. По сорвавшимся. Власть запрещает СМИ говорить о них. Вашим, нашим... всем нельзя писать — боятся паники. А бояться нужно другого... Не могу забегать в будущее. Спроси у Джона, когда вернёмся.
***