Саша Вей – Влюблённые и неоткалиброванные (страница 3)

— Навсегда? — эхом отозвалась она.

— В эпоху цифрового бессмертия «навсегда» — это очень короткий срок, — доктор встал, подошел к окну и задернул тяжелые шторы.

В кабинете стало темно, только лампа над столом горела мертвенным, синюшным светом. В этом свете Аверьянов казался верховным жрецом какого-то нового, беспощадного культа.

— Соглашайтесь, Лена. Завтра вы проснетесь и не узнаете себя. Вы будете настолько прекрасны, что вам захочется съесть саму себя. И Игорь... он снова будет смотреть на вас так, словно вы — единственный источник кислорода на этой планете.

Елена почувствовала, как внутри нее что-то окончательно надломилось. Это был тихий, почти музыкальный звук, похожий на хруст тонкого льда под сапогом. Она знала, что за этим порогом нет ничего, кроме пустоты, затянутой дорогим силиконом. Но пустота была лучше, чем эта ноющая, выматывающая боль бытия собой.

— Хорошо, — сказала она, и ее слова упали в тишину кабинета, как тяжелые капли крови на белый кафель. — Делайте свой «Симбиоз».

Аверьянов кивнул. Его лицо в полумраке казалось маской, лишенной возраста и пола. Он достал из ящика стола шприц, наполненный переливающейся, опалесцирующей жидкостью. Она была похожа на расплавленный жемчуг или на слизь какого-то глубоководного существа, не знавшего света.

— Обнажите плечо, — приказал он.

Елена медленно стянула шелковый жакет. Ткань скользнула по коже, прощаясь с ней. Она смотрела на свою руку — обычную руку, с едва заметной родинкой на локте, которую когда-то целовал ее отец. Это была ее последняя связь с реальностью, с тем миром, где вещи имели вес, а люди — право на увядание.

Игла вошла легко, почти ласково. Сначала по вене разлился холод, ледяной и равнодушный, а затем — вспышка невыносимого, экстатического жара.

В этот миг в ее крови зацвели черные розы, так начинался лучший и последний трип в ее никчемной жизни, а в глубине сознания захлопнулась тяжелая железная дверь.

Елена закрыла глаза. Где-то далеко, на окраине сознания, кричала чайка, но звук был глухим, словно птица была замурована в янтарь. Мир вокруг начал плавиться, стекать липкими струйками, обнажая новую, ослепительно белую и абсолютно мертвую основу.

Она больше не была Леной. Она была проектом.

Она была идеальной.

Она была симбиозом.

Вечер в Москве ввалился в панорамные окна ресторана «Сфера» с бесцеремонностью пьяного судебного пристава. Небо снаружи было цвета застарелого синяка — лилово-серое, с желтушными прожилками закатного смога. Игорь сидел за угловым столиком, чувствуя, как внутри него, где-то между четвертым и пятым ребром, ворочается тяжелая, как сырой чернозем, скука.

Он знал этот город, знал этих людей, а главное — он слишком хорошо знал женщин, которых приглашал в такие места. Они приходили сюда, словно на экзамен по профпригодности, упакованные в шелк и уверенность, пахнущие нишевым парфюмом, в котором неизменно угадывались нотки холодного расчета и легкой паники. Игорь привычно ждал Елену. Елена была понятной. Она была как старое пальто, которое уже не греет, но сидит по фигуре так идеально, что выбросить его кажется преступлением против собственного комфорта. Десять лет их брака были выстроены на фундаменте из общей ипотеки, привычного секса по субботам и её вечного запаха домашней выпечки, который он втайне презирал, считая признаком генетической покорности.

Он взглянул на часы. Пять минут восьмого. Елена никогда не опаздывала. Опоздание требовало дерзости, а Елена была соткана из деликатности и стремления не отсвечивать.

И вдруг воздух в зале изменился. Не то чтобы стало холоднее, просто плотность атмосферы резко возросла, словно в помещении выкачали кислород, заменив его чем-то горьким и электрическим. Игорь поднял глаза от бокала с односолодовым виски.

Она вошла.

Первым, что он почувствовал, был не визуальный шок, а физическое отторжение реальности. Мозг отказывался сопоставлять то, что видел глаз, с тем, что хранилось в картотеке памяти.

Игорь замер, и на мгновение всё вокруг него — шум города, случайные прохожие, обрывки разговоров — просто перестало существовать. Он ожидал увидеть привычную Елену, ту, чей образ он мог воспроизвести по памяти до малейшей черты. Но женщина, которая шла ему навстречу, казалась почти незнакомкой.

Его первой реакцией был чистый, неосознанный шок. Зрачки расширились, а пальцы, сжимавшие ключи, непроизвольно напряглись. Взгляд Игоря лихорадочно скользил по её лицу и силуэту, ловя перемены: непривычный блеск в глазах, уверенную линию плеч, то, как иначе теперь лежали её волосы. Он почувствовал странную смесь восхищения и внезапной уязвимости. Эта «обновленная» Елена больше не выглядела человеком, которого он знал вдоль и поперек; от неё исходила энергия, которую он не понимал, и это одновременно пугало и притягивало его.

Он хотел что-то сказать, выдать дежурную шутку, чтобы скрыть свое замешательство, но слова застряли в горле. Игорь лишь молча стоял, не в силах отвести глаз, в то время как в его голове пульсировала одна-единственная мысль: он только что осознал, что всё это время видел лишь тень той женщины, которая сейчас стояла перед ним.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.