Савушка – Эридон. Игры судьбы (страница 2)
Скорчив недовольную гримасу, я постаралась как можно быстрее выйти из потока адептов. Не люблю скопление народа.
Мерцающий на списке указатель привел меня к двери с указанным номером комнаты. Я толкнула дверь.
В небольшом помещении грубый темно-серый камень стен контрастировал с белой дверью, расположенной слева от входа и ведущей в ванную. Огромный шкаф из красного дерева занимал всё пространство справа от входа. Некое подобие простора создавали высокие потолки (тоже из темного камня) и огромное окно с широким каменным подоконником. Дополняли убранство простое зеркало в полный рост, два деревянных стола с небольшими светильниками, потертый ковер, бездарная картина над низкой кроватью…
Я никогда не жила с соседями (крысы в подземельях не в счёт) и не планировала изменять своим привычкам. Почему я должна делить с кем-то своё пространство? Здесь вообще не знают о личных границах?
Делаю глубокий вдох и стараюсь успокоить себя мыслями о том, что совсем скоро папенька поймет, какой он эльф лысый и вернет меня в Долину. А пока нужно приспособиться к новым условиям и постараться сделать их максимально комфортными. В крайнем случае просто сожгу соседку и скажу, что так и было.
Подавив желание сразу сжечь одну из кроватей, я выбрала для себя ту, что стояла у правой стены. Завалилась на неё прямо в обуви. Мгновение спустя на кровати материализовалась моя сумка с вещами (не вечно же мне её в подпространстве таскать).
Пожалуй, нужно составить план действий на ближайшее будущее. Новому меня в академии вряд ли научат, взорвать здесь всё у меня сейчас сил нет (надеюсь, твои уши полыхают, повелитель). Сбежать тоже не вариант, ибо тогда есть риск быть сосланной в Скалы3. Так что пока нужно играть по правилам папочки, иначе дорога домой мне закрыта.
В груди неприятно защемило: как там Ламия? Она ещё совсем юна и в силу возраста наивна. Пятьдесят лет – это почти ребёнок в мире демонов. Хоть мы и родные сестры, но абсолютно разные. Ламия доверчива до скрежета зубов, витает в облаках. Все время бегает по дворцу с Ветром, своим ке́лпи4, которого ей подарил отец.
Помимо мягкого характера, среди детей Аббадона её выделяла и внешность: бледная кожа, снежно-белые волосы с голубыми переливами закрывают тоненькую шею, в бездонных голубых глазах вечно горит любопытство. Сама миниатюрная, ниже меня почти на голову. Она мне всегда напоминала первую снежинку в начале снегопада, которая только начала свой полёт и с неподдельным интересом и жаждой приключений смотрит на мир. Вот только она не понимает, что даже яркое солнце для неё смертельно опасно.
Вместо тренировок (в которых она не видит необходимости), она занимается садом вокруг дворца, а дюжина охранников, приставленных к ней, стараются ни на что в этом саду не наступить, чтобы не получить по головушке от повелителя за грустные глаза младшей дочери.
…– Привет! – и в резко распахнувшуюся дверь полетел огненный шар.
– Эй, ты чего, ополоумела?! Кто так гостей встречает? – девушка успела увернуться и теперь рассматривала выжженную дыру в двери комнаты. – Ещё и портишь имущество академии.
– Не понимаю, о чём ты, – восстановив целостность двери лёгким магическим жестом, я переключила своё внимание на … хм, эльфийку. Светлую. – Теперь ты знаешь, что не стоит начинать знакомство с криков.
Девушка посмотрела на дверь, где не осталось и следа от огненного поцелуя с моим шаром, что-то прикинула у себя в голове и с лучезарной улыбкой повернулась ко мне:
– Видимо, ты моя соседка и одногруппница. Я Элеймисти́на, можно просто Э́ли, – она направилась ко мне, по-видимому, собираясь обниматься.
– Элеймистина, твоя кровать там, – мой палец указал в направлении второй кровати. – На мою часть комнаты не заходить, парней сюда не водить, меня не бесить. Что может случиться в противном случае, ты уже увидела.
– А ты само очарование, – не без сарказма ответила эльфийка и села на свою кровать. Снова посмотрела на меня. – Может, хоть имя своё скажешь? Нам ведь жить и учиться вместе. Ты же на факультет боевиков поступила?
– Астрид. Да, – я решила рассмотреть эльфийку получше и переключила своё зрение на демоническое (слава Хаосу, папенька не запечатал), но не увидела ничего интересного: средний уровень способностей, преобладает созидание, как и у всех эльфов.
