Саша Ленц – Повелители стихий: начало (страница 76)
Друзья с готовностью повернулись к Хранителю.
— Почему вы не вернулись обратно в Храм, когда разделились с Денисом?
Рикки и Стэн посмотрели друг на друга.
— Говорите честно, — попросил Гинар.
— Мы решили, вы не захотите рисковать из-за одного Дэна, — виноватым голосом ответила Рикки. — Мы подумали, раз Сету нужны все пятеро, а получит он только одного из нас, то вы просто оставите всё как есть, потому что Дэн сам сделал выбор и… ну… мы думали, вы оставите его с последствиями этого выбора наедине…
Гинар закивал с печальным видом:
— Я понимаю. Понимаю, почему вы сделали такой вывод. Но впредь, пообещайте, вы будете доверять нам. Вы никогда не забудете о том, что мы существуем, чтобы оберегать и защищать вас.
Тут уже закивали друзья.
— Хорошо, — выдохнул Гинар, поднимаясь из-за стола. — Пойдите, отдохните. А завтра займёмся делами.
Всю следующую неделю ребята провели в архиве. Хранители со скрупулёзной дотошностью расспрашивали о случившихся в Канаде событиях, делали записи, рисовали какие-то схемы. Первые несколько дней все работали в парах: Сао и Рикки, Сильвана и Стэн, Гинар и Денис. С Дэшем за одним столом сидели Ансель и Шай. А вот Дарумы с её подопечной за всё это время так и не появились.
О чём говорили остальные, Денис мог только догадываться. Ему же Гинар словно нарочно задавал вопросы, которые ставили в тупик: «Что ты почувствовал, когда отключился? А когда очнулся? Когда твоя кровь соприкоснулась с медальоном? А когда его повесили на твою шею?» На всё Денис отвечал примерно одинаково: «ничего», «не знаю», «сложно сказать», иногда приходилось указывать на то, что ситуация, вообще-то, совсем не располагала к тому, чтобы запомнить хоть что-нибудь. В конце концов Хранитель сдался и пообещал покопаться в памяти Дениса позже:
— Во время сна сознание наиболее открыто для любого рода вмешательств, так что думаю я смогу заглянуть туда, куда не можешь заглянуть ты сам.
Мысль, что Гинар собирался «гулять» по его разуму, Денису не нравилась. Тем более не хотелось, чтобы кто-то увидел, насколько странные сны его посещали в момент, когда он валялся в отключке, а все остальные сражались с Искателями. Особенно не хотелось чтобы кто-то знал о сне, где он в образе огромной грозовой тучи, пытался защитить Рикки от Сета.
После индивидуального допроса Хранители устроили очную ставку.
— Надеюсь, до следственного эксперимента не дойдет, — отшутился тогда Стэн.
Ребят снова попросили рассказать о
— Остальное, — сказал он, положа руку на сердце, — как кадры со старой киноплёнки.
По прошествии недели, Денис, как впрочем, и остальные, подметил, что вспоминать те события стало намного проще. Ещё спустя неделю, про Канаду говорить и вовсе перестали: всё, что там случилось каким-то всеобщим негласным договором перешло в категорию «запретных тем». Отныне всё больше обсуждали возвращение домой. В последний перед отбытием день, сидя в архиве в компании Амата, ребята обсуждали планы на будущее, без конца подшучивали друг над другом, пребывая в приподнятом расположении духа, а про Канаду не то что не вспоминали — делали вид, будто абсолютно ничего с этим местом их не связывало. К вечеру, когда прибыл Грего, и возвращение домой стало чем-то осязаемым, друзья быстро растеряли бодрый настрой. Каждый понимал, что следующая встреча друг с другом состоится очень не скоро, если вообще когда-нибудь состоится. И от этого на сердце становилось очень тоскливо.
В день отъезда, друзья проснулись очень рано, собирать в чемоданы после их большого приключения было нечего, а времени до отбытия оставалось ещё полно. Рикки предложила обменяться телефонами, адресами, чтобы поддерживать связь друг с другом. Денис написал свои координаты и ненадолго оставил друзей — его ещё ждало одно дело, о котором он договорился с Хранителями накануне.
Дарума уже ждала его на первом этаже. Облачённая в длинное льняное платье, с собранными в шишку волосами, она выглядела намного серьёзнее и старше чем обычно. На груди у неё висел медальон — пирамидка на золочёном кольце с верхушкой из камня изумрудного цвета. Она встретила его бодрым «привет». Он попытался ответить тем же, но получилась лишь жалкая, унылая пародия на искреннее и весёлое приветствие Хранительницы.
— Ты чего? — спросила она, проницательно посмотрев в глаза Денису.
— Всё нормально, — заверил он.
Пристальный взгляд Дарумы не оставлял возможности ограничиться столь отвлечённым ответом. Пришлось сказать правду:
— Немного странно возвращаться домой после… ну… ты знаешь, после всего этого.
Дарума загадочно улыбнулась, вздохнула, закинула руку на плечи Денису, и они в полном молчании не спеша побрели в западную башню.
У двери, ведущей в подземелье, остановились.
— Ты не передумал? — спросила Дарума.
Денис покачал головой:
— Мне хочется его отблагодарить.
— Ладно. Только не задерживайся.
Она открыла дверь и пропустила Дениса вперёд. На этот раз лестница, ведущая вниз, была хорошо освещена, а спёртый воздух окутывал сразу, стоило ступить на первую же ступеньку. Самое значительно отличие ждало внизу: в подземелье не оказалось ни одной свободной камеры. В некоторых даже сидело по несколько человек. Денис на секунду задержался у подножия лестницы, с опаской оглядывая пленников.
— Здесь… людно, — пробормотал он, поражённый тем, как много людей Сета получилось поймать. А сколько ещё «смельчаков» успело удрать? — Как вы их всех сюда приволокли?
— Нам помогали, — уклончиво прошептала Дарума и пошла вперёд.
Денис поспешил за ней. Практически никто не обращал на них внимания. Они прошли мимо камеры, в которой сидел в медитативной позе лотоса Экберт и мимо камеры, в которой находился лысый с татуировкой паука, а затем справа возникло какое-то шевеление, заставившее остановиться.
— Эй! — к решётке подполз взлохмаченный, с потерянным взглядом, укутанный в махровое покрывало Сет. Дрожащими руками он обхватил прутья и немного приподнялся. Покрывало спало с его плеч, и Денис увидел нечто жуткое: кожа на туловище приобрела зеленовато-желтый цвет; по животу, груди и шее шли страшные сине-фиолетовые зигзаги — поразившая его молния оставила на теле Сета свой жуткий автопортрет.
— Эй, парень, — Сет поманил Дениса к себе, при этом с недоверием покосился на Даруму.
Денис подошёл чуть ближе, не переставая таращиться на шрамы Сета.
— Помоги мне, парень, — прошептал Сет, в глазах его мелькнул подлинный страх вперемешку с отчаянием. — Они похитили меня и заперли тут. Помоги мне, пожалуйста. Свяжись с моими родителями. Меня зовут Сет. Сет Вархайт.
Ошеломлённый Денис повернулся к Даруме.
— Он ко всем пристает, кто появляется тут впервые, — объяснила она. — Надеется, что кто-нибудь его отсюда вытащит…
— Ты с ними! — громко сказал Сет и отпрянул от решётки в дальний угол камеры. Подтянув к себе плед, он снова в него укутался и… заплакал.
Тихо, почти беззвучно, всхлипывая, он спрятал лицо и забормотал что-то про влиятельных родителей. Денис был поражён тем, что увидел. Если Сет притворялся, то как-то уж слишком хорошо…
Не до конца отошедший от неожиданной встречи, он прошёл дальше вглубь, оставив Даруму позади. Он остановился, когда увидел Сухина, тот делил камеру с белёсым, мирно дремлющим, мужчиной.
— Дэнчик, — протянул Игорь скучающим голосом. Он выглядел вполне целым и относительно невредимым, если не считать здоровый синяк расплывшийся под глазом. — Забавно, да?
— Что именно? — не понял Денис.
— Да всё. Хотя бы, то, как мы поменялись местами.
Денис вспомнил, как совсем недавно, в те пару не самых радостных дней у Сета, он сам находился по другую сторону решётки, и как Сухин приносил еду и питьё. Тогда Игорь не пытался с ним заговорить, и всякий раз старательно прятал глаза. Однако потом он сделал то, что перечеркнуло годы копившейся к нему ненависти.
— Я хотел сказать спасибо, — проговорил Денис, спустя недолгую паузу.
— За то, что я чуть не прикончил тебя?
— За то, что спас.
— Да, но сначала-то чуть не прикончил.
С фактами Денис спорить не собирался. Он вообще-то всегда считал Сухина тем ещё гадом, но видеть его тут, заточённым среди людей действительно того достойных, было, по меньшей мере, странно.
— Ты это… прости меня, — приглушённо произнес Игорь. — Я когда понял, во что тебя втянул…
— Они бы всё равно добились своего, — перебил его Денис.
— Да, добились бы. Но я не думал, что всё будет вот так. Я думал, что это шутка. Прикол такой. Пошутить мы хотели, понимаешь? Я решил это секта какая-нибудь или вроде того…
— Решил, что секта охотится на меня ради прикола? — спросил Денис, обобщая всю ту ересь, что выдал Сухин.
— Я думал ты один из них. Это в твоём духе — ты же не от мира сего! Они рассказывали про Искателей, про их миссию, про какую-то чушь вроде справедливости… И мы с Вороной по приколу попросились записаться к ним.
— И как? Прикол удался? — холодно поинтересовался Денис.