Саша Токсик – Мои большие файерболы (страница 39)
— Значит к трем. Он к тебе поднимется. Очкастенький такой. Зовут Герман.
— Спасибо, мой герой! — промурлыкала я в трубку.
— Лучше ты мне это лично скажи, — усмехнулся Виталий.
Я засмеялась, и повесила трубку, не ответив. Тут как минимум — поход в ресторан. Как максимум… Максимума не будет, правила в этой игре устанавливаю я — и я так решила. Да и Виталий был из тех рыцарей, которым интереснее штурмовать крепости, чем после в них жить. Так что останусь неприступной. Пускай и дальше ломает копья.
Я успела. Минут пятнадцать постояла на Кутузовском, но это вообще ниочем. Даже заскочила в «Цифровые развлечения», заменить блок питания. Ночью я обошлась с проводами не слишком аккуратно. В пятнадцать минут одиннадцатого я уже была дома.
Мастера ушли. Свет работал. Домработница хлопотала на кухне. Пока я здесь — враг качается.
— Что будете заказывать? Есть чудные круассаны, только что испекли. Побалуйте себя, если не боитесь за фигуру.
— Мариша…
— Еще есть яичница из гусиных яиц, паштет, каша овсяная с черносливом, каша пшенная со свининой, каша рисовая с молоком, — я старательно зачитывала меню.
— Ну, Мариша!
— Меня зову Ма–ри–эль.
— Давай поговорим…
— Я на службе, мне не положено.
— Да нафига тебе это нужно вообще?!
Я все рассчитала правильно. В задании не указывалось, когда именно я должна появляться в Трактире. Так что я выбрала себе утро. В это время в зале обычно пусто. Народ подтягивался после обеда и к вечеру. Кто–то недоволен? Извините. Делить смены мне было не с кем, а трактирщик вроде не возражал. Он молча выдал мне форму (та появилась в моем инвентаре), и, мотнув башкой в сторону зала неразборчиво буркнул.
Одно я не учла. Посетитель все–таки был. Орк.
Потратив пару минут на переодевания, я оглядела себя со стороны. Голубенький дирндль* сел превосходно. Простая, но задорная белая блузка приподнимала грудь, а мягкий корсет с атласными лентами подчеркивал талию. Дир–н–д-ль — жуткое название для женского наряда. Только немцы могут в одно слов запихнуть столько согласных. Юбочка целомудренно прикрывала колени, и в целом я смотрелась скорее мило, чем сексуально. Вдобавок он давал по двоечке к силе, ловкости и харизме. Получше, чем мое привычное платице в красный горох. Надо было сразу в подавалки идти, кучу денег съекономила бы. Чего, спрашивается, ломалась?
Чулок наряд не предполагал, так что я добавила свои — с пятеркой в харизме, и походкой от бедра пошла обслуживать первого клиента.
— Да нафига тебе это нужно вообще?! — Орк сначала подмигивал, видимо думал, что осчастливил меня своим появлением, затем смущенно вздыхал и наконец стал беситься.
— Деньги зарабатываю, — я даже бровью не повела. — Между прочим 18 золотых в день.
— Разве это деньги? Да я тебе…
— Тссс… остановись, — я строго посмотрела на орка, и даже погрозила пальцем. — Я не беру у мужчин деньги. И не говори такое, о чем потом пожалеешь.
Жакоб сидел и хлопал глазами. Еще вчера я была у него в руках, такая теплая и податливая. А сейчас стою такая, морожусь. Будто ничего и не было. Как тут не сбеситься?
— Но мы вчера…
— Это была минутная слабость, — фыркнула я.
Громила орк вдруг поник. Мне даже стало его жалко. Ну, может быть, самую капельку. В его слова о мосте я поверила сразу. Слишком уверенно говорил Жакоб. Конечно, я еще заставлю его попробовать. Время есть. Но всерьез эту возможность я уже не рассматривала. Мне было интереснее другое.
— Ты будешь заказывать? Хватит тратить мое время.
— Да я тут единственный посетитель!
— Это не делает тебя исключительным.