В мире магии мы привыкли делить силу на два типа: созидание и разрушение. Естественно, есть распределение по разновидностям способностей: некромантия, целительство, боевая магия, артефакторика, зельеварение – у кого что преобладает.
Основы магии изучают все. Но созидателям вроде эльфов проще и быстрее лес вырастить, а мне легче его уничтожить. На разные действия у нас затраты резерва минимальные – эффект максимальный. А вот если нас поменяют местами и меня заставят лес выращивать, то резерва, как и времени, потратить придётся гораздо больше. Да и не факт, что получится, ведь есть ещё такое понятие, как преобладающая стихия.
Во внешности эльфийки тоже ничего необычного: типичная идеальная лесная дева. Волосы цвета пшеницы заплетены в легкую косу, которая достает до округлых бедер. Черты лица до скуки правильные: как будто кукла фарфоровая сидит, а не живое существо. И без того тонкая талия затянута в тугой корсет, чтобы выгодно подчеркнуть грудь. И лёгкое платье, которое создаёт эффект голого тела, чтобы можно было увидеть все изгибы её фигуры – прям фантазия любого юноши в период полового созревания. Необычный для светлой эльфийки только цвет глаз – фиолетовый. Обычно такими могут похвастаться тёмные эльфы.
Поразмыслить об этом я не успела, потому что она снова заговорила.
– Да, Астрид, ты немногословна. Ничего, я это компенсирую, – весело заявила эльфийка, склонив голову набок, словно изучая редкий экспонат.
Её фиалковые глаза сверкнули, и она подмигнула, как будто мы с ней уже лучшие подруги. На моё счастье, на этом она решила закончить наше знакомство… по крайней мере, пока.
Но уже через пару секунд произошло то, чего я опасалась с самого начала: магия природы проснулась. С потолка плавно спустились лианы, шевелясь, как живые. Они с мягким шелестом обвили колонну у изголовья её кровати, затем принялись растекаться по стенам, словно зелёная паутина. Там, где был гладкий, прохладный каменный пол, теперь распустилась сочная изумрудная трава. Я даже услышала, как она влажно скрипнула под каблуком эльфийки.
А потом на её столе вырос мох. Настоящий, с мелкими капельками росы и запахом сырости, как в старом лесу после дождя. Я поморщилась.
Оглядела свою половину комнаты, которую магия, слава богам, не тронула. Холодные стены, аккуратная кровать, сумка с вещами – всё под контролем. В отличие от этой ботанической феерии.
Эльфийка между тем принялась напевать что-то на своём лёгком звенящем языке. Лианы затрепетали, отзываясь на её голос, и я вполне серьёзно подумала: не поговорить ли с магистром о переселении. В одиночной камере вряд ли так пахнет болотом.
Нет, я, конечно, люблю красоту и изящество, но в данном случае не вижу смысла тратить время на такую ерунду.
Да и после долгих лет обучения с наставником в условиях казармы я привыкла к голым стенам и минимализму в мебели.
Я повернулась к шкафу. То, что он необычный, я поняла, как только зашла в комнату: магический фон ощущался с порога. Внушительный, с дверцами, покрытыми узорами, которые могли показаться просто резьбой… но нет. Это были переплетения формул и потоков. Я узнала их: паутина, вплетённая в ткань магии, невидимая обычным зрением, но ясная для того, кто хоть раз пытался читать потоки. Его сделали не просто мастера-бытовики, а фанатики детализации и контроля. Создание такой «бездонки» не про «хлопнуть в ладоши и произнести заклинание». Это магическая симфония, выстроенная до секунды и наносимая в чёткой последовательности, где малейшая ошибка делает шкаф… взрывоопасным.
Я, признаться, не умею составлять такие сложные структуры. Мне больше по душе пламя и энергия боя, а не тонкие переплетения формул, требующие часов и дней сосредоточенного писка пером и ментальной выносливости.
Но вот пользоваться этим чудом – запросто. По мысленному приказу вещи из сумки-«бездонки» словно ожили: аккуратно, без звука, они начали одна за другой перекочёвывать в шкаф. Свёртки, мантия, пара томов – всё раскладывалось на полках само, будто невидимая хозяйка приводила мой гардероб в порядок.
Большинство магов-новичков снисходительно морщит нос, когда слышит о факультете бытовой магии. Мол, туда идут те, у кого ни запал, ни сила не тянут на что-то серьёзное. Наивные.
Во-первых, создать «бездонку» может только маг с высшим допуском и устойчивой психикой, потому что ошибиться в расчётах там легче лёгкого. Во-вторых, кроме самих формул, требуется участие артефакторов, чтобы выдержать нагрузку входящих магических потоков и не сложиться, как карточный домик.