Саша Урбан – Алая Топь (страница 25)

– Нам бы вернуть все как было, – кивнул Святослав, с трудом пережевывая зажаренных до корочки мальков.

– Как было не будет, княжич. Ты и сам знаешь, дважды в одну реку не зайти. Но вот в берега вернуть водицу – дело нехитрое, – хохотнул Водяной и, отерев усы от пива, трижды хлопнул в ладоши. Улыбнувшись, он вернулся к еде.

– И все? – вскинул брови Святослав.

Милорада непонимающе взглянула на жениха и положила руку поверх его ладони, но юноша не заметил этого. В груди княжича клокотала ярость. Почему это прославленное, воспетое в песнях и былинах существо, которое одним взмахом руки может вернуть реку в берега, оказалось пленником своей же стихии? И почему Милораде пришлось проливать кровь, а ему самому – рисковать жизнью? Неужели Водяной не мог освободиться сам? Вопросов было так много, что у Свята заломило виски. Он сощурился, пытаясь перетерпеть боль.

– Такой молодой княжич, а думаешь совсем как древний старик. Того и гляди, кровь в мозги хлынет и потушит все твои мысли заумные.

– Я не хотел показаться грубым, – взял себя в руки Святослав. – Но если тебе так легко остановить беду, что уже унесла сотни жизней…

– Как я чуть заживо не сварился в кипятке? – хохотнул Водяной. Его зеленые, словно озерная тина, глаза блеснули желтыми крапинками. – Так оно бывает, княжич. У каждого из нас, даже самого могущественного и древнего, есть слабость. Я вот безоговорочно верю своим женам, потому что люблю их. Сколько бы раз они меня ни предавали, все равно буду верить.

– То есть это не впервые? – спросила Милорада. Частуха зашлась визгливым смехом.

– Конечно, – проговорил Водяной, с нежностью глядя на хохочущую жену. – В супружестве так бывает, просыпаешься, смотришь на человека и думаешь: «Ай, как бы славно тебе было голову-то твою дурную да оттяпать». Я иногда даже так делаю.

– Да?

– Конечно, – еще раз кивнул Водяной. – У меня жен три сотни, и каждый год их все больше, нужно ведь куда-то девать. Вот, обращаю их всякими тварями подводными. Но не просто так, а за дело.

– А как насчет Лилии? – укоризненно напомнила водяница.

– Ну, там признаю, погорячился. Но ей даже лучше угрем плавать.

Частуха закатила глаза, но нежности в ее взгляде не убавилось. Водяной же заулыбался еще шире.

– А ты, княжич, мотай на свой жидкий ус. У вас, людей, век короток, негоже его на обиды тратить. У тебя невеста красивая, умная, славная – о ней лучше думай. Обязанности княжеские всегда при тебе будут, а вот человек, который тебя любит… – он покачал головой, и взгляд его зацепился за россыпь родинок на руке Милорады. – А что это у тебя такое, милая?

– Пятнышки, – пожала плечами девушка.

Свят стиснул зубы и кивнул, изо всех сил изображая благодарность.

– Спасибо за твои мудрые слова, хозяин.

– Но вы же сюда не за словами явились, – ухмыльнулся Водяной. – За мое спасение я окажу вам услугу, какую попросите.

– А у нас как раз такая и найдется, – кивнула Милорада.

Водяной как знал, уже поднялся из-за стола и поманил их следом.

Они прошли несколько богато убранных комнат, пока не оказались в зимнем саду, раскинувшемся под хрустальной крышей, как под куполом. Во влажной духоте пышно цвели цветы, дорожки между клумбами были выложены искрящимся мрамором. А в середине, на небольшой площадке, били пять источников. Хрустальные брызги взмывали вверх и разлетались полупрозрачной дымкой.

– Фонтаны! – восторженно воскликнул Святослав.

– Это Источники, – гордо объявил Водяной. – Водица, она все помнит, все знает, ничего не забывает. Ведаю, о ком вы хотите узнать, и лучше воды вам никто не расскажет.

С этими словами он достал из-за ворота рубахи стеклянную склянку на кожаном шнурке и, тяжело опустившись у одного из фонтанов, наполнил ее водой. Закупорив сосуд, Водяной отдал его Милораде.

– Налейте этой воды на блюдо и шепните ей имя. Вода все покажет. А теперь – в добрый путь, гости дорогие. Заря уже занимается.

С этими словами он опять размашисто ударил в ладоши, и Святослава с Милорадой окружил плотный пузырь. Он начал подниматься все выше и выше, преодолел хрустальный купол, как будто того и не было вовсе, и полетел дальше наверх, пока подводный дворец Водяного не скрылся из виду.

Глава 13

Когда они оказались на ступенях одинокой мельницы, вовсю разгоралась утренняя заря. Птицы перекликались в кронах деревьев, а солнце заливало красным светом всю долину.

– Солнце, – Святослав сперва даже не поверил своим глазам. Милорада взяла его за руку и понимающе улыбнулась.

– Я и сама, кажется, забыла, как оно выглядит. Смотри, Водяной и правда помог, – Милорада указала на долину.

Из запруды она превратилась в болото. Вода отступила, оставляя за собой чавкающую, покрытую илом землю. И все-таки это была земля. Она просохнет и начнет снова плодоносить, и тогда, если повезет, Дол сможет пережить зиму.

Святослав вздохнул, ощущая, как груз ответственности сваливается с его напряженных плеч. В груди разлилось давно забытое чувство легкости, от которого хотелось смеяться, скакать и даже приплясывать. Юноша не стал отказывать себе в этом желании и, подхватив Милораду на руки, с хохотом закружил, а потом и вовсе поцеловал ее, вызвав радостный возглас невесты.

– Спасибо тебе, – проговорил он, зарываясь лицом в растрепавшиеся рыжие волосы. Милорада крепче прижалась к нему, блаженно прикрывая глаза.

– Это тебя нужно благодарить. Ты спас меня там. Неужто забыл?

И, не дожидаясь ответа, сама потянулась к нему за еще одним поцелуем. Свят отозвался нежно, не торопясь, и в душе Милорады все запело от этого невесомого касания. Вот только что-то было не так. Она отстранилась и заозиралась по сторонам.

– А где Влас?

– Здесь я.

Влас вернул себе человеческий вид и растянулся на ступеньке, прогретой первыми лучами солнца.

– Дрыхнешь? – беззлобно поинтересовалась девушка.

– Вас жду, – буркнул юноша, поднимаясь. Вид у него был помятый, да и Милорада со Святославом выглядели не лучше. – Я вам кое-что покажу.

По чавкающей грязи Влас направился в сторону рощицы. Свят двинулся за ним, девушка поспешила следом, на ходу говоря:

– Тебе даже не интересно, как выглядит царство Водяного?

– Дай угадаю, мокро? – хмыкнул юноша и едко ухмыльнулся. Милорада насупилась.

– Мы там чуть не погибли.

– Об этом можно было догадаться, когда утопленница кинула Свята под мельничное колесо.

– Ты что, обиделся? – склонила голову набок девушка. Влас фыркнул.

– Ни в коем разе. Не люблю холодную воду, лучше в баньке попариться. Почти пришли, – он махнул рукой в сторону рощицы, но от ночного видения там не осталось и следа. Ни намека на призрачный терем и его обитателя.

– И что там? – спросил Святослав, всматриваясь в деревья.

Влас раздраженно пересказал свою встречу с умершим князем. Он то и дело поглядывал на рощу в надежде, что вот-вот появится подтверждение его словам, но безмолвные деревья чуть слышно шелестели листьями, а тени под стволами оставались неподвижными. От этого злость только усиливалась. Не привиделось же ему, в самом деле!

Дослушав его рассказ, Святослав скрестил руки на груди и сказал худшее, что только мог от него услышать друг:

– Не может такого быть.

– То есть царство Водяного тебя не удивило, а вот призрак князя, который пытался дать мне сала, – да? – вспыхнул Влас, махнул рукой и направился прочь, с трудом сохраняя равновесие на размытой земле.

– Я не то хотел сказать! – окликнул друга княжич, но тот даже не обернулся. Свят посмотрел на Милораду, но та лишь пожала плечами. – Его похоронили по всем правилам. На костре лежали дары, чтобы он отправился в путь. Он не может быть здесь.

– Ты действительно сомневаешься, что Дана могла и к этому руку приложить? – спросила девушка. Пальцы девушки непроизвольно стиснули подарок Водяного. – Нужно разобраться, что она сделала.

Святослав кивнул и, придерживая невесту за руку, принялся нагонять Власа.

Оборотень шел бодро, пока не заныли натруженные ночными пробежками ноги. Тело ломило от усталости, так что мысли занимало лишь одно – как бы добраться до конюшни, хлебнуть браги из припасенного бурдюка и проспать весь день до самого утра. А потом… Что потом?

Свят наверняка опять потащится к Молчану решать свои княжеские дела. Или Милорада снова впутает их в какую-нибудь историю с нечистью, а Власа обратит в ездовое животное. Они быстро свыклись с тем, что он не совсем человек, и стали пользоваться этим, но никому даже в голову не пришло, что юноша хотел разобраться, почему он таков. Родился ли он с волчьей сущностью? Или прокляли его? А как теперь жену искать? А кур у отца на хуторе разводить получится – или волчья натура заставит его в ночи сожрать весь выводок, не оставив и пера? От мысли о еде в животе заурчало, и Влас только сильнее разозлился.

Его нагнал Святослав. Еще бы, с ногами как ходули даже грязь по колено не помеха. Жилистая рука легла на плечо Власа.

– Не сердись, я тебе верю. Мы обязательно со всем разберемся. Но сперва…

– Что сперва? – развернулся юноша, одним рывком сбрасывая ладонь друга. – У тебя всегда что-то идет «сперва». Что-то кроме важного.

– Я должен защитить княжество от Даны. Она делает что-то…

– Она уже много лет что-то делает, и ты никогда не возражал ей. И когда отец твой умер, ты не стал мешать ей править. Почему же сейчас ты вдруг вспомнил, что должен княжить? – бросил ему в лицо Влас. – Что такого важного случилось, что ты не можешь потратить день на помощь другу?