В задании было сказано про обходительное обращение. Но орк то его не читал! А жаловаться трактирщику он точно не будет.
— Буду! — взорвался Жакоб. — что ты там говорила!?
— Круассаны…
— Круассаны!
— Оладьи…
— И еще оладьи!
— Яичницу.
— И яичницу тоже тащи!
— Сию минуту, — мило улыбнулась я, делая пометочки в блокноте.
Орк съел яичницу. Пироги с ливером. Ребрышки в брусничном соусе. Паштет из дичи. Трактирщик Хидегард радостно сопел. Раньше в эту пору заказов еще не было. Его кадровая политика начала приносить плоды.
Я мучила Жакоба часа полтора. Стоило помурыжить его пару дней, но время поджимало. Время… время… Его постоянно не хватает. Приходится использовать сильнодействующие средства и бить наверняка. Вчера для заезжего орка я была просто еще одной нубкой. Симпатичной, возможно даже, желанной. Но всего лишь одной из многих. А сейчас я была его женщиной, его собственностью. И этой собственности его лишили, не давали прикоснуться, шлепали по рукам. Все его распухшее эго протестовало. То самое эго, которое заставило его вылепить здоровенного клыкастого орка, с двуручным мечом и черным жеребцом. Он даже не подумал бы волочиться за какой–то ясельной красоткой. Но упустить своё теперь выше его сил.
Я взяла себе кофе, булочку с мармеладом и уселась напротив.
— Не возражаешь?
— Ты же работаешь.
— У меня пересменок.
Булочка была мягкой, мармелад свежайшим. Я отломила корочку и стала увлеченно намазывать ее сладким желе. Орк следил за моими движениями, не отрываясь.
— Что ты вообще здесь делаешь?
— В трактире? — Жакоб снова насупился.
— В яслях. Нубочек клеишь? — я с хрустом откусила булочку, и закатила глаза от удовольствия.
— Я торговый представитель клана «Двух Топоров», — произнес орк как можно более солидно.
Коробейник. Туда–сюда, купи–продай. Об это мне рассказывали и Макс и Сережа, но я все равно изобразила крайнее удивление.
— Да ладно?! Ты не похож на торгаша. Я думала — ты воин! — я даже губки надула разочарованно.
— Конечно воин! Берсерк!
— ДД-шник?
— Танк. Когда вхожу в боевое бешенство — получаемый урон режется в несколько раз. И физика, и магия.
— «Боевое бешенство», — хихикнула я.
— Это расовое умение!
— А причем тут торговля? Качаешь что ли? — я тупила, как могла.
— Клановое задание. Наш клан купил патент, на торговлю с Ольховцом. Сюда возим товары — отсюда сырье.
— Так ты в клане? А–фи–геть! А чё за товары?
Жакоб почуял шанс растопить лед между нами, и заливался соловьем. Возить выгоднее всего алхимию, — так он сказал. Она компактная и дорогая. Отдельный бутылёк почти ничего не весит, а в специальных сумках их помещаются сотни. Да и сколько можно продать в нубятнике «простых» или «неплохих» мечей? А эликсиры тут глотают чаще, чем алкаши — чекушки. На Большой земле «небольшие» зелья ничего не стоят. Даже «обычные» считаются мусором. Но крафтят их много, без этого не прокачать профу. Выход один — скинуть в нубятники. Патент стоил немалого бабла, Жакоб даже не знал, сколько именно. Но, похоже, все отбивалось.
Обратно можно было везти все, что угодно. Но дело снова упиралось в вес. Руда или заячьи шкурки не давали выхлопа. Из нубятника везли травы. За мостом конкуренция у юных натуралистов была намного выше, а монстры в полях зубастее. Жакобу выдали список из двух десятков трав. Говоря об этом он совсем скис.
Я едва сдерживалась, чтобы не заржать. Орк напомнил мне юность. Тогда у нас в спорткомплексе тренер поставил одного из боксеров торговать спортивным питанием. У того за прилавком была такая же грустная рожа.
— А у тебя можно будет затариться?
— Да я тебе затак…