Саша Ленц – Повелители стихий: начало (страница 4)
— Парни, — позвала она, — вы почему ещё не спите? Живо в постель.
Дэш вопросительно посмотрел на отца.
— Ну ладно, давай, — мягко сказал он. — Иди спать. Завтра утром всё обсудим.
Буркнув родителям пожелания спокойной ночи, Дэш поплёлся к себе в комнату, споткнувшись по пути о ковёр. Он остановился у лестницы и оглянулся, давая отцу последний шанс признаться, что он шутил. Тот им не воспользовался. Он только кивнул Дэшу и повторил:
— Поговорим завтра.
Дэш ушёл.
Дин Пирс устало опрокинулся на спинку дивана и закрыл глаза, Эмили присела рядом:
— Ну что? Нет?
— Не знаю… — пожал плечами Дин и обнял жену. — Я думал, будет проще. Мне так тяжело найти нужные слова… Наверное, стоило позволить кому-то из Хранителей ему всё объяснить. Они ведь предлагали помощь, а я решил, что справлюсь сам. Это же мой сын. Кто знает его лучше?
Эмили склонила голову на плечо мужа.
— А представь, если бы это была Сьюзен?
Дин усмехнулся:
— Наша малышка обрадовалась бы. А Дэш… Нынешняя молодежь, как я погляжу, прожжённые реалисты. Со мной было проще, в детстве я даже мечтал о подобном.
— Не переживай, Дэш твоя копия, он поверил, просто пока немного… в шоке.
— Всё так скоро случилось… — протянул Дин. — Кажется, я вчера услышал легенду от отца, а уже рассказываю её своему сыну.
Эмили крепко сжала руку мужа и мягко сказала:
— Идём-ка спать. Понимаю, что для вас двоих переход Силы — важное событие, но, думаю, не менее важно нам с тобой выспаться перед новым рабочим днём.
Дин поцеловал жену, и они оба пошли в спальню, выключив за собой свет. Дом Пирсов погрузился в плотную темноту, которую пыталось рассеять бледное нежно-голубое свечение, проникающее через окна, — свой след посреди пустующей комнаты оставляли луна и ночные звёзды.
Глава 1
Три начала (часть 2)
Было ещё очень рано. На фоне светлеющего неба до сих пор виднелись бледные звёзды и полумесяц, не успела развеяться ночная прохлада. Люди с сонными лицами, стоявшие на остановках в ожидании автобуса, как стайки пингвинов, переминались с ноги на ногу в тщетных попытках согреться. Городские проспекты, обычно шумные, полные людских и автомобильных пробок, сейчас почти пустовали, а каждый, кого обстоятельства всё-таки заставили оказаться в это холодное утро на улице, торопился по делам. Среди этих людей был и Денис, однако он, в отличие от большинства, никуда не спешил. Он шагал медленно, слегка сутулясь и опустив голову, в попытке спрятать голубые глаза за торчащей из-под капюшона русой чёлкой.
Денис любил пройтись по городским улицам, затерявшись среди прохожих. И хотя сегодня погода не слишком располагала к прогулкам, оставшиеся до начала уроков два с половиной часа он предпочёл провести вне дома: всё лучше, чем терпеть выходки отца, борющегося с последствиями очередной попойки. Денис бродил по выученным дорожкам, охваченный меланхоличным настроением, и предавался ностальгическим воспоминаниям о жизни, которая была «до»: до этого города, до развода родителей и до треклятого Гинара.
«Ну хорошо, — мысленно одёрнул себя Денис. — Гинар, может быть, сам по себе прекрасный человек, но ведь именно с него всё началось».
Много лет назад он появился на пороге квартиры отставного офицера Князева Сергея и преподавательницы английского Князевой Марии и без сожалений принялся превращать в руины их маленький, устоявшийся, хорошо сложенный мирок. Сначала Гинар рассказал легенду о Духах Стихий и о древних орденах, а после с горячностью взялся доказывать, что один из Духов избрал маленького Дениса своим следующим Носителем. Никто не стал бы слушать чудаковатого незнакомца, но тот продемонстрировал глубочайшую осведомлённость о семействе, чем заставил относиться к себе серьёзно: он знал то, что не мог знать никто, включая самых близких родственников. А в довершении, чтобы исключить даже малейшие сомнения в своих словах, он явил настоящее чудо… По крайней мере, так о случившемся отзывался отец.
Он рассказывал, что Гинар вручил Денису какой-то медальон, и как только золотистая побрякушка оказалась в маленьких ручках, в закрытом пространстве квартиры поднялся нешуточный ветер, взбучились шторы на окнах, заходили ходуном подвесы на люстре, с журнального столика улетели газеты. Стоило Гинару забрать медальон, и шторм мгновенно исчез.
В легенду пришлось поверить, но что делать с новой реальностью, никто не понимал. Незваный гость посоветовал просто жить дальше, как прежде, но и не забывать об осторожности. Ведь отныне Денис становился целью для Искателей — ордена, желавшего видеть мир в хаосе. Гинар обещал, что у Князевых ничего не изменится в связи со свалившимися на них обстоятельствами, что его основная задача как Хранителя именно в том и состоит. Однако обещания он не сдержал. Всё начало рушиться почти сразу.
Сначала был престранный инцидент с попыткой похищения маленького Дениса прямиком с детской площадки возле дома. Отморозкам удалось лишь отхватить порцию тумаков от Сергея, задержание полицией, срок за хулиганство и «две минуты славы» по местному телевидению. А вот Мария, наблюдавшая попытку похищения сына и драку мужа с двумя негодяями, получила натуральный нервный срыв.
Чтобы успокоить жену, Сергею пришлось перевести семью подальше от места, где произошло столько неприятных событий. Предполагалось, что новый город, новая квартира и новая работа окажут положительное влияние на душевное равновесие Марии, но случилось точно наоборот. Её срывы учащались, они глушились крепкими напитками, что не могло нравиться Сергею. Естественно, возникали скандалы.
Денису не было и семи, когда ему пришлось воочию увидеть бесчисленную по счёту ссору родителей. Его мама, будучи в состоянии, располагающем к откровениям, выразила уверенность, что у неё с Сергеем родился странный ребёнок из-за их разницы в возрасте почти в двадцать лет. Тогда она много чего наговорила, в том числе вспоминала некоего испанца, работающего патоэкологом, и который, «несмотря на специализацию, всё равно намного более нормален, чем вся семейка Князевых». Позже оказалось, что испанец реален. Больше того, Мария предпочла связать свою дальнейшую судьбу с ним, а Сергея и Дениса оставить в прошлом.
Родительские скандалы Денис помнил очень хорошо, в отличие от Гинара и того, что так называемый Хранитель привнёс в его жизнь. Но о том, чего Денис не помнил, он знал со слов отца.
Это сейчас папа большую часть времени находился в невменяемом состоянии, а раньше ему удавалось держаться молодцом. Он не опустил руки, когда остался один: устроился охранником, на скромную зарплату и пенсию отставного военного отремонтировал квартиру, отправил сына в первый класс и приложил все усилия, чтобы учёба ладилась.
Начальную школу Денис окончил отличником. Отец, видимо, решил, что на том родительский долг исполнен, и как-то незаметно для него привычным стало проводить выходные в сомнительной компании с горячительным. Позже «выходные» стали продлеваться и затягиваться, что закономерно привело к потере работы. Нормальным стало отсутствие еды в холодильнике и неоплаченные счета за квартиру. Вскоре отцу уже не требовалась компания, чтобы отдохнуть. Он «отдыхал» днями напролёт дома перед телевизором, напиваясь до беспамятства. Не забывал он об одном — о Гинаре и о том, как одна глупая сказка разрушила всё, что ему было дорого.
Денис относился к легенде иначе, чем отец. Он не помнил инцидента, заставившего их сменить место жительства, он ни разу не становился свидетелем сверхъестественных чудес и уж тем более не чувствовал себя особенным, если не считать особенностью мистическую способность притягивать неприятности. Легенду и обещанный ею «дар» он предпочитал считать выдумкой, к которой отец отнёсся чересчур серьёзно. Ровно также он относился и к предостережению Гинара об Искателях. Денис просто, как мог, пытался справиться со своей рутиной: со школой, с беспутным родителем, с подработкой и с такими соблазнительными, но несбыточными мечтами на светлое будущее, где он живёт дорогой и приключениями, посещая самые отдалённые уголки планеты, а на закате дней обосновывается на диких побережьях Камчатки.
Пока что самые приятные воспоминания были родом из младшей школы: друзья, успехи в учёбе. Класса с седьмого всё полетело в тартарары: оценки скатились, друзья сменили школу, пагубные увлечения отца стали принимать фатальный характер. Денис остался совсем один, если не брать в расчёт хорошего друга по переписке, но он жил за тысячи километров на другом континенте. Тогда же, ко всему прочему, в класс перевёлся паренёк по имени Игорь Сухин — тот, кто внёс самый значительный вклад в превращение школьных будней Дениса в настоящее испытание.
Поначалу показалось недоразумением то, что Игорь, сын состоятельных родителей, поступил на обучение в самую простую, ничем не примечательную школу: таких обычно пристраивают в элитные гимназии или престижные лицеи, но вскоре кое-что прояснилось. В свои тринадцать он умудрился попасть на учёт в отдел по делам несовершеннолетних, а предыдущая школа избавилась от него с таким трудом, что слава об Игоре Сухине прокатилась по всем учебным заведениям города. Родителям пришлось обустроить в школе № 83 целый компьютерный класс, только для того чтобы директор разглядел в их сыне потенциал. Зато ученики почитали за честь, если такая особа окажет им внимание. Вокруг Сухина быстро сформировалось постоянное окружение — целая банда лизоблюдов и подхалимов, готовых на любые выходки, лишь бы оставаться в его кругу и пользоваться его влиянием, которое от года в год росло и ширилось. И так уж случилось, что шайка Сухина находила особое удовольствие в том, чтобы докучать Денису. Он стал для них удобной мишенью, потому что за него не прибежала бы устраивать разборки взволнованная матушка или разгневанный отец.