Савелий Громов – Возвращение в СССР. Книга вторая. Пекановый пирог. (страница 15)
– Я же говорил, что вы зажгли по полной! – громко перебил его Джеймс и с размаху хлопнул А́йрона по спине, так что тот едва не кашлянул легкими.
– Конечно, зажгли!
– А кто сомневался?
– Теперь ты наш официально признанный драммер-громовержец!
– Видишь? Теперь ты звезда, мистер Коллинз!
– Только не загордись! – тут же весело вставила Бекки, но глаза́ её сияли восторгом.
Я наблюдал за этой сценой, едва сдерживая улыбку.
– Ну, что, долго еще будете рассказывать друг другу, какие вы все крутые? – наконец не выдержал я.
– Раз уж вы все такие звёзды, может, возьмёте инструменты и покажете класс?
–И, А́йрон… – я строго посмотрел на него, – пусть этот твой «гипнотический пульс» сегодня будет слышен прямо здесь и прямо сейчас.
–Ты меня понял?
А́йрон быстро кивнул, решительно усаживаясь за ударную установку.
И под привычный стук метронома в студии вновь зазвучала музыка – но на этот раз ещё более уверенная, ещё более вдохновенная. Они ещё были теми самыми «школьниками из Фресно», но теперь у них было неоспоримое доказательство, что они – профессионалы. И оно было напечатано солидным чёрно-белым тиражом на первой полосе «Лос-Анджелес Таймс».
Глава 9.
Я жаждал вырваться из своей крошечной жизни. Перестать играть роль сидящего в самолётном кресле потребителя одноразового масла.
Утром раздался оглушительный телефонный звонок. Все еще спали, так как вчера репетиция закончилась поздно и все как обычно заночевали у нас дома. Поэтому трубку взял первым я, и в ухе тут же взорвался ликующий, хриплый голос нашего импресарио, Сидни Росса.
– Майкл! – раненой белугой проревел он, и я чисто инстинктивно отдернул телефон от уха. – Ты не представляешь, что вы натворили?!
– Вы своим выступлением взорвали это гребаное шоу Артура Годфри!
– Вы порвали его на британский флаг и растоптали!
– После вас не смогла выйти ни одна группа – их освистывали и не давали им выступать, требуя вернуть на сцену вас!
– Сам не видел, но говорят, что вокалистки из группы Карпентеры и группа Мамаши и Папаши убежали со сцены все в слезах.
– Артур Годфри вас ненавидит всеми фибрами своей души, но все газеты пишут о вас! Журналисты прозвали вас «Scandalists with the Godfrey Show».
– Вы – главный scandal сезона!
– Перед нами открываются ТАКИЕ перспективы!
–Майкл, ты ощущаешь этот сладкий запах больших денег, которые двигаются в нашу сторону?
– Иди ты к чёрту, Сидни со своими запахами! Я только что проснулся!
– Ты не мог позвонить попозже?
– Попозже? – он фыркнул.
– Твою мать, Майкл! Ты серьезно?
– Фортуна (Fortune) стучится в твою дверь, а ты говоришь ей: «Милая, зайди попозже я еще сплю»!
–Давай просыпайся чёртов придурок, скажи дяде Сидни «доброе утро» и слушай меня внимательно!
– Я уже третий день отбиваюсь от звонков!
– На вас посыпался шквал предложений, как из рога изобилия!
– И тебе доброе утро Сидни, – наконец выдавил я, протирая глаза́.
– Что еще на хер за предложения?
– Что за предложения? – передразнил он меня с восторгом.
– «Эппл-корт» в Бостоне хочет вас на уик-энд!
– Линда Ронштадт звонила – представляешь? Сама Линда Ронштадт!
– Она сейчас самая продаваемая американская певица!
– Её люди хотят обсудить ваш совместный тур!
– А ещё какой-то промоутер из Атлантик-Сити настойчиво предлагал вам выступить в казино и предлагал пятизначные суммы!
– Пя-ти-знач-ные, Майк!
– После одного-единственного выступления!
К этому времени остальные, привлечённые моим ошарашенным видом и громким голосом Сидни, льющимся из трубки, уже столпились у меня за спиной.
– Кто это? – прошептала Эшли, кутаясь в мой халат.
– Что случилось?
– Сидни, – так же тихо ответил я, прикрыв микрофон ладонью.
– Говорит, после нашего выступления на шоу Годфри начался бунт. Публика требовала нашего возвращения и освистала всех остальных выступающих.
– Круто! – радостно взвизгнула Эшли.
– Он сказал Линда Ронштадт? – с благоговейным ужасом переспросила Дженнифер, которая, как оказалась тоже была рядом.
– Та самая Линда Ронштадт звонила нам?
– Майкл, дай мне поговорить с Сидни! – внезапно оживилась Дженнифер, выхватывая у меня трубку.
– Сидни привет, это Дженнифер!
Она приложила трубку к уху, и её беззаботное выражение лица моментально сменилось на яростное.
– Можешь свою маму туда поцеловать! – фыркнула Дженнифер в ответ на что-то, сказанное Сидни.
– Иди ты к чёрту, Сидни, со своими дешёвыми нежностями! – её голос зазвенел от возмущения.
– Лучше повтори про пятизначные суммы и, про казино!
– Да, да, я слушаю!
Я наблюдал, как Дженнифер глаза́ становятся шире, а лицо расплывается в невероятной улыбке. Она стала размахивать свободной рукой, как дирижёр, пытаясь донести до нас масштаб происходящего.
– Они с ума сошли! Они все сошли с ума! – выдохнула она, наконец, передавая мне трубку и обернувшись к нам. Ее взгляд блуждал по нашим лицам, сияющим от возбуждения и недоверия.
– Сидни не шутит! – передавая мне трубку телефона восторженно воскликнула Дженнифер.
– Нас хотят везде!
– Это.. это какое-то безумие!