Савушка – Эридон. Игры судьбы (страница 3)

И да, такая вещь стоит целое состояние. Поэтому они и существуют пока только в двух видах – сумка и шкаф. Но больше меня удивило другое: этот шкаф стоял в обычной комнате общежития. Не в покоях магистра, не в лаборатории, а здесь, рядом с кроватью, с потрёпанным ковром у изножья и треснувшей подоконной доской. Как будто академия говорила: «Мы можем себе позволить вложиться в вас».

Я провела пальцами по резному краю двери, ощущая слабое покалывание активации.

– Ну что ж, академия, – пробормотала я себе под нос, – ты умеешь удивлять. Даже без иллюзий и пафоса.

И, надо признать, за этот шкаф ты получила маленький плюс в моём списке. Пока что единственный.

Дальше у меня по плану – переодеться и сходить за книгами: может, если я попытаюсь изображать прилежную ученицу, меня раньше отсюда заберут?

Пока эльфийка с воодушевлением перебирала свои плетёные сумки, откуда периодически выглядывали цветы и какие-то странные веточки, я вытащила из шкафа тёмные кожаные брюки, белую рубашку с длинными рукавами и удобный, прочный жилет в тон. Бросила короткий взгляд на тунику и штаны, в которых была: мятая, слегка запылённая ткань уже просила замены.

Переодевалась без спешки: сняла тунику, стянула брюки и закинула их на край кровати (потом нужно будет воспользоваться очищающим зельем). Ткань рубашки прохладой коснулась плеч, заставляя кожу покрыться мурашками. Брюки сели как вторая кожа, мягкие, комфортные. Жилет – последний штрих.

Подошла к зеркалу. Рыжие густые волосы ниспадали до талии – не просто медные, нет. Это был огонь, замёрзший в янтаре, где каждый локон – отблеск закатного солнца. Я поправила пару прядей, спадающих на лицо, и встретилась с самой собой взглядом.

Большие тёмно-зелёные глаза глядели пристально. В них, в самой глубине, скрывалась боль – старая, закалённая, утрамбованная глубоко под слоями холода и контроля. Чтобы никто не догадался. Чтобы видели только взгляд, способный прожечь насквозь.

Когда-то эти глаза сияли, мечтали, жили. А теперь они наблюдали. Оценивали. Ждали.

Я усмехнулась уголками губ. В этом отражении было всё: воспоминания, гнев и сила, которая уже не нуждалась в доказательствах.

Лицо с лёгким загаром, пухлые губы нежно-розового цвета. Красивая? Да. Я это знала. И не стеснялась использовать, когда нужно. Флирт – удобное оружие. Не обязывает. Не ранит.

Своим телом я гордилась. Не за форму. Не за изгибы. За выносливость и силу.

Чтобы волосы не мешали, я быстро собрала их в высокий хвост, стянула тугим ремешком, пригладила выбившиеся пряди. Наклонилась, застегнула ремешок на сапоге, выпрямилась и уже открывала дверь, когда за спиной вновь раздался голос эльфийки:

– Ой, а ты случайно не за учебниками?

Я обернулась через плечо. Элеймистина стояла у шкафа, аккуратно укладывая какие-то свёртки и книги на свободную полку. Двигалась плавно и слишком размеренно, будто находилась в лесной резиденции.

– За ними, – коротко кивнула я, внутренне уже готовясь к неизбежному. Ох, сейчас увяжется.

– Давай вместе сходим, – с воодушевлением предложила она, повернувшись ко мне. – Заодно узнаем друг друга лучше. Нам же пять лет вместе жить.

Очень надеюсь, что это не так.

Вслух я лишь спокойно сказала:

– Ладно.

Дверь открылась с лёгким скрипом, я шагнула в коридор, прикидывая, насколько быстро смогу от неё оторваться, если будет много болтать. Перед тем как выйти, эльфийка закрыла шкаф и довольно улыбнулась, как будто поставила первую галочку в списке «подружиться с соседкой».

Что ж, возможно, в бытовых мелочах помощница мне и пригодится.

Хотя бы в качестве щита от особо болтливых одногруппников.

***

Мы шли по просторным и длинным коридорам академии в сторону библиотеки вот уже добрых десять минут. Эли говорила без умолку, рассказывая о своём детстве, восхищаясь академией, задавая вопросы и тут же переключаясь на другие темы. Она замолчала лишь раз, когда мимо проходил преподаватель. После этой короткой паузы ей почему-то пришло в голову поделиться со мной историей своего поступления в академию.

Задумавшись о своём, я перестала её слышать, но Элеймистине, оказывается, требовались не только «свободные уши», но и ответная реакция.

– И после того, как меня чуть не выдали замуж, я решила отправиться в академию, – она повернулась ко мне. – Ведь мага не могут принудить к замужеству. Он сам вправе решать, когда, с кем и за кого, – на этих словах эльфийка не только добавила громкости в голосе, но и стала жестикулировать, словно готовясь к сражению за свои убеждения.

Я на всякий случай снова отклонилась влево, чтобы мне не прилетело в голову. И мельком отметила свои реакции на новую соседку: раздражение, вызванное преувеличенной эмоциональностью и легковерностью собеседницы, доминировало, и в этом ничего хорошего. Но если сменить угол восприятия, то такими натурами манипулировать проще. Достаточно пары правильных слов, чуть приукрасить реальность – и они сами начнут действовать в нужном тебе направлении, считая это своей инициативой. Хотя ей бы стоило срочно научиться следить за своими руками – я уже в седьмой раз увернулась от её попытки похлопать меня по плечу или взять за локоть. Словно её совсем не учили манерам.

– Астрид? – Элеймистина остановилась и посмотрела на меня с явным ожиданием. Глаза чуть прищурены, голос настороженный, как у ребёнка, решившего проверить, не рассердилась ли наставница.

– Да? – отозвалась я с лёгким запозданием.

Поймала себя на том, что снова ушла в свои мысли. Что-то часто в последнее время.

– У тебя очень странное имя для человека, – сказала эльфийка, чуть смутившись, но тут же поспешно добавила: – Ты не подумай, оно тебе очень идёт.

Я внутренне вздохнула. Но Элеймистина уже не могла остановиться.

– Просто у людей имена обычно… ну, попроще. А это звучит… ну, не знаю… Как… О! Демоническое! – она радостно подняла палец вверх, словно сделала великое открытие, и гордо улыбнулась.

Я повела плечом, сбрасывая с себя раздражение, и спокойно ответила:

– Мой отец когда-то был спасён демоном. В благодарность за спасение он назвал меня в честь его матери, – сочинять на ходу я умела всегда.

А вопрос, откровенно говоря, логичный. Не продумала я этот момент.

– Надо же… демон – и спас? – изумилась она, округлив глаза. В голосе прозвучало неподдельное удивление от несоответствия ожиданий.

– А что в этом удивительного? – я чуть нахмурилась.

– Как что? Они же… ну, все знают – безжалостные, мстительные, жестокие, – для пущей убедительности Элеймистина ещё сильнее вытаращила глаза и даже приглушила голос, будто произносила запретные слова.

Меня её высказывания задели. Не сильно, но царапнули – как комментарий о твоей родне в присутствии чужих.

Демон не станет обращать внимание на мнение какой-то эльфийки.

Но суть, пусть и примитивная, была не лишена правды. Мы действительно мстим. Мы действительно не прощаем. Особенно тем, кого считали друзьями. После предательства в нас не остаётся места для доверия.

– Значит, не все демоны такие, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал легко.

Наконец мы дошли до нужной двери. Высокая, в два с половиной моих роста, полукруглой формы, с золотым орнаментом в виде древа мудрости, дверь полностью выполняла свою функцию, а именно: внушала студентам торжественность, таинственность и грандиозность храма магических наук. Складывалась ощущение, что мы не за книгами пришли, а на церемонию посвящения.

Или сожжения…

Улыбнулась своим мыслям и уже потянулась к массивной ручке, когда меня внезапно и совершенно бесцеремонно отодвинули в сторону.

Мозг не успел сообразить, а тело сработало рефлекторно: перехватила запястье, резко развернулась – и только в последний момент удержала себя от следующего шага, но… передо мной оказался не враг, а оборотень. Он чуть вскинул брови, жёлтые глаза блеснули интересом.

– Спокойно, золотце, – произнёс с усмешкой в голосе. – Я всего лишь дверь открыть хотел. Или мы уже на свидании?

– Не трогай без разрешения, – холодно ответила я, глядя ему прямо в глаза. – В следующий раз не остановлюсь.

Он широко улыбнулся, распахнул дверь и сделал приглашающий жест, будто открыл вход в бальный зал, а не в библиотеку за учебниками.

– Только посмотри, какой хорошенький, – восхищенно зашептала мне на ухо подскочившая Эли. – Ещё и галантный.

Я едва сдержала скептический вздох. Высокий, широкоплечий, беловолосый – типичный представитель своей расы. У них слабаков не любят так же, как и у демонов. Я вообще никогда не встречала худощавого оборотня. Они ж едят, как звери настоящие, и тренируются как в последний бой. В результате сплошь широкие плечи, выносливость и звериная мощь, закамуфлированная в человеческие черты.

Но этот был не хищником, а бесстыжим котом, что шагает по дому, как по королевству, делая вид, что просто мимо проходил. Безусловно, сила ощущалась, но наглость больше: она читалась в движениях, взгляде, усмешке.

Зараза. Вот бы вмазать по этой самодовольной физиономии. А ещё стукнуть об пол и посильнее.

Но нельзя: если выгонят – папенька будет в гневе.

– Пойдем быстрее, – я схватила Эли за рукав и проскочила в открытую дверь, чтобы не испытывать своё терпение на прочность. Именно с этим у меня больше всего проблем.

Оказавшись внутри, быстро огляделась. Признаться, ожидала чего-то грандиозного, величественного, но всё оказалось обычным и даже скучным